Святые родники Заонежья VkontakteFacebook

Часовня на роднике «Три Ивана»Святая водаРодник «Три Ивана»«Царицын-ключ»Мартьянов Р. и Гашков И. оборудуют родник

Крещенская вода мерцает в роднике,— Сейчас я зачерпну живительную влагу. На дне ведра — звезда и тает снег в руке. Крещенская вода, я пью ее как брагу. В. И. Росликова

Наше красовитое Заонежье славится не только великолепными памятниками русской истории, архитектуры и культуры, но и живописной природой. Древние церкви, часовни, деревенские дома удивительным образом вписываются в природное окружение, пребывая в гармонии с суровой красотой нашего края. Одним из главных природных богатств его можно назвать воду. Огромные ее запасы хранит в себе Онего-батюшко, течет вода и в жилах земли — реках, глядит она в небесную синь из диких лесных ламбушек, источается из недр земных живительной влагой родников.

Ключевая вода, несущая жизнь, обильное плодородие, здоровье, издавна была в народе объектом почитания, не случайно ее происхождение связывалось с моментом сотворения мира, древними божествами-созидателями:

«У нас индрик-зверь всем зверям отец… Ходит он по подземелью, Прочищает ручьи и проточины: Куда зверь пройдет,— Тута ключ кипит…» (Духовный стих)

Культ воды и водных источников, по-видимому, является одним из немногих древних культов, который прослеживается у славян с I тыс. до н. э. до современности. Древние летописцы, обличители язычества на Руси XIII — XIV вв., писали: «Не нарицайте себе бога ни в реках, ни в студенцах», порицая массовые моления, гадания, жертвоприношения, обряды вызывания дождя у почитаемых водных источников. Жертвоприношения источникам перекликались, в первую очередь, с поминальной обрядностью, поскольку существовала общеславянская ритуальная связь воды с проводами и дорогой в «иной мир». С приходом христианства менялись обычаи и обряды, но народная вера в ее очищающую и гадательную силу, уважительно-почтительное отношение к водным источникам осталось. Для человека православного водная стихия несла в себе как основы жизни, так и смерти. В Ветхом Завете она являлась орудием гнева и суда Божьего. Всемирный потоп очищает землю от закореневшей в грехах человеческой цивилизации. И все же главное значение воды в Священном писании — это зримые знаки милости и благословения Божия. По мнению раскольников Олонецкого края, «на водах почиет дух, которому поклоняются они не только над колодцами, но и в домах над чанами, наполненными водою».

В прежнюю пору в Заонежье существовала стройная система местных деревенских святынь: церквей, часовен, поклонных крестов, природных объектов почитания, в которую непременно вписывались родники. Среди заонежан источники назывались «ключ», «ручей», а обрамленный рубленным коробом — «колодец», вода в них именовалась не иначе, как «бЕла» или»свЕтла вОда», «серебряная вода».

Особо были окружены вниманием жителей ближайших деревень, прихода а порой и целой волости так называемые «святые родники». Чаще всего народная память связывала их появление с событиями христианской истории или легендами. В первой половине XX в. в Заонежье большую известность имели несколько источников. Для жителей Шуньгской и Толвуйской волостей самым почитаемым считался родник, ныне называемый «Три Ивана». Известен он был «испокон веков». По сообщению священника Карасозерского прихода Петра Раевского 1861 года, «в двух верстах от их погоста находится колодец, называемый „Иваны“, вода в котором очень хорошая и притом считается священною и целительною, почему много ходит к этой воде людей в летнюю пору и бросают в воду деньги. Крестьянин Карасозерский Антон Филиппов рассказал ему об этом колодце следующее: „Лет более ста назад жили недалеко от Карасозера два брата, оба Иваны, были они люди богатые, благочестивые, и держали старую веру. В то время сделалось принуждение оставить старую веру, стали пригонять к щепоти и прочему; этих братьев потребовал в Шуньгу какой-то чиновник Самарин. Иваны эти, убоясь мучений и не желая оставить старую веру, в Шуньгу не пошли, а затеплили ригачу, помолились богу, и заперли ригачу, где и задохлись. Когда об этом было донесено Самарину, он приказал вести мертвых Иванов в Шуньгу. Привязали их к конским хвостам и повезли. Но лишь отвезли за две версты от погоста, как пришло новое приказание, бросить там, где остановились. На том месте и похоронили, а усердствующие в последствии поставили над могилою этою крест. Могила эта постепенно стала будто бы возвышаться от земли и теперь составляет порядочное возвышение, а из под возвышения этого показался ключ, образовал порядочное вместилище чистой воды, которая обошла около возвышения и потекла под гору. Вода эта помогала многим в болезнях и потому время от времени стали многие притекать на это место по обету, стали молиться перед крестом, пить воду и полагать в неё деньги“.

Много рассказов связано и с «Царевым ключем», целебными свойствами которого местные крестьяне пользовались еще за 100 лет до открытия марциальных железистых вод. Своей известностью и именем он обязан имени старицы Марфы Иоанновны, матери Царя Михаила Федоровича Романова. С 1601 по 1605 гг. боярыня Ксения Ивановна Романова находилась в заключении в Толвуйском погосте, куда она была сослана по приказу Бориса Годунова. Со слов Н. С. Шайжина «сочувствуя царице иноке Марфе в ея „портежной“ болезни (эпилепсии), толвуяне указали ей на близкий к погосту целебный источник, и подверженная болезни „царица“ так часто пользовалась целебной водой, что источнику было дано и до сих пор остается название „Царицын ключ“, как равно и деревни, ближайшие к „Царицыну ключу“, стали называться: Ближнее Царево и Дальнее Царево. Как рассказывали местные жительницы, „в источнике „Царевы ключи“ целебная вода. Царица приезжала и лечилась там… Лечили желудочные заболевания. Главное чтоб вера была“. „В детстве мы к колодцу ходили и плиты каменные видели, что там след на каменных плитах отпечатались — это след царицы“.

Еще один источник, пользовавшийся огромной популярностью в конце XIX в. в северных областях Заонежья, находился на Палеострове. История его связана с именем Корнелия Палестровского — подвижника веры в Заонежском крае. Предание о его праведной жизни гласит, что «удалясь от мира, старец жил и молился в пещере, на ночь даже не снимая своих вериг. Спал на голой земле, в которой остались знаки его тела: ямки, образовавшиеся от головы, рук и ног», «питался он…, глинтиночками (кусочки гнилого дерева) …. До ныне все место это считается священным и есть поверие, что кусочки гнилого дерева от деревьев, окружающих остаток скита почтенного старца — лучшее средство от зубной боли. Вода же того ключа, из которого Святой Отец пил, считается священною».

Но источников в Заонежье было великое множество. На периферии деревенской округи располагались лесные роднички, служившие ориентирами для «полесников» и безымянные ключи на пожнях, посещавшиеся во время страды. Источники на границе лесной полосы отмечали символические ворота в лесное царство. Перед входом и по возвращении из леса грибники и ягодники пили студеную воду и ели хлебные корки, припасенные с трапезы. Родники при деревне чаше посещались людьми, обихаживались стариками. Считалось, что особой целительной силой вода в них наделялась утром на заре и в дни часовенных и календарных праздников, особенно в Крещение и Пасху. Родники на деревенском приграничье чаще использовались в оберегающей и портежной магии, в семейной обрядности. Родниковой водой с медной иконки обмывали «родущего»-новорожденного, нарекая его и окрещивая в православную веру, обливали ребеночка при болезни. «Водушка все болезни утащит»,— говорили бабушки. Ключевой водой снимали тоску-кручину с влюбленного сердца:
«И как умоют оны бело это личушко, И сойдет синь да из-под ясных тыих очушек, И выде печаль со ретливого сердечушка!»

Родниковой воды невеста просила принести своих подружек, чтоб умылась на прощание ее «вольная волюшка»:
«Мне-ко дай да ты любимых правоплечников… Чтоб сходили за студеной ключевой водой, Там, где вода не мученая, Там где водушка свящёная».
В причетных текстах И. А. Федосовой чаще всего упоминались святые источники Палеостровского и Макарьевского монастырей:
«И мни съиздить-то ко старцам в Пальеостров; И я слыхала ведь, душа да красна девушка, И там ведь водушка живет, точно медвяная, И почерпурочка ведь там да золоченая»

«И у Макарья этот ключ да на желтых песках, И у вдовы да этот ключ благочесливой! И как со всих да сторон людюшки съезжаются, И ко Макарью-то оны за ключевой водой».

Умывались ключевой водой «на удачу» рекруты, отправляясь на ратное дело. И. А. Федосова описывала печальную картину проводов «солдатушек» в Петрозаводске в 80-е годы XIX века.

«И тут привозят они бочки с ключевой водой, И тут над нима-то они да надрыгаются! … И велят оны из труб да все пожарныих И нас окачивать, победныих головушек, И все тушить пожар в ретливыих сердечушках».

Немало обычаев похоронного цикла было связано с родниковой или колодезной водой: обмывание покойного, мытье поминальной посуды и избы «светлой» водой после выноса из нее гроба, мытье рук и лица после возвращения с кладбища, устройство бани для участников похорон. Заонежане верили, что душа умершего «по выходе из тела» должна омываться в воде. Поэтому, когда человек по всем признакам был близок к смерти, родные спешили поставить на божницу или окно около головы умирающего чашку или стакан с ключевой водой.

Но отношение к родникам не всегда было почтительным. Судьба государства и политические веяния сказались и на судьбе подземных источников. В конце 1958 года, когда начала осуществляться новая широкомасштабная кампания по искоренению религии в СССР, вышло постановление ЦК КПСС «О мерах по прекращению паломничества к так называемым „святым местам“. Под давлением властей Патриарх Алексий I вынужден был обратиться с посланием, в котором говорилось, что Церковь не считает родники „святыми“, и предлагалось верующим прекратить к ним паломничества. В последующие годы многие почитаемые родники и колодцы были „нарушены“, закиданы камнями. Знание о них перешло в разряд тайных и сохранилось лишь в памяти стариков.

Интерес к теме родников в научной среде возрос в конце XX века. Сбором сведений о почитаемых источниках Заонежья в XIX веке занимались мало. Сказывалось извечное двойственное отношение к этому вопросу, официальные власти видели в почитании родников слишком много языческого. Отдельные предания и исторические сведения о святых родниках содержались в заметках путешественников, отчетах благочинных в Олонецкую Духовную консисторию, в корреспонденциях священнослужителей в Губернские и Епархиальные ведомости.

В Советский период официальную науку в большей степени интересовали исследования гидрологических особенностей Заонежских подземных вод. Исторический и этнографический аспекты не рассматривались. Подвижником в изучении судьбы источников Заонежья стал гидрогеолог Н. С. Старцев. По его мнению, «внутренние воды Заонежского полуострова, а также Уницкая губа и Повенецкий залив представляют собой реликт чистой воды во всей северной шхерной части Онежского озера». Подземные воды Заонежья, целительные свойства которых по достоинству были оцененны народом, на фоне пресных и холодных подземных вод всей территории Карелии по своим параметрам сопоставимы с Приладожскими и относятся к минеральным лечебно-столовым. Богат их химический состав: железистые в источнике у дер. Кузаранда, соленые в источнике «Соляные Ямы» у пос. Великая Губа; селеновые в роднике «Три Ивана» у с. Ведехино на западном побережье губы Святухи Онежского озера; радоновые в «Царевом Ключе» у д. Зажогино под с. Толвуя.

Не менее замечательны, но еще недостаточно изучены источники в окресностях острова Кижи. Сейчас собраны сведения о десяти родниках. Большая их часть сосредоточена на Большом Клименецком острове. Обихаживаются они в Кургеницах, в д. Мигурах, в Корбе. Силами жителей д. Жарниково был расчищен и оборудован срубом родник у д. Телятниково.

В настоящее время сотрудниками отдела сохранения и мониторинга природного наследия и коллегами из отдела фольклора совместно со специалистами Института водных проблем Севера Кар НЦ РАН ведется многоплановое изучение этих природных святынь.

Богатство Заонежского края, наши чистейшие родниковые «хрустальные воды» — это неоценимый дар природы, который мы должны сохранять для грядущих поколений.

Ирина НАБОКОВА, ст. н. сотрудник отдела фольклора

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф