Борис Щедринский
Из записок смотрителя VkontakteFacebook

Смотрители музея: А.К.Елизарова, А.М.Воронина, А.В.Мошникова. О.Кижи. Фото Л.Я.Якшиной. 1967 г.Реставратор И.М.Гурвич. О. Кижи. Фото Л.Я.Якшиной. 1970-е гг.Субботник по подготовке к летнему сезону. О. Кижи. Фото 1970 гг.Сотрудники музея на взвозе дома Сергеева. Задний план слева направо – М.А.Витухновская, О.А.Набокова, Л.Я.Якшина с сыном. Фото второй пол. 1970 гг.Внештатные экскурсоводы музея. Слева направо: Т.Кобылко, Л.Лопаткина, четвёртая – шестая – Т.Логинова, Т.Никулина, Н.Демусева. Фото 1970 гг.Внештатные экскурсоводы музея «Кижи». Слева направо: Вера Щемелева, Людмила Федотова, Наталья Гусарова, Елена Арутюнова, Марина Попова, Регина Калашникова, Татьяна Никулина. Фото первой половины 1970 гг.Сотрудники музея-заповедника «Кижи»: слева направо стоят ― Г.Ю.Бурканов, В.А.Гущина, О.А.Набокова, Л.Я.Якшина, сидят ― В.А.Солонен, Л.В.Лопаткина (Шилова), Л.И.Гурвич (Федотова). Фото 1979 ― начала 1980 гг.Фольклорная группа музея «Кижи» в поселке Ламбасручей с участниками местного фольклорного коллектива. Фото 1991 г.Е.И. и А.Т. Яскелейнены, справа ― Л.В.Трифонова. О. Кижи. Фото 1987 г.

Щедринский Борис Насонович, внештатный экскурсовод, смотритель музея «Кижи» в 1988–2015 гг.

Про птиц

Сколько уже лет приезжаю на Остров, но никогда не обращал внимания на птиц. А в этот раз они меня просто обворожили. Вот некоторые размышления по этому поводу.

Птица любимая. Это, конечно, ласточки. В «Доме Сергеева», где я работаю, под крышей свили свои гнёзда два семейства ласточек. До чего интересно наблюдать, как они целыми днями трудятся, вылетая из дома через ворота сенного сарая и влетая в дом с прокормом для своих птенцов. Сверху слышен был писк малышей, ненасытных и жаждущих пищи. А недавно повзрослевшие птенцы делали свои первые вылеты. Маленькие еще, но уже храбро пытаются летать. Уморительно смотреть, как они прилетают с улицы, а мамаша или папаша (не знаю) не пускают их в гнездо. Птенец подлетает: «Пустите посидеть, отдохнуть, а взрослые, крылья в боки, не пускают, приговаривая: «Нечего бездельничать, летайте и ищите мошек». Ласточка – птица красивейшая и обворожительная в полёте. Даже птенцы-неумёхи.

Птица умная. сообразительная и хитрая. К нам стали прилетать галки. Птица вся в черном оперении, головка почти вся серая, мордочка черная, а глаза ,мне показалось, серо-зеленоватые, умные и хитрющие. Прилетят, сядут на поручень взвоза сенного сарая и ждут. Первый раз прилетела одна птица. Села и смотрит на нас, на меня и на мою напарницу Елену. У нас перекус. Смотрела, смотрела и высмотрела. Елена дала её немного хлебца. И все. С этого времени два наши перекуса (до обеда и в полдник) не обходятся без гостей. Прилетают, как можно понять, целым семейством. Самая первая, видно, им поведала: «Летим к дому, там люди добрые, без куска не оставят». Так и есть. Самое интересное, как точно они знают время нашего перекуса. И глаза – хитрющие, но умные. Одним словом – галка[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Птица перелётная. Сидим в курилке, ждем корабль (ССП), который должен доставить нас домой после работы. Разговариваем. Замечаем невдалеке в траве странную птицу. Вроде утка, да не похожа. Еоловка маленькая черная, шея длинная, явно не утиная. Орнитологи из Карельского центра РАН, которые работали на Острове, определили этих птиц как канадский гусь или казарка канадская. Интересная птица-красавица. Перелетная. К нам, скорее всего, залетела с севера Скандинавии, где частично обитает.

Птица помойная. Как я в детстве любил чаек. Сколько мною было спето: «Чайка крыльями машет, За собой нас завет. Пионеры, друзья и товарищи наши Собираются в дальний поход». А сейчас на Острове более наглых, крикливых и помойных птиц не видел. Речники и моряки прозвали чаек «помойниками». И поделом. Идет корабль в Кижи – за ним стаи птиц, подбирают то, что туристы и корабельная обслуга выкидывает за борт. Чистишь рыбу, нагло из-под рук выхватывают у тебя требуху, а то еще норовят и кусок рыбы отхватить, да тебя же ещё в руку и клюнуть. Успевай только отбиваться. Птица прожорливая и наглая. И все же сердце действительно замирает, когда видишь в небе неподвижную чайку, летящую против ветра Красиво. И вот еще что интересно. Все годы моего пребывания в Кижах почти никогда не видел, чтобы кресты на Преображение и Покровке не были без сидящих на них чаек. Сидят гордо и любуются окрестностями. Фотографы ругались: нет возможности сделать нормальные фотографии. А сейчас как будто отрезало – ни одной чайки. Почему? Непонятно.

Птицы разные. Сколько еще красивых птиц на Острове! Белоголовая сорока, нервно пересекающая пространство с хвостом-веером, трясогузка, смешно бегающая, перебирая ногами, по дорожкам. И, конечно, утки. Их много. Одна идет по мосткам, смешно переваливаясь с бока на бок. Ну точь-в-точь как Матрена из фильма «Женитьба Бальзаминова». Забавно.

Говорят же про Кижи, что это «страна непуганых птиц». И это правда. Птицы рядом, но только если ты не турист, временно присутствующий на Острове, а живешь постоянно с ними рядом. Они хозяева – ты гость.

Про Серегу

Серега – это галка. До сих пор так и не знаю: он или она. Вроде бы молодая птица и она, но все ровно «Серега», так как имя он или она получил(а) потому, что ежедневно прилегает к нам в «доме крестьянина Сергеева», как написано на музейной табличке при входе. Галка – птица умная, сообразительная и хитрая. Пришлось ещё раз в этом убедиться, когда появился Серега, разогнав своих сородичей-галок, сорок и голубей. Видно понял, что одному и проще, и сытнее. Прикормила его смотрительница Елена, а теперь уже по-наглому он считает, что кормить его не только должны, но и обязаны все – и я с Еленой, и мастер-лодочник Володя, и туристы. Сделает такую умильную морду. Клюв набок, глаза зорко смотрят на человека – так и кажется, сейчас скажет: «Ну что вам жалко, я с утра голодный. Подайте». Сам же только недавно съел, никого не подпуская, целую горку гречки с мясом, которую ему дали. Я знал, что галок можно приручить, но так быстро – и представить себе не мог. И еще. Не думал, что когда-нибудь смогу отличить «свою» птицу от других, но Серегу не узнать нельзя. Всегда слегка потрепанный, с белыми маленькими пятнышками на боку и умильно-нахальной птичьей мордой. Одним словом – «Серега». Кормит его Елена, и только у нее он ест с руки, к остальным относится настороженно. Он и налету кусочек схватит. И если скомандовать: «На поручень», вскочит на поручень взвоза и ждет долгожданный кусок, при этом умудряется ещё отогнать непрошеных гостей. Кормим его из пластмассовой коробки. А недавно наблюдали, как он пытался сам достать кусочек хлеба, оставшейся в коробочке. Он и лапкой ее придерживал, и клювом пытался открыть крышку, и пинал ее, а потом сбросил вниз и долго внимательно смотрел сверху, не откроется ли она. В общем, цирк! После еды он, наклонив голову и водя ее одним и другим боком о дощечку, тщательно вытирает клюв. С Серегой не соскучишься. Как-то утром открываем дом, идем на сенной сарай, чтобы открыть ворота, и видим «картину маслом». Серёга сидит на носу нашей берестяной лодки-каяка наподобие скульптуры греческой триеры или дракона на викинговском дракаре. Как он попал в дом под сигнализацией и сколько там провел время, так и осталось загадкой. Когда уехала Елена, Серегина кормилица, он не появлялся несколько дней. Думали, все отлетела наша птица. Ан, нет – появился и опять принялся за свое нам его кормить, а туристам фотографировать. При этом они его снимают и спрашивают нас: «Он у вас ручной?». А как им ответишь. Вроде да, а вроде и нет. Хотя кто его, Серегу, знает – может, не мы его, а, скорее всего, он нас приручил. Так и живем пока: то ли он при нас, то ли мы при нём. Как писал раньше, птицы – хозяева на Острове, мы – гости.

Про небо и облака

Воспоминания из детства. Маленький мальчик в санатории. Тихий час. Спать не хочется, да и кто из нас любил спать в тихий час. Кроватка мальчика у окна. Он смотрит на небо и перед ним проплывают необыкновенные облака. Облако-верблюд, облако-птица, облако-медведь – всё это привлекает и завораживает. Мальчик вырастает, живет в городе, посещает города в разных странах мира и почти не замечает неба с облаками, раскинувшегося над ним. А если и глянет на небо, то только для того, чтобы узнать, будет ли снег или нет, польет ли дождь, будет ли день жарким. Да и до неба ли в суетной Москве, небоскребном Нью-Йорке, жарком Тель-Авиве, тихом Хельсинки – глаз упирается в дома повыше, дома пониже, голову поднять некогда.

Небо-купол. И вот ты в который раз приезжаешь на Остров, и вдруг перед тобой раскрывается купол неба. Впервые? Разве раньше его не было? «Суета молодости» – было не до него.

Небо над Кижами – это нечто особенное. Стоишь, и от горизонта до горизонта с севера на юг, с запада на восток – огромный купол, или полный облаков, или чистого «небесного цвета». Ощущаешь себя маленькой частичкой Божественного мира. Стоишь на самой высокой точке Острова и испытываешь чувство восторга и видишь над собой небо, полное необыкновенных облаков, проплывающих над тобой и уходящих за горизонт.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Облака. Это еще одно чудо, подаренное тебе Божественным небом. Можно увидеть «библейские» облака, окрашенные розовато-пепельным цветом с легким голубым оттенком в солнечных лучах, как на картинах мастеров Возрождения. Облака – это ещё и необыкновенное зрелище для фантазий. Маленький мальчик живёт во взрослом человеке, и причудливость облаков – хорошая пища для воображения. Конечно, это банально, искать в очертании облаков диковинных животных или каких-то фантастических существ, но чем больше смотришь на небо, тем больше хочется находить эти необыкновенные картины. Но вот проходит день-два, и вдруг на западе, на горизонте, предстает перед тобой нечто невероятное. Ты уже не на Онеге, не в Кижах, а где-то в предгорьях Кавказа, и перед тобой не протока озера, а широкая река, за ней тёмный лес, а далее – вот чудо! – Кавказские горы с пиками вершин, горы большие и малые, освещённые солнцем – всю эту картину создали причудливые облака. А как прекрасно отражение высоких небесных облаков в озере. Что мы вообще знаем об облаках? Из школьных знаний: облака бывают перистые и кучевые. Одни высоко в небе, другие ближе к земле. Увидеть же, как тень от верхних облаков ложится на нижние, и всё это белое великолепие окрашено голубым цветом в лучах солнца, – картина повседневной жизни в Кижах.

Цвет неба. На Острове все окрашено небесным цветом. Небесным– необязательно голубым. Сегодня в озере отражается голубое небо. Ближний лес у берега еще зеленоватый, а дальний «таежный» цвета от голубого до темно-синего. Но вот в Кижах непогода, и все уже окрашено в серый мрачный цвет: и озеро, и лес – всё окутано серой осенней дымкой, и только ближний, у кромки озера, лес с лёгким зеленоватым оттенком. Здесь на Острове все обретает цвет неба. Какая-то завораживающая красота!

Небо. Полярное сияние. Много лет назад осенью в конце сезона живем в поселке сотрудников Жарниково. Нас осталось немного. Вечером после работы топим печи, ужинаем и уже готовимся ко сну. Завтра последний рабочий день в Кижах и отъезд. Вдруг кто-то зовет всех на улицу. Выходить не хочется: холодно, на мостках изморозь. Но то, что увидели, – невероятно. Северное полярное сияние. Классическое, прямо по учебнику Ломоносова Вертикальные сполохи переливались всеми цветами радуги. Зрелище космическое. Дух захватывает. Забываешь обо всем. Где ты? Что с тобой и что это всего лишь временное явление природы. Через несколько лет там же в начале ноября снова посчастливилось увидеть полярное сияние, но уже совершенно другое. Как будто кто-то за горизонтом подбрасывал хлопья снега Они закрывали полнеба, и по ним переливались разноцветные полосы и похожие на салют искры. И все это на небе. Кижском небе, которому благодарен за этот невиданный подарок.

Небо. Закат-восход. А вот какую загадку загадало мне небо над Островом. Вечер. Выходишь погулять и поразмыслить на дальний причал. Солнце на закате и мягко уходит за горизонт. Там запад. Часа в четыре утра преодолеваешь себя и выходишь полюбоваться восходом. И знаешь, что солнце должно подниматься на противоположном конце горизонта, на востоке. Что за чудеса? Видишь, как оно восходит чуть правее того места, где совсем недавно заходило. Солнце, чуть зайдя за горизонт, через пару часов уже поднимается недалеко от закатного места. А вот ещё маленькое чудо. Бывает и такое. Заходит солнце у горизонта, и место заката темно и непроглядно, но лучи его пробиваются сквозь тучи и освещают восточную часть неба. Где кончается день – темно, а где уже вроде ночь – светло. Это Север. Это Карелия. Это Кижи. Белые ночи.

Маленький мальчик смотрит на небо и не знает, что когда-нибудь через много-много лет уже взрослым человеком он будет очарован небом и облаками на далёком от Подмосковья острове Кижи.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Про пароходы

Я список кораблей прочел до середины:Сей длинный выводок, сей поезд журавлиный...О. Мандельштам. 1915.

Никогда не думал, что по именам кораблей («бороздящие водные просторы нашей Родины» – клише советских журналистов) можно получить представление о стране.

Особенно заметно пристрастие у нашего – раньше государственного, а ныне частного – корабельного начальства к именам писателей и поэтов. Из 48 судов, прибывающих на Остров, 16 – это имена, прославивших или не очень российскую литературу. И не важно, гений это (Пушкин, Чайковский, Толстой, Чехов) или сочинители, о которых знают только, что писали они на морскую (Соболев) или революционную (Фурманов) тематику. И вот что интересно. Публика иностранная приплывает на судах с мировыми именами, а наши родные российские туристы – на кораблях попроще. Речное начальство хорошо знает свое дето. Вот, правда, не повезло Александру Грибоедову и Юрию Никулину. Теплоходов с такими именами больше нет, а плавают (речники и моряки говорят «ходят») теперь вместо них «Княжна Виктория» и «Солнечный город». Долго искал в Интернете, кто такая эта княжна и с большим трудом нашел – малоизвестная и абсолютно неинтересная особа. А второе название вообще непонятно откуда взялось. Жаль, и тот, и другой очень симпатичные люди, если не сказать гении.

Есть среди теплоходов, приходящих на Остров, несколько кораблей с именами бывших руководителей ушедшей в небытие страны («Леонид Красин», «Максим Литвинов», «Георгий Чичерин»), И, конечно, «Ленин», ну куда ж без него. Мало кто знает, что когда-то это был не простой круизный лайнер, а литерный (наподобие 200 секции ГУМа – только для избранных), и таким он много лет назад приходил в Кижи, привозя высокопоставленных чиновников. И вот, поди ж ты, как ни в чём не бывало почти 40 лет плавает, и ничего ему не сделается. Вот она, сила революционного духа! А главное, люди – а это большей частью российские туристы, осматривая города и села, даже, наверное, не очень задумываются о названии своего судна. Ну что ж, людей можно понять: им нужен комфорт. Интересно, а на этом корабле есть Ленинская комната и проводятся ли политзанятия? Надо бы узнать. Есть еще судно с именем основателя пролетарского учения – «Карл Маркс», в отличие от «Ленина» всего трёхпалубник. Провёл мини-опрос среди посетителей моего дома Сергеева, кто такой Карл Маркс. Внятно смогли ответить только несколько человек старшего поколения. Кто-то говорил, что это математик, кто-то - путешественник и т. и.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Поражает страсть наших владельцев теплоходов к их переименованию. Особенно за последние десятилетия. Насколько мне известно, существует морской и речной регистры, в которые заносятся имена судов, их типы, номера и имена, которые даются навечно. Чтобы переименовать, нужно очень веское основание, и, по-моему, это долгая работа. Правда, судя по тому, что творится на наших российских реках, дело это пустяковое и зависит только от кошелька. Конечно, делается это в угоду зарубежным турфирмам. Известно, кто платит, тот заказывает музыку, в данном случае имя. Может быть, я не прав и отстал от жизни?

В этом году впервые увидел теплоходы с совсем уж экзотическими для России именами: «Викинг Трувор», «Викинг Ингвар» и «Викинг Акун». Сплошные викинги. А куда же делся викинг Рюрик? Тем более есть мнение, что викинга Трувора (верная дружина), как и Синеуса (свой дом, община), вообще не существовало, а Рюрик все же основатель династии. Объясняется все очень просто. Пароходы эти плавают от компании Viking River Cruises, и та, ничтоже сумняшеся, переименовала «Маршала Кошевого» в «Викинг Акун», «Наркома Пахомова» в «Викинг Ингвар», а «Сергея Кирова» в «Викинг Трувор». Да, не повезло маршалу, наркому и Миронычу – были членами ЦК и даже Политбюро, а стали викингами.

А вот еще необычное, а главное, «грамотно» звучащее имя – «Волга Дрим». Название главной реки России с абсолютно неблагозвучным для российского уха словом «дрим». И ничего, плавает, бороздит, как говорится, просторы.

Немного о патриотизме. Часто приплывает на Остров теплоход с названием «Русь», но этого кому-то показалось мало. И вот появился и ходит по тому же маршруту еще один с похожим названием, но уже «Русь Великая» (бывший «Генерал Ватутин»), Чего уж церемониться с генералом, если маршалов из названий выкидывают. Представляю европейские суда, например, с названиями «Британия Великая», «Галлия Великая» или «Пруссия Великая» – звучит! А может быть, дело в другом, и по российским рекам уже давно ходят суда с названиями «Русь Малая» (правда, сейчас вряд ли) и «Русь Белая».

Среди судов есть и своеобразный рекордсмен не только по долгожительству (с 1956 г.), но и по переименованию. Это теплоход «Очарованный странник» (он же «Андрей Вышинский» до 1961 г., потом «Тарас Шевченко» до 1981 г., после «Сергей Кучкин» до 1999 г., далее опять «Тарас Шевченко»), И только в 2002 г. он обрел и по сей день носит своё нынешнее благозвучное и никого не смущающее имя. У кижан об этом судне остались самые теплые воспоминания, так как именно на нем в 90-е не очень сытые годы можно было для своих малолетних детей купить масло, сыр и колбасу, которые по заказу привозились для сотрудников музея.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Ну и напоследок, корабль – любимец речников «Зосима Шашков». Сколько помню, этот теплоход всегда с самого начала вызывал восхищение своим видом и красиво звучащим названием, хотя сам Зосима Шашков – с начальным церковно-приходским образованием, выдвиженец партии в 30-е гг., прошедший путь от бакенщика до министра – личность весьма спорная. Но каков вид судна и каково имя! Загляденье.

Это малая часть кораблей, «бороздящих водные просторы Родины». Какие же еще названия носят российские пароходы? «Иосиф Сталин», «Феликс Дзержинский», «Яков Свердлов»? А может быть, уже появились «Альфред Шнитке», «Егор Гайдар», «Галина Старовойтова»?

Интересно, а какие корабли и под какими названиями плавают в Европе по Рейну и Дунаю, в Штатах по Миссисипи и Миссури?

Май – сентябрь 2015 г.

// От первого лица (сборник воспоминаний о Кижах)
Составление и редакция Борис Гущин
Музей-заповедник «Кижи». Петрозаводск. 2016. 249 с.

Текст может отличаться от опубликованного в печатном издании, что обусловлено особенностями подготовки текстов для интернет-сайта.

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф