Александр Гильфердинг. Собиратель Олонецких былин VkontakteFacebook

Александр ГильфердингАлександр Гильфердинг

В истории России было много замечательных людей, которые потрудились во славу могучего русского языка, русской культуры. Но один из них особенно дорог местным жителям, живущим в деревнях вокруг Онежского озера. Этот человек - Александр Федорович Гильфердинг. Он собрал и сохранил для русского языка, всего русского народа, всей России бесценный эпос – русские былины, записанные им от сказителей – рапсодов в далеком 1871 году: про богатырей Илью Муромца, Добрыню Никитича, Алешу Поповича, про славного князя Владимира, про Идолище Поганое и Соловья Разбойника.

Жизненные вехи

Александр Федорович родился 14 июля (2 июля по старому стилю) 1831 года в Варшаве, в отрочестве и юности был очень одаренный, удивлял своими способностями, особенно к языкам. В совершенстве знал славянские наречия, а также владел как родными языками: французским, немецким, английским, а также изучил древне-греческий, латинский и впоследствии ознакомился с языком санскритским.

В 17 лет в 1848 году поступил в Московский университет на историко-филологический факультет и в 1852 году блистательно окончил курс кандидатом. В следующем 1853 году Академия наук напечатала на страницах своих «Известий» труд молодого ученого «О сродстве языка славянского с санскритским». И в том же году защитил он диссертацию на степень магистра.

Гильфердинг вошел в круг славянистов, в который входили К.Н. Бестужев-Рюмин, А.С. Хомяков, К.С. Аксаков. Полностью отдался идее сближения западных славян с родственной им Россией. В 1855 г. вышел его труд «История Балтийских Славян». В 1856 г. он поступил на службу в Министерство иностранных дел и в тот же год был назначен консулом в Боснию. Служба оказала помощь в научных изысканиях и в 1856-1859 годы вышли его труды: «Письма по истории Сербов и Болгар» и «Босния, Герцеговина и Старая Сербия». С 29 октября 1856 года Гильфердинг Александр Федорович стал членом - корреспондентом Академии наук. Тогда ему было всего 25 лет. В 1861г. он перешел в государственную канцелярию, где вскоре получил должность помощника статс-секретаря Государственного совета и работал в департаменте государственной экономии до 1863 г. В этот период как раз вырабатывалась новая система составления смет и государственного бюджета России после отмены крепостного права.

В 1863 году, когда восстала шляхетская Польша, Гильфердинг был приглашен Н.А. Милютиным в комитет по делам Царства Польского на должность помощника управляющего делами. В 1863 г. он опубликовал статьи «За что борются русские с поляками», «В чем искать разрешения польскому вопросу», «Положение и задача России в царстве Польском», которые помогли улучшить состояние дел в Польше благодаря открытию и устройству учебных заведений для населения, в том числе и Варшавского университета.

Сочинения Гильфердинга, посвященные славянам изданы еще при его жизни в 4-х томах (СПб, 1868-1874).

В 1868 году Гильфердинг задумал большой обширный труд по истории славян, но написал только один раздел: «Древнейший период истории славян», опубликованный в № 7, 9 журнала Вестник Европы за 1868 г.

В 1870 г. он издал «Общеславянскую Азбуку, с приложением образцов славянских наречий».

Гильфердинг дослужился до чина действительного статского советника, что по тем временам равнялось чину генерал-майора.

Государственная служба не мешала Гильфердингу заниматься научно-общественной работой.

С 1958 г. он действительный член Императорского Русского географического общества, а с 1870 г. Первый председатель его этнографического отдела. В 1859 г. удостоен малой золотой медали за его обширный труд в Боснии, Герцеговине и Старой Сербии, помещенный в XIII томе «Записок» Общества. С 1867 г. он Председатель Петербургского Отдела Славянского Благотворительного Комитета и внес необычайное оживление в деятельность общества, постоянно оказывал помощь студентам из славянских стран. Его усилиями был создан в Праге православный храм. Как этнограф Гильфердинг завершил свою деятельность замечательным трудом по собиранию русских былин.

Поездка в Олонецкую губрернию

До Гильфердинга немногие занимались сбором былин. Среди них Кирша Данилов (Древние Российские Стихотворения, собранные Киршей Даниловым. Москва, 1804 г.) и Павел Николаевич Рыбников (Песни, собранные П.Н. Рыбниковым, Москва, 1861 г.)

Рыбников открыл сокровища народного эпоса на Русском севере – в Олонецкой губернии.

Сборник былин Рыбникова был воспринят некоторыми учеными с сомнением, что вызвало сильное недоверие в обществе.

И причиной побудившей Гильфердинга поехать в Олонецкую губернию было «желание послушать хоть одного» из здешних «замечательных рапсодов».

Летом 1871 года Председатель этнографического отдела Императорского Русского географического общества Гильфердинг Александр Федорович отправился в путешествие за 900 верст от Петербурга. Гильфердинг говорил так «я, располагающий только двумя месяцами, вовсе не рассчитывал вначале на возможность его сколько-нибудь существенно дополнить (сборник Рыбникова), а хотел только удовлетворить личному любопытству, знакомством с некоторыми сказителями. Между тем счастливый случай скоро заставил меня из туриста превратиться в собирателя». За 48 дней беспрерывных переходов он обошел местность вокруг Онежского озера, Повенца, Толвуя, Кижей, Выгозера, Водлозера, Кенозера и Моши. В результате всего путешествия, было прослушано 70 певцов и певиц, собраны и составлены их биографии, записано и проверено 318 былин – богатейший и прекраснейший былинный материал. Материалу набиралась масса и случалось так, что иным сказителям приходилось ждать по два и по три дня, между тем как Гильфердинг записывал до полного физического утомления. Составилась рукопись в 1203 полулиста (более 2000 страниц), писанная вся, от первой до последней страницы, рукой Гильфердинга.

После своей поездки Александр Федорович написал статью «Олонецкая губерния и ее народные рапсоды», которая была помещена в мартовской книжке журнала «Вестник Европы» за 1872 год и в которой он подробно описывал свою поездку.

Очень интересно высказывание Гильфердинга о местных жителях: «Народа добрее, честнее и более одаренного природным умом и житейским смыслом я не видывал; он поражает путешественника столько же своим радушием и гостеприимством, сколько отсутствием корысти».

Также полно он характеризует и сказителей. «Все они крестьяне, за самым малым исключением (5 из 70), неграмотные, исправные по достатку, порядочной жизни, староверы и православные. Большая часть из них занималась каким-нибудь мастерством: портняжным, сапожным, изготовлением рыболовных снастей.

Крестьяне сами объясняли Гильфердингу, что сидя долгие часы на месте за однообразною работою, шитья или плетения сетей, приходит охота петь «старины» и они тогда легко усваиваются.

Чем далее к северу и востоку, замечает Гильфердинг, тем более сохранилось былин. «Там былевая поэзия живет не только в старшем, но и младшем поколении; поют мужчины и женщины. В Кенозере крестьяне и крестьянки, поющие былины, насчитывались десятками».

Сразу после поездки А.Ф. Гильфердинг пригласил в Санкт-Петербург замечательного певца былин старика Рябинина Трофима Григорьевича. Этот крестьянин был зимой 1871 г. в столице и пел на заседаниях этнографического общества, славянского комитета и многих лиц на дому.

Этнографический отдел Географического общества, который возглавлял Гильфердинг А.Ф. вошел с ходатайством о награждении Рябинина медалью. В газетах было в то время рассказано, с каким достоинством А.Ф. Гильфердинг вел себя в этом пререкании и о том, как Рябинину, по ходатайству председателя географического общества, высочайше дарована была медаль.

Последняя поездка Гильфердинга

8 июня 1872 года А.Ф. Гильфердинг вторично отправился в поездку из Санкт-Петербурга по Олонецкой губернии. Целью поездки было посещение Каргопольского уезда для изучения устного народного творчества.

Так описывается она в журнале Русская старина, 1872 г. От Лодейного Поля Гильфердинг ехал по Свири до Вознесенья на теплоходе с губернатором Григорием Григорьевичем Григорьевым и был совершенно здоров. Расставшись с губернатором на Вознесенской пристани, Александр Федорович, увлекаемый интересами науки, захотел пробыть некоторое время между толпой простого народа, прислушаться к его говору, услышать старинную песню, а потому отправился до Вытегры на трешкоте (барже-плоскодонке). Вероятно здесь он и заразился смертельной болезнью – брюшным тифом. Как только Гильфердинг сошел в Вытегре с трешкота, тотчас почуствовал упадок сил, потерю аппетита и общее расстройство здоровья, но, к несчастью, так мало придавал всему этому значения, что вовсе не обратился к доктору. По какому-то необъяснимому ослеплению, а очень может быть, вследствие утраты сознания, почти в бреду, Александр Федорович считал себя совершенно здоровым, а потому выехал из Вытегры и проехал еще 200 верст по гористой дороге. По приезде в Каргополь, 15 июня, вечером, симптомы болезни выразились с такой силой и в таких формах, что продолжать поездку было невозможно, и врачебная помощь оказалась необходимой. Городовой врач доктор медицины Волоцько, призванный к больному, с ужасом увидел, что болезнь развита в такой степени, при которой благополучный исход весьма сомнителен, но взялся за лечение с неутомимой энергией и посещал своего пациента 10-15 раз в сутки. Между тем в тот же день была послана телеграмма к супруге его Варваре Францевне в Санкт-Петербург, извещавшая об опасной болезни ее мужа. Через четыре часа ответ: «Принять всевозможные меры к спасению страждующего, не жалея никаких издержек». 18 июня, когда была потеряна последняя надежда, доктор, чтобы не поразить внезапным ударом супругу и родственников пациента, уклонился ответом на полученную телеграмму от госпожи Гильфердинг, просившей сообщить о положении мужа, и телеграфировал на имя своего человека в семействе Гильфердингов, что надежда на выздоровление немыслима, а потому просил приготовить супругу и родных к роковому известию.

Наконец, 20 июня (2 июля по новому стилю) около полудня Александр Федорович скончался, в возрасте всего 41 года.

Весть о смерти А.Ф. Гильфердинга была принята русским обществом с глубоким соболезнованием; оно поспешило выразить уважение к памяти достойного деятеля. Во многих периодических изданиях появились, проникнутые глубоким чувством, некрологи. В «Биржевых ведомостях» № 170 за 1872 г. был опубликован некролог в котором говорилось: «В виду столь внезапной, столь преждевременной кончины, весьма даровитого и талантливого человека, не можем не заметить, что смерть, постигшая А.Ф. Гильфердинга поучительна. Обеспеченный и достигший «степеней известных», Гильфердинг, которого ожидала блестящая карьера истинно-государственного человека, никогда не позабывал науки, которая первая дала ему, в его исследованиях, громкую известность; на службе ей и за нее сложил он свою голову, хотя давшую и много, но от которой ожидали и еще большего. Такая смерть – смерть почтенная и поучительная, и не только для одного юношества». По покойному, были отслужены в храмах панихиды. Александр Федорович Гильфердинг был крещен по обряду православной церкви и 23 июня 1872 г. был отпет в Христовоздвиженском храме г. Каргополя и похоронен на городском кладбище. По просьбе вдовы Варвары Францевны Гильфердинг тело усопшего было перевезено для перезахоронения в г. Санкт-Петербург. 4 июля 1872 г. на Новодевичьем кладбище состоялась многолюдная церемония похорон.

Живучесть былин в нарорде

Интересна статья, посвященная памяти Гильфердинга, по прошествии 30-лет со дня смерти, прочитанная А. Солнышковой на литературном утре в женской гимназии 6 февраля 1903 года и опубликованная в Олонецких губернских ведомостях, Петрозаводск, 1903 год. В ней пишется: «Один из таких сказителей, Иван Трофимович Рябинин (сын сказителя Трофима Григорьевича Рябинина) при содействии бывшего преподавателя наших гимназий, П.Т. Виноградова, уже три раза совершил путешествие по России, был даже за границей в славянских землях – везде его «былинки» собирали толпы интеллигентных слушателей.

Особенно живой интерес вызвали за границей былины Рябинина в Сербии, где собственное достояние народной поэзии пользуется большим почетом. Там народные былины разучивают в школах, и их поют учителя, ученики и даже духовные лица. 9 мая 1902 года на обеде у митрополита хором пели былины священники и 2 епископа. В Белграде, в Высшей женской школе королевы Драги, после Рябинина пели былины С. Пашич, директор школы, и ученица Доринка Иванович. Одна из воспитанниц школы, Милева Георгиевич, увлеченная пением Рябинина, заучила наизусть несколько его былин (под руководством учителя пения, записавшего их мелодию), и теперь распевает наши былинки к удовольствию своих подруг. Недавно та же школа обратилась к г. Виноградову с просьбой выслать ей экземпляр «Онежских былин» Гильфердинга. Исполнение этой просьбы взяла на себя Академия наук.

Громадный интерес, конечно, вызывали былины Рябинина и в России среди образованных лиц. Слушателями его были также многие высокопоставленные особы. В прошлом году (1902 г.) он удостоился чести петь свои былины для Государя Наследника, Великого князя Константина Константиновича с семьей и братом Дмитрием Константиновичем, короля сербского с супругой, и даже имел счастью петь былины (24 марта, в Зимнем дворце) в присутствии самого Государя Императора (Николая II) и Его Августейшей Супруги (Александры Федоровны) с Детьми.

«Век буду жить, - говорил Иван Трофимович, - а никогда не забуду, как я предстал пред лицо самого Царя-Батюшки и милосердной Царицы-Матушки». Полтора часа пробыл И.Т. Рябинин в Зимнем дворце; где пел и говорил «по словечно» свои былины. Государь и Государыня следили за его пением по тексту былин, записанных Гильфердингом со слов Трофима Рябинина, отца нашего сказителя. Государь Император изволил обратить милостивое внимание на некоторые из наших провинциализмов, и спрашивал им объяснения. В заключение аудиенции Его Величество удостоил сказителя разговором, осведомившись о его родине, летах и соседке по деревне.

Ушел Государь, а обласканный Им старик все еще стоял и плакал… Плакал он и тогда, когда рассказывал мне (А. Солнышковой) о том, как он был во дворце у царя и несколько раз повторил одно и то же: «много людей я видел на свете, а нет никого лучше нашего Царя-Батюшки!»

Издание онежских былин

Оригинал рукописи «Русские былины, записанные А.Ф. Гильфердингом летом 1871 года» сейчас хранится в Санкт-Петербурге в Библиотеке Академии наук в 2-х томах. К изданию на собственное иждивение своего собрания Гильфердинг приступил еще осенью 1871 года. Вся рукопись, приготовленная им к печати, сразу отдана была в типографию, и при жизни его отпечатана почти наполовину. Книга «Онежские былины, записанные Гильфердингом А.Ф. летом 1871 года». Санкт-Петербург.1873 г. вышла уже по его кончине. Всего книга переиздавались 4 раза. В царское время 2-е издание вышло в 1900 году.

В советские времена книга издавалась в 1938 и 1951 годах: Академия наук СССР. Институт русской литературы (Пушкинский дом). Сектор фольклора. Издательство Академии наук СССР. Москва-Ленинград. Рецензия на 3-е издание была написана академиком Дмитрием Сергеевичем Лихачевым. Художественное оформление книг 3 и 4 издания выполнял известный русский художник, график и иллюстратор книг Иван Яковлевич Билибин, также побывавший в на Русском севере и в Олонецкой губернии в 1902 году.

В настоящее время Институтом русской литературы (Пушкинским домом) РАН ведется работа по подготовке к изданию многотомного "Свода русского фольклора", который будет включать и раздел из нескольких томов с собранием «Онежских былин» Гильфердинга А.Ф. Выпуск издания планируется на ближайшее пятилетие.

Восстановление надгробия Гильфердинга

2 июля 2007 г. исполнилось 135 лет со дня кончины А.Ф. Гильфердинга. Однако, не все наши современники знают, о том, что тело Гильфердинга было перевезено из Каргополя в Санкт-Петербург. Что же стало с его могилой на Новодевичьем кладбище по прошествии 135 лет после его смерти?

В статье «Любовь к отеческим гробам», опубликованной в «Нашей газете» за февраль 2006 года приводятся сведения о печальной участи Новодевичьего кладбища и могилы Гильфердинга: «На многих могилах были установлены мраморные надгробные памятники, они представляли большую художественную ценность. Новодевичье так же, как Смоленское кладбище и кладбища Александро-Невской Лавры, стало национальной святыней. Сюда приходили поклониться могилам Тютчева, Некрасова, Врубеля, Иванова, Римского-Корсакова и многих, многих других людей, составивших славу России.

После Октябрьского переворота и гражданской войны большинство родственников тех, кто погребен на Новодевичьем кладбище, вынуждены были покинуть Россию. Оставшиеся без присмотра могилы и склепы стали добычей грабителей и мародеров. Многие памятники были полностью утрачены, некоторые частично пострадали. Так, например, с могилы знаменитого историка и фольклориста Александра Гильфердинга украли крест…».

Надгробье (Мраморный постамент в форме волны; крест утрачен) Гильфердинга Александра Федоровича (1831-1872) и его жены Гильфердинг Варвары Францевны (1833 - 1909) находится на Новодевичьем кладбище (Московский проспект, 100) и зарегистрировано в Книге захоронений Новодевичьего монастыря на участке № 8, захоронение № 80. Надгробье А.Ф. Гильфердинга. в настоящее время не стоит на государственной охране. 15 марта 2007 г. было отправлено письмо (вх. № 2-1973) Председателю комитета по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры г. Санкт-Петербурга (КГИОП) Дементьевой Вере Анатольевне с просьбой о принятии под государственную охрану этого надгробья. И 16 апреля 2007 г. был получен ответ № 2-1973-1, что «в соответствии с Федеральным законом «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации № 73-ФЗ от 25.06.2002 для постановки на учет необходимо выполнить историко-культурную экспертизу объекта. О выводах экспертизы сообщим Вам дополнительно». Безусловно, надгробье А.Ф. Гильфердинга рано или поздно будет признано памятником, раз чудом сохранилось среди тысяч уничтоженных на Новодевичьем кладбище в советское время надгробий элиты Российского государства.

Владимир КАЛИТИН, подполковник запаса, кандидат технических наук,

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф