Народные мемуары. Сельская школа VkontakteFacebook

Сентябрь — особенный месяц. Предлагаем нашим читателям прочесть воспоминания коренного заонежанина Владимира Николаевича МАКСИМОВА о его школьных годах, которые пришлись на трудное для нашей страны время, хотя легких времен у нас, пожалуй, и не было, а вот тяга к знаниям, к учению была всегда.

Вспоминая свое детство и школьные годы, особенно первых два класса учебы до войны, нет никакого сравнения с тем, как в настоящее время начинается пышно школьное обучение нынешних первоклашек.

В первый класс Жарниковской начальной школы я пошёл учиться в 1938 году, когда мне исполнилось семь лет и одиннадцать месяцев. Первого дня учебы ждал с нетерпением, готовился к нему.

Школа находилась далеко от дома, почти в двух километрах — таково расстояние от моей родной деревни Ерснево до деревни Жарниково. Здание школы было одноэтажное, деревянное, рубленное из толстых бревен. В качестве фундамента использованы каменные валуны. У северо-восточного угла школы росла огромная пушистая ель. Вход в здание школы был с южной стороны через утепленный тамбур. Раздевалка для верхней одежды находилась в коридоре, там же был и небольшой стол, на котором стоял металлический бачок с краном и алюминиевая кружка. Бачок постоянно наполнялся кипяченой водой — эту работу исполняла тетя Маша, фамилии не помню. Она же была истопником и уборщицей в школе.

В здании школы было только два больших классных помещения с окнами, обращенными на восток, в сторону озера. С северной стороны школьного здания была однокомнатная квартира, в которой проживал директор, он же учитель. Туалет для школьников находился на улице, недалеко от школьного здания.

Никаких ограждений у школы не было. Деревенские дома находились от неё в 40–60 метрах. Поскольку жители деревни держали скот, их приусадебные участки были огорожены деревянными изгородями. Школа приусадебного участка не имела.

Обучение проводилось в одну смену, в одном классном помещении размещались по два класса: 1-й и 3-й, 2-й и 4-й. Занятия начинались в 10 часов утра. Один учитель одновременно вел занятия двух классов. В начале урока давались задания старшим ученикам, а затем младшим. Для удобства работы помещение классной комнаты разделялось широким проходом между старшими и младшими учениками. Как правило, в классах было тихо и учитель свободно себя чувствовал при проведении уроков. Для учеников 1-го и 2-го классов парты были пониже, а для 3-го и 4-го классов — повыше. Верхние открывающиеся на петлях крышки парт были окрашены в черный цвет.

Время урока длилось 45 минут, а перемены между уроками — 10 минут, за исключением большой перемены — 20 минут, в течение которой ученики ели принесённые из дома завернутые в салфетки бутерброды, запивая молоком из бутылочек.

Первой моей учительницей была уважаемая учениками Анна Петровна Киняйкина: средних лет, очень добрая и ласковая. Её фамилию, имя и отчество я сохранил в памяти до сих пор, так как на этот счет было сочинено небольшое четверостишие в её адрес. Учитывая, что в школу ходить было далеко, никаких дополнительных занятий не было.

Моими любимыми были уроки по предметам «чистописание» и «рисование».

На уроках я и мои сверстники пользовались карандашами и ручками с заменяемыми перьями. В тот период ходовыми перьями были: «Рондо», «Ласточка» и № 86. Я предпочитал пользоваться пером № 86, т. к. нажим красивого чистописания букв можно было добиться только с помощью него.

Для устного счета в 1-м классе на уроках арифметики применялись грифельные доски и грифели. В тетрадях писали чернилами в основном фиолетового цвета. Чернильницы были стеклянные с «плечиками». Чернильницы вставлялись в круглое отверстие в верхней доске парты. В старшем, 4-м классе, пользовались чернильницами из пластмассы без «плечиков».

Классы по количеству были не более 12–15 учеников. Экипировка — одежда и обувь — была почти у всех учеников однообразная: домашнего, простого пошива, а вот обувь, в основном сапоги, как у девочек, так и у мальчиков, были пошива местных сапожников.

Девочки носили тогда только платья, юбки и кофточки — брюки для девочек были не в моде.

До войны 1941 г. Жарниковскую школу посещали дети, проживающие в деревнях: Ерснево, Боярщина, Клиново, Мальково, Жарниково, Телятниково, Сычи и Кижского Погоста. Насколько я помню, было в Кижском сельском Совете еще четыре школы, котрые размещались в деревнях: Пустой Берег, Волкостров, Кургеницы и Середка.

Итак, до войны я закончил только два класса в Жарниковской начальной школе.

А в июне 1941 года, как известно, началась Великая Отечественная война. С 1 сентября учебный год начался не в деревне Жарниково, а в двухэтажном доме в деревне Серово, в доме Серых, который в настоящее время принадлежит музею «Кижи». Но продолжать учебу долго не пришлось, так как вскоре школа была закрыта, а в начале ноября 1941 года все Заонежье было оккупировано финскими захватчиками.

В январе 1942 года все жители кижских деревень были вывезены финнами в Петрозаводск и заключены в концлагеря, которых в городе было шесть. В 1943 году в лагере № 3 была открыта школа. Я пошел в эту школу, где был единственный учитель. Он вел уроки арифметики, письма, закона божьего, хорошо играл на баяне и учил нас нотной грамоте. Я занимался по программе 3-го класса. Но через полгода школа была закрыта.

После освобождения Петрозаводска в 1944 году наша семья вернулась домой — в деревню Ерснево. В открывшейся в это время в Кижах школе не было 4-го класса, и я уехал в село Космозеро, что находится в 32 км от деревни Ерснево. Там жила моя тетка — мамина сестра. Вот там я и продолжил учебу в 4-м классе: не обучаясь практически в 3-м, программу 4-го класса осваивал хорошо наряду с другими учениками Космозерской неполносредней школы.

Дома, в деревне Ерснево, во время учебного года бывал только во время зимних каникул, причем ходил на лыжах 32 км туда и столько же обратно.

Космозерская школа была в лучшем состоянии, по-видимому, почти всё имеющееся оборудование классов в период войны сохранилось, сохранились и настенные доски, окрашенные в черный цвет. На стенах — наглядная агитация времен войны и портреты вождей, оформленные в рамки, расписание уроков и т. д. Занятия по физкультуре проводились, как правило, на улице, т. к. зал для занятий был маленький.

В Космозерской школе учились дети из разных деревень в радиусе не менее 40–50 км: Узкие, Шильтега, Палтега, Комлево и др.

4-й класс я закончил без «троек». В 5-м и 6-м классах учился в селе Сенная Губа, т. к. в Кижах ни в одной из школ не было 5-го и 6-го годов обучения. Проживали все дети Кижского сельского Совета и отдаленных деревень Сенногубского сельского Совета в интернате. Питание было организовано в столовой при интернате. Скудный паек послевоенных лет дополнялся запасами, привезенными из дома. Из кижских деревень в Сенногубскую школу добирались по открытой воде на лодках — повзрослевшие парни уже имели силы и легко справлялись с веслами и порою приличными ветрами. Зимой основным транспортом были лыжи. Собираясь на лодках и лыжах в путь, ученики всегда группировались по деревням. Иногда по окрепшему зимой льду учеников возили на санях, запряженных лошадьми.

Обучающихся в 5-м и 6-м классах Сенногубской школы учеников было мало — всего 8 человек: Миша Назарьев, Валя Чивина, Коля Чивин, Витя Грешников, Валя Семенова, Клава Васильева, Галя Пугачева и я — Володя Максимов. Жаль, что большинство из них ушло в небытие. Редко, но до настоящего времени связь поддерживаю только с Виктором Грешниковым, который всю свою трудовую деятельность провел на Онежском тракторном заводе.

В 5-м и 6-м классах моими любимыми учителями были Ржанские: Василий Васильевич, Прасковья Васильевна и Елизавета Васильевна — все они были очень тактичными, любящими детей, и все ученики их уважали и любили. Директором школы был Василий Васильевич Ржанский.

Школа была рубленная из бревен, двухэтажная, стояла на самом берегу озера. В этот период — 1945–1946 гг.— грифельные доски уже не применялись.

К сожалению, в Сенной Губе в 1946 году не было 7-го класса, и мне пришлось проходить этот год обучения в Неполной средней школе в селе Великая Губа — в 20 километрах от дома. Класс наш был небольшой, всего 12 учеников. Жил я в интернате. Поскольку в школе был и 8-й класс, то нам было учиться легче, было больше наглядных пособий. Несмотря на разницу в возрасте с 1-го по 8-й классы, ученики были дружные и всегда помогали друг другу во всем.

Директором Великогубской школы был Виктор Васильевич Ржанский — из той же семьи Ржанских, что жили и работали в Сенногубской школе.

У меня сохранились фотографии учеников 5–6-го классов Сенногубской школы и 7-го класса Великогубской школы — вместе с учителями. А вот многие детали из моей школьной жизни в памяти, к сожалению, не сохранились.

В 1947 году, окончив семь классов, я поступил в Петрозаводский архитектурно-строительный техникум. Закончил техникум в 1952 году и был призван в ряды Советской Армии. Демобилизовался в 1954 году в звании младшего лейтенанта. Ленинградский институт закончил в 1964 году по специальности «инженер-строитель».

Так из сельской школы вышел специалист, который восстанавливал и строил город Петрозаводск, разрушенный во время войны.

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф