Наталья Старникова: «Кижи? Это место — для меня!» VkontakteFacebook

Наталья СтарниковаНаталья Старникова: «Кижи?  Это место — для меня!»Наталья Старникова: «Кижи?  Это место — для меня!»Наталья Старникова: «Кижи?  Это место — для меня!»Наталья Старникова: «Кижи?  Это место — для меня!»Наталья Старникова: «Кижи?  Это место — для меня!»Наталья Старникова: «Кижи?  Это место — для меня!»

Писать об экскурсоводах давно стало традицией нашей газеты, во-первых, потому что эти люди — наше лицо, именно по ним туристы судят о музее в целом. И, конечно же, в большинстве своём это люди, в течение многих лет искренне преданные Острову. Кижский экскурсовод Наталья Старникова работает на острове 18-й сезон, а это, согласитесь, очень большой срок. Причем, приезжает Наталья на Кижи не на месяц-два, а на весь сезон: с мая по октябрь водит она по острову иностранных и российских туристов. Сказать «она любит свою работу» — ничего не сказать: Наталья этой работой живет — это видно сразу. Сразу понятно: человек на своем месте. А вот что толкнуло, сподвигло, привело её в музей-заповедник «Кижи», я попыталась разузнать во время нашей встречи. Мы беседовали с Натальей 13 августа. Кстати, именно в этот день 33 года назад был закрыт для посещений главный храм Кижского погоста — Преображенская церковь, но это так, к слову… Как раз перед 26-й в этом месяце экскурсией, которую Наталье предстояло провести на сей раз для российских туристов. В июле экскурсий было 60, в июне — 50, а впереди еще сентябрь и половина октября до завершения навигации, так что счет в итоге пойдет уже не на десятки, а на сотни.

Parlez-vous Francais?

Наталья Старникова после окончания иняза работала учителем французского языка в петрозаводской школе № 27, а время было непростое. Хотя в нашей стране простых времен, пожалуй, и не бывает, но 90-е годы помнят все: задержки зарплаты, дефицит всего — от продуктов до мыла, бешеный рост цен… Каждый выживал и устраивался, как мог. Вот тогда-то судьба и завела школьного учителя на круизный теплоход.

«Работала я на круизном корабле „Михаил Ломоносов“ в сувенирном магазине,— говорит Наталья.— Это было в 1995 году. Судно уже было продано тогда еще существовавшим Беломорско-Онежским пароходством и принадлежало швейцарской фирме. Эта фирма и набирала персонал по конкурсу — требовались люди со знанием преимущественно французского языка, поскольку большую часть туристов, путешествующих на этом круизном теплоходе из Санкт-Петербурга в Москву с заходом на Кижи, составляли швейцарцы, но были и англичане, и французы. Претендентов на эту работу было очень много! Конкурс проходил в два тура, были жесткие требования, в том числе и возрастной ценз. Но я вот как-то прошла, набралась наглости и написала, что французским владею очень хорошо, а также английским и финским, хотя финский почти не знаю. А французский я учила еще в школе, потом закончила иняз по специальности „французский и английский языки“. Поступила на иняз я очень легко, легко училась. Мне нужна была эта работа, я готова была в официантки пойти, чем очень удивила комиссию из двенадцати человек, которая понять не могла, как можно из учителей пойти в официантки… И ещё я немножко схитрила: перед прохождением медкомиссии по зрению выучила наизусть таблицу. Но мне повезло, меня взяли, можно сказать, в последний момент. Я почему-то всегда в последний момент успеваю. В итоге я попала в магазин и там постоянно находилась в языковой среде, много общалась с людьми — это была отличная языковая практика, язык очень хорошо развивался. По сути, только-только был приподнят „занавес“, желание общаться было обоюдным, я до сих пор переписываюсь с друзьями того времени, а из Швейцарии одна хозяйка магазина к каждому Новому году присылает мне посылки. Мне нравилось работать на теплоходе. А когда мы приходили на Кижи, мне все говорили: „Наталья, это место для тебя!“ Как в воду глядели…»

Пути господни неисповедимы

Каждого из нас ведут по жизни разные пути, к каждому новому периоду своей жизни мы приходим по-разному, но у всех есть что-то общее, называемое одним словом — «Судьба». Недаром же говорят: сложилось — судьба, не получилось — значит не судьба. А вот Наталью Старникову судьба привела на остров Кижи, хотя родилась она далеко от этих мест: «Все мои корни по отцовской линии — в Череповце, там я и родилась, но мы очень много переезжали. Это была идея отца, он всё что-то искал: был преподавателем, директором школы, ректором вуза и всё в разных местах: Лодейном Поле, Вологде и других. В Копорье мы играли в развалинах знаменитой крепости, и там кругом рос иван-чай, из которого делали знаменитый копорский чай».

Кстати, уже несколько лет и у нас в музее-заповеднике «Кижи» делают такой чай и предлагают его дегустировать гостям музейных праздников, продают в полотняных мешочках с вышитой надписью «Копорский чай», но это так, к слову… «А мама, следуя за папой, работала где придётся: в начальной школе, в библиотеке, в паспортном столе — работа была разная, в том числе и сменная. Я тогда была маленькая, брат намного старше, уже служил в армии, но росла очень самостоятельной, меня спокойно оставляли дома одну, я там хозяйничала, в первом классе кастрюли покупала,— улыбается Наталья.— В Лодейном Поле занималась у педагога по музыке — это было простое музицирование и мне нравилось, а когда мы переехали в Петрозаводск, я тогда пошла в пятый класс средней школы № 6, которую в итоге и закончила; сама пошла поступать в музыкальную школу по классу фортепиано, но не закончила её, не доучившись всего год: уж очень не нравилось мне сольфеджио, я в нем ничего не понимала, а диктанты у соседки списывала. А слух хороший был, как у отца и у брата.

С шахматами была почти такая же история: меня научил играть папа, причем первую партию я ему проиграла, вторую мы сыграли вничью, а третью я выиграла — вот такое было обучение. А потом совершенно случайно попала на шахматный турнир: в Парке пионеров тогда были беседки, где играли в шахматы, шашки, проводились турниры. Вот мы как-то гуляли с папой, там шел турнир какой-то детский, я говорю: «Я тоже хочу участвовать!» А папа мне: «Не позорься. Проиграешь, займешь последнее место». Но я все равно записалась и выиграла. В турнире участвовали в основном мальчишки, я всех обыграла, и мне после того турнира сразу присвоили четвертый разряд. Но, пробыв почти целый день на улице, я заболела, пришла домой и слегла. Вечером вернулся папа и говорит: «Ну, что я говорил! Проиграла, а теперь больной прикидываешься? Стыдно?» Говорят, что дети добиваются больших успехов, если родители в них верят. В меня, похоже, не очень верили… — улыбается Наталья.— Заниматься шахматами всерьез я не собиралась, но меня сам нашел руководитель шахматного кружка из Дворца пионеров, и я некоторое время там занималась, но мне нравилось играть, а вот изучать теорию шахмат, разбирать этюды — нет. Но мы ездили на соревнования. Я вообще не люблю путешествовать».

Вот это заявление было для меня сюрпризом — услышать такое от гида с многолетним стажем было как-то странно… Как можно не любить путешествовать, общаясь даже не с тысячами, а с сотнями тысяч путешествующих людей? Оказывается — можно, было бы богатое воображение — весь мир можно себе представить.

«Если по делу — это одно, а просто ездить смотреть — это не для меня,— считает Наталья.— Я видела репродукции и мне не обязательно ехать, например, в Третьяковку. Даже когда была в Лувре, я, наверное, единственная из посетителей, кто не видел там Джоконду, мы просто не дошли до этого зала, да я и не рвалась, хотя многие именно из-за этой картины едут во Францию, идут в Лувр. А в Лувре мне очень понравилось, что там в сувенирных магазинах продают копийные вещи: серьги, кольца, салфетки и т. д., как будто сошедшие с картин».

Париж — город маленький

«С поездкой во Францию была отдельная история: в 2004 году меня туда буквально вытолкали мои коллеги-экскурсоводы,— продолжила свой рассказ Наталья.— А началось всё с того, что одна французская пара — Этьен и Моник — после экскурсии по острову Кижи пригласила меня в Париж. Кстати, за сезон французские туристы по нескольку раз оставляют адреса, приглашают в гости, с некоторыми я переписываюсь. Я не хотела ехать. Они приглашали неоднократно, а я всё отнекивалась, находя самые разные причины, чтобы не ехать. В итоге кижские экскурсоводы меня уговорили: „Зовут — езжай!“ Вот я и поехала, хотя, уезжая, всё дула: куда, зачем… Посмотрела Европу из окна автобуса, особенно мне понравилась Голландия: пейзажи, архитектура… В Париже я провела три недели, и этот город меня совсем не удивил — я именно таким его и представляла по книгам, по фильмам. Маленький город, я имею в виду его центр, историческую часть… Были и забавные моменты: мы гуляли по городу, разговаривали, и французы почему-то не Моник, а меня спрашивали, например, как пройти куда-то… В общем, Париж как Париж».

Энергетика Кижей

Не секрет, что остров Кижи — место особенное. Он может принять человека, может не принять, может и жертв потребовать, и хорошо, если это будет всего лишь кепка, слетевшая с головы за борт на подходе к острову… Но уж если Остров принимает, то привязывает к себе навсегда.

«Пошла я на курсы экскурсоводов, хотя была очень далека и от деревянной архитектуры, и от религии, потому что выросла в атеистической семье — папа преподавал историю КПСС, атеизм. Но вот как-то незаметно для себя прониклась… Когда работала первый год, мне так здесь понравилось, я удивлялась, что нам за работу здесь еще и платят. Когда кто-то уезжал на выходные в город — я понять не могла, как они будут где-то, не на острове целых три дня…

Экскурсию на французском я освоила очень быстро, а вот на русском экскурсия нарабатывалась долго — думаю, лет пять.

Десять лет работала только летом, во время отпуска, но на одиннадцатый сезон — ушла из школы, потому что мне в мае надо уже на остров, а у меня экзамены. К 1 сентября надо быть в школе, а сезон еще не закончен. Я раньше 10 сентября никогда не возвращалась, и администрация школы шла мне навстречу, но недовольны были учителя, да и для детей это плохо. В общем, ушла. И теперь с поздней осени до ранней весны занимаюсь репетиторством. Я не хотела этим заниматься — друзья уговорили. И мне стало нравиться. Я не из-за денег занимаюсь репетиторством: когда видишь явные успехи своих учеников — это радует.

Я люблю Остров, мне нравится идти утром по дороге: красивые пейзажи, солнце освещает всё как-то особенно. И все тебя тут знают, и ты всех знаешь: выходишь — Наташа, привет!

Надо много вкладывать сил, Остров их отнимает, но он же их и даёт. Энергетика острова Кижи — уникальна. Даже сейчас я сложно отсюда уезжаю.

Я никогда не работала на острове Кижи зимой, да и не то что не работала — ни разу не была даже. Но представляю, что здесь должно быть сказочно красиво. Впрочем, здесь всегда хорошо — в любое время года. И это место — для меня! Теперь я это точно знаю».

* * *

Готовясь встретиться с Натальей Старниковой, я расспрашивала о ней самых разных людей, давно знающих её, и вот что мне рассказали: «Наталья никогда не попадает в „пробки“ на маршруте, у нее аналитический, прям-таки математический склад ума… Рациональная, спокойная… Хорошая, замечательная, просто умница… Её очень любят туристы!»

Пообщавшись с Натальей, а потом еще пройдя вместе с группой туристов по основной экспозиции музея, прослушав от начала до конца её экскурсию, где в сухие сведения об архитектуре, быте и культуре вплетаются легенды о домовых и баянниках, заонежские байки и примеры из жизни, убедившись воочию, как её слушают, какие задают вопросы, как заинтересованно смотрят вокруг туристы, могу подписаться под каждым из этих слов!

Татьяна НИКОЛЮКИНА

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф