Метки текста:

Рябинин Фольклор

Бахтин В.С. (г.Санкт-Петербург)
Последний в династии сказителей? VkontakteFacebook

… Четверть века назад ко мне в Союзе писателей обратился незнакомый человек и попросил помочь оформить ему пенсию. Звали его Михаил Кирикович Рябинин. Тут же и выяснилось, что он из тех Рябининых, которых каждый советский человек знает со школьной скамьи.

Дела его, как видно, были не блестящи. Работал плотником в школе, в поселке Бернгардовка под Ленинградом, куда в 1955 г. переехал из деревни в связи со вторым браком. Хотел получить пенсию не как плотник, а как член Союза писателей.

Мы сблизились. Изредка приходил он в Дом писателя, и тогда мы подолгу беседовали. Хотелось узнать что-то о его жизни, о предках, о том, что он помнил из старого. Но его одолевали заботы нынешнего дня.

Однажды он принес папку со своими произведениями и спросил, нельзя ли что-нибудь напечатать. На дворе был уже 1970 г., и думать было нечего об опубликовании восторженных былин-новин в духе времен культа – о победе, о выборах, о папанинцах, о женском дне и пр., вплоть до зарифмованного письма товарищу Сталину с просьбой принять его сбережения – три тысячи рублей в фонд Красной Армии. Тут же была и газетная вырезка со стандартными словами благодарности товарища Сталина.

Как-то он упомянул имя Горького, сказал, что встречался с ним. «Вот и написали бы об этой встрече, – сказал я ему. – Это, наверное, можно будет напечатать». И он написал. Довольно быстро принес четыре листочка.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Я прочитал. Приготовил несколько вопросов по поводу не совсем ясных фраз, подчеркнул места, которые следовало бы развернуть. Михаил Кирикович обещал сделать, что сможет. Но заболел. И вскоре его не стало. Скончался он 5 августа 1971 г. Потом заходила его жена и рассказывала, что умирал он очень тяжело, с мучительными болями. Несколько раз предлагал я воспоминания М.К.Рябинина о Горьком – и в «Литературную газету», и в журналы, в том числе и в «Север», но везде получил отказ.

Почему эти листочки не печатали – понятно. В них Горький, хоть он и показан как человек добрый, отзывчивый, выступает в роли вдохновителя не очень привлекательного вида творчества.

Воспоминания Михаила Кириковича удалось опубликовать лишь в 1988 г., почти через двадцать лет, в малоизвестном сборнике «Ленинградская панорама». Они напечатаны в ряду других заметок о Горьком, в заголовках имя Рябинина не упоминается. Воспоминания эти не дошли до фольклористов. Времена наступили иные, старые научные связи нарушились, и куда более громкие филологические сенсации оставались безвестными. Поэтому считаю полезным огласить рукопись Михаила Кириковича Рябинина на Рябининских чтениях.

Второй документ, который может быть интересен, это биография Михаила Кириковича, начало которой написано, по-видимому, фольклористом, а последние два листа – самим Рябининым.

В папке, которая у меня хранится, тщательно собраны и подшиты ответы редакций, письма из Союза писателей, выписки из статей, из «Былин Севера» Астаховой, сделанные Рябининым, печатные статьи о нем (А.Беловановой и А.Разумовой, В.Базанова и др.). Тут же вырезки из газет, вырванный из книги портрет Трофима Рябинина, журнальные страницы с произведениями Михаила Кириковича, в том числе сказка «Как мужик в рай ходил», и машинопись главного и самого большого его произведения – «Былины о Ленине» в 4-х частях. Датирована она августом 1938 г. Опубликованы были только ее фрагменты.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

М.К.Рябинин не раз говорил о том, что в молодости он былин не признавал и не знал их. Он даже отцу своему запрещал исполнять их. Но после встреч с экспедицией 1926 г. и особенно после разговора с Горьким он всерьез занялся ими, внимательно читал их, изучал эпический стиль. И, надо сказать, преуспел в этом. В былинах, которые складывал Михаил Кирикович, стиль, образы, порой самое эпическое мышление органичны. Разумеется, способствовали этому художественные впечатления детства. Хотя он и отрицал былины, Горькому он сказал, что знает четыре (и они не записаны!).

Пример Михаила Кириковича показывает, что в последние десятилетия и город становится местом возможных интересных находок (еще и старики переезжают в город к своим детям; сказительница Якушева жила в Петрозаводске – ее внучка, работавшая позднее на радио, засыпала под пение былин. Автору этих строк довелось именно в Ленинграде встретиться с двумя выдающимися знатоками традиции – с Клавдией Ивановной Притыкиной из Архангельской губернии и с Андреем Ивановичем Каргальским. От Каргальского, полвека проработавшего на заводе, записана редчайшая былина о Садко и исторические, лирические песни, которые он запомнил с детства. Его дедов и бабок записывал в станице Каргальской еще А.М.Листопадов. См.: Песни донских казаков напетые А.И.Каргальским. Л., 1979).

Сказительские династии – это ведь не только Рябинины. Еще в пятидесятые годы мне довелось заниматься Касьяновыми (См.: В Космозеро за песнями // На рубеже. 1956. №6; Дополнение к сборнику А.Ф.Гильфердинга (Былины И.А.Касьянова) // Русский фольклор. 11. 1957). Сегодня можно, по-видимому, проследить судьбу и фольклорный репертуар семи-восьми поколений этого рода. Еще со времен Гильфердинга известен Иван Аникиев. С двумя его сыновьями, Иваном и Федором, с его внучками встречались члены экспедиций двадцатых годов. В 1956 г., когда я со студентами Карельского пединститута выезжал в Космозеро, эти внучки были уже бабушками. (Сохранились ли материалы той экспедиции, мне не известно.)

В Карелии, где подвижки населения были не столь радикальными, подобные разыскания могут быть особенно плодотворными.

P.S. Участники Рябининских чтений наверняка запомнили нескольких гостей – потомков династии Рябининых и среди них сына и дочь Михаила Кириковича, тоже уже стариков, родоначальников новых семейных кланов. Они пригласили меня к себе, и я имел возможность выяснить, что же живет в их памяти. На первый взгляд – вообще ничего не осталось. Но так не бывает. Есть у них свой репертуар. Первый тост после беседы, как говорится, за жизнь, брат и сестра хором пропели:[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Разговор на эту темуПортит нервную систему,А поэтому не стоит огорчаться!

Сохраним для истории и городской анекдот Алексея Михайловича:

«Умер человек. Пригласили фотографа. Он снял покойника в гробу.

– Завтра будут фотографии!

На следующий день приносит фотографии – ничего не разобрать, все смазано. Заказчик говорит:

– Как же так? Что же это за работа!

А фотограф отвечает:[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

– Значит, покойник шевелился».

Попели романсы, потом соревновались в частушках, которых немало знает Анна Михайловна Новгородцева, дочь Михаила Кириковича. И все больше деревенского и старого проступало и в песнях, и даже в озорных байках.

«Вот загадка, – предложила Анна Михайловна (после длительной пляски). – У вас все хорошо, хорошо – и хорошо сверху. А у нас все худо, худо, да худо сверху. Что такое? – «Хорошо, хорошо» – это булка с маслом, а «хорошо» сверху – еще и песком посыпана. А «худо, худо» – это (скажем помягче) грыжа, а «худо сверху» – чирей…»[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Полагаю, подобные загадки были отлично известны и Ивану Трофимовичу, и самому патриарху Трофиму Григорьевичу – просто Гильфердинг не догадался спросить.

А если всерьез, то на мой вопрос о своей жизни нынешний Рябинин ответил наверняка прадедовской поговоркой: живем – модеем, помереть не смеем.

И, наконец, последнее. Много ли осталось на карельской земле людей, которые провели свое детство в Кижах, возле знаменитого собора, как в обычной деревне, а не в музее? А ведь эти Рябинины жили там! Когда Михаил Кирикович женился, он половину огромного рябининского дома перевез на остров. А.М.Рябинин подарил рисунок – реконструкцию Кижей, на которой этот дом хорошо виден.

Рукопись

Рябинин Михаил Кирикович

Член Союза сов<етских> писателей

Встреча с А.М.Горьким

В 1932 г<оду> я (Рябинин) был командирован в г.Астрахань на 6-мес<ячные> курсы механизированного лова рыбы, с выездом на практику в Каспийское море.

С момента выезда из Петрозаводска я стал вести дневник, описывая все события в поэме (стихами). Возвращаясь с Астрахани, мы остановились в Москве на 2 дня.

В то время А.М.Горький был секретарем Союза писателей С.С.С.П. Я попытался обратиться к нему, был приемный день. Когда подошла моя очередь, я с некоторым волнением вошел в светлый с высоким потолком кабинет, с большим количеством книг на полках. Алексей Максимович указал на кресло, предложил мне – садитесь! Подавая руку, я отрекомендовался – М.К.Р. <т.е. Михаил Кирикович Рябинин>. Алексей Максимович выпрямился, спросил: вы не из потомства знаменитых сказителей Рябининых? Удивленный таким вопросом, я сказал: я правнук Трофиму Григорьевичу Рябинину, повторив свой инициал.

– Очень интересно! – сказал Алексей Максимович. – Ну как, продолжаете изучать дедковские былины? – опять спросил Алексей Максимович.

Я немного растерялся, но твердо ответил: нет! Я знаю только 4 дедковских былины и не хочу изучать больше…[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

– Напрасно! – перебил меня А.М. – Былины жили, живут и будут жить, это народное творчество, русский фольклор. Ваш дед Трофим Григорьевич бессмертье заслужил, и вы, если будете развивать себя, тоже приобретете славу и почет. – Он помолчал, а потом спросил: – вы над чем-нибудь работаете?

– Я описываю о советской власти (отв<етил> я), о колхозах, о всем том новом, что…

– А у вас есть с собой какая ли рукопись? – перебил меня А. М.

– Что я писал дома (отв<етил> я), того нет, а вот Каспийский промысел, что я видел в Астрахани и на Каспийском море… – я достал из своего портфеля рукопись, подавая А.М., сказал: поинтересуйтесь, конечно, это черновик, над ним еще надо поработать.

A.M. взял рукопись в руки, взглянул на толщину количества листов, сказал:[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

– Тогда это надо отложить на завтра, сегодня у меня приемный день, нельзя с одним посетителем задерживаться долго.

– Я завтра уезжаю, – сказал я, уже билет закомпостирован.

– А что, вы поездом? – спросил А.М.

– Да, – ответил я, – я еду с г.Астрахани, был на курсах механизированного лова рыбы, об этом и есть моя рукопись.

A.M. нажал кнопку звонка. Вошла женщина.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

– Позовите А.П., – ск<азал> он. – Дайте ваш билет! – Через минуту вошла вторая женщина.

– Антонина Павловна, – ск<азал> А.М., – съездите на Ленинградский вокзал, перекомпостируйте билет Рябинину на завтра. Вас устраивает? – обратился он ко мне.

– Устраивает! – отв<етил> я.

– Ну, тогда пока! – подавая мне руку, сказал А.М. – Завтра к 10 ч<асам>. Сюда же.

Не зная, о чем и какой будет разговор, я до 2-х часов ночи просидел в задумчивости, об чем бы спросить мне еще А.М.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Утром, придя в Союз писателей, А.М. уже был там. Женщина, стоявшая на лесенке, перебирала на полке книги, должно быть, что-то искала.A.M., поздоровавшись со мной, встал и сказал:

– Пойдемте, М.К., в другую комнату, – и мы перешли через 2 комнаты, в которой стояло 3 стола, к одному из них мы и сели.

– Я поинтересовался вашей рукописью, – ск<азал> А.М. – вообще-то она слабовата, но это у вас черновик – в нем есть очень хорошие места, в вашей рукописи чувствуется сметливость, а это говорит за то, что у вас есть природный талант и ум – советую, М.К., развиваться, вы тоже заслужите славу и почет.

Он замолчал. Тогда я спросил:

– A.M., вот мне уже 35 лет, и я малограмотный, теперь уже поздно мне поступить в какое бы высшее заведение и…

Он улыбнулся (чему я удивился, т.к. это произошло первый раз за все время нашей беседы) и сказал:

– А я? Я только учился самоучкой, писал на заборах, и в настоящее время пока нет таких учебных заведений, да вообще писателей не учат, эти люди – самородки. Писательский труд – тяжелый труд! Выпуская первую рукопись, писатель сдает как бы экзамен перед общественно стью, перед читателем, сдал – и у него сразу прибавляется силы, яснее перспективы перед ним, становится тверже его шаг. Случается, что вторая, третья рукопись окажется слабее первой, не надо разочаровываться, следует пересмотреть рукопись или дать ознакомиться редактору. Хороший редактор много перечеркнет в рукописи, из этого и надо делать вывод, следует выражать одну мысль, одно чувство, согласно заглавия, выявлять героев с помощью пейзажа. При упоминании фамилий нужно описать так, чтобы можно понять одно лицо, не всегда короткой фразой можно передать все, что хочешь сказать в рукописи. Писатель только тогда напишет дельно, когда не будет находиться под влиянием личного увлечения и пристрастия, он должен обозревать покойным и светлым взглядом жизнь и людей вообще, иначе выразит только свое я, до которого никому нет дела.

Всего разговора с А.М.Горьким теперь мне не передать, только кое-что я вспоминаю, и немного сохранилось в записи.

Прощаясь, я сказал, что живу в провинции, далеко от литературного центра, и нет возможности посоветоваться с кем-либо, я великолепно понимаю, что теперь не та эпоха… Однако я не договорил, меня перебил AM.

– Былины пишите, былины! Это ваш жанр!

И я вспомнил совет экспедиции из Москвы под руководством профессора Соколова Ю.М.

С этим советом я, вернувшись домой, стал заниматься былинами.

Рябинин

Машинопись, правка рукой М.К.Рябинина

Биография Михаила Кириковича Рябинина

Михаил Кирикович Рябинин – единственный потомок чисто Рябининского поколения, прямой правнук старейшего сказителя этого рода Трофима Григорьевича.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Родился в 1897 г. в деревне Середка Кижского сельсовета Заонежского района в семье крестьянина-бедняка. Выросший среди певцов былин, он «не захотел прославлять старых князей», которые упоминались в былинах, и даже воспретил отцу (Кирику Гавриловичу Рябинину) петь старые былины. Такое пренебрежение к старинам Михаил Кирикович обнаружил в молодости. В то время он считал, что былины отжили свой век. Но это было увлечение, крайность, которую опровергла сама действительность.

До 1916 г. Михаил Кирикович занимался хозяйством. В 1916 г. его призвали в армию, зачислив во флот, но уже в следующем году освободили после [1] февральской революции.

В 1918 г. он уходит добровольцем в Красную Армию, по возвращении из армии работает вначале ст. милиционером, затем продавцом в сельпо и в других организациях.

Когда участники экспедиции братьев Соколовых в 1926 г. встретились с Рябининым в деревне Середка, у него был целый «альбом» собственных стихотворений и куплетов, посвященных новой жизни. Один из участников экспедиции пишет в своем дневнике:

«Предок (так!) Рябининых решил сменить гусли на лиру и, совершенно пренебрегая былиной, описывал в стихах, подчас исполненных революционного пафоса, разные события последних лет и историю собственной семьи».[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

В автобиографии, сочиненной по предложению профессоров Московского исторического музея, Михаил Кирикович говорит о своих знаменитых предках:

Трофим Григорьевич РябининМне прадедушкой бывал,В бороде имел седины,Хоть я лично и не знал,Но видел [2] я на портретахИ слыхал о нем не раз,Что он был в числе поэтовИ про древность вел рассказ.Ездил в Турцию к султану,Был в дворце он у царя,Впрочем, где он был, не стануЗдесь рассказывать все я.Только очень интересно,Что Рябинина семьяВсей республике известна,В том числе Рябинин я.

В 1926 г. от Михаила Кириковича были записаны свадебные присказки «женихова дружки», старосты (тоже разновидность дружки со стороны невесты) и другие – всего несколько сот присказочных стихов.

По словам Михаила Кириковича, он «в старое время был самым знаменитым дружкой в Заонежьи». Следует сказать, что в конечном итоге выжили не стихотворения М.К.Рябинина, слабые по своей художественной форме, а именно его фольклорные жанры.

Повышенный интерес советской общественности к былинному сказительству и, в частности, наглядный пример второго наследника Рябининых – П.И.Андреева-Рябинина заставили Михаила Кириковича пересмотреть свое отношение к былинному эпосу.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

«Поняв свою ошибку», будучи грамотным человеком, Михаил Кирикович решил восполнить свой пробел чтением былин по сборникам. Через книгу приобщившись к былинному повествованию, М.К.Рябинин использовал художественные приемы и поэтику былинного эпоса для создания новых былин и сказов, посвященных нашей героической современности.

Первой попыткой Михаила Кириковича была его былина о В.И.Ленине, появившаяся в отрывках в альманахе «Карелия» (1940 г.).

В годы Великой Отечественной войны М.К.Рябинин создал ряд новых былин и сказов, большинство которых появилось в печати. Среди них есть интересные произведения, заслуживающие внимания. К ним следует отнести «Былину о богатырях Отечественной войны», вошедшую в сборник «Былины о Красной Армии» (1943 г.), и былину «О партизане Григорьеве». Первая посвящена изображению героической борьбы советского народа с немецкими захватчиками. В заключительной картине рисуется борьба и победа красных соколов, олицетворяющих правду, над черными воронами – носителями кривды.

В основе былины «О партизане Григорьеве» лежит биография героя. Михаил Кирикович рассказывает о героических подвигах партизан на Карельском фронте. В художественном слове народного сказителя выражены благородные патриотические чувства нашего народа, а слово народа не расходится с делом. Так, М.К.Рябинин, воодушевленный всенародным движением помощи фронту, вносит свои трудовые сбережения в фонд обороны.

В ответ на былинное письмо-сказ товарищ Сталин благодарит народного сказителя за заботу о Красной Армии (январь 1943 г.).[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

В связи с окончательным разгромом немецко-фашистских захватчиков М.К.Рябинин сложил «Былину о Победе» (опубликована в «Правде» от 22 июня 1945 г. и в сборнике ВДНТ «Выбирайте лучших людей». 1945 г.).

К дню Победы Михаил Кирикович сложил былинный сказ «День Победы» (опубликован в журнале «На рубеже», №2–3 за 1946 год).

В 1946 г. им была написана «Былина о выборах», посвященная выборам в Верховный Совет СССР.

В годы Отечественной войны Михаил Кирикович жил в деревне Журавицы Пудожского района, где и слагал свои былины [3] .

После войны М.К. продолжил свою поэтическую работу – еще ряд былин написал на мирные темы, так, например, «Былина о новой пятилетке», о М.И.Калинине, 800 лет Москвы, 25 лет К–Ф ССР, «Народ и партия непобедимы», руна «100 лет Калевалы», «К коммунизму мы идем широкой поступью» и ряд других. При переезде в Ленинград М.К. написал былину о метро. Начал работу над былиной о 250-летии Ленинграда. Всего произведений М.К. в количестве 38 разных видов, из которых 26 были опубликованы в печати – в газетах и частично в сборниках.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Продолжение Автобиогр<афии> Рябинина

Таким образом, к шестидесятилетию жизни М.К.Рябинина – сорокалетний стаж работы. Но не только трудовая деятельность проведена в жизнь М.К.Рябининым, он является носителем ценнейшего старинного эпоса и создателем новых былин, сказок, рассказов и др<угих> произведений, посвященных героической современности, об этом пишется во многих книгах в предисловиях. Когда экспедиция Соколова ЮМ. в 1926 г. записала несколько сот стихов от Рябинина и предложила ему написать что-либо при их присутствии, тогда М.К. описал в стихах свою Автобиографию, отразив то, что на факте видела сама экспедиция, его хозяйство, скот, дом и саму семью, в течение 2-х часов М.К. написал под рифму около 200 куплетов. Тогда Юрий Михайлович Соколов написал в книге (Экспедиция 1926 г.), что М.К., наделенный особым даром, быстрой находчивостью, хорошей рифмовкой в стихах свободного творчества в своих произведениях, имеет сметливость, природный талант и ум.

Если М.К. явился не полным преданием глубокой старины, как его предки, хранители эпической традиции, и мало сохранил старых былин, так он издал ряд новейших полноценных произведений, отражающих ценнейшие достижения Советской власти, которой он, Рябинин, предан до глубины своего сердца. Эти чувства могут доказать той оценкой правительства, которые имеет М.К.Рябинин.

  1. Подарок Папанина (за былину о Папанине).
  2. Личная благодарность Сталина за заботу о Кр<асной> Армии.
  3. Почетная грамота Президиума Верх<овного> Сов<ета> К-Ф ССР, подписанная Куусиненом.
  4. Медаль «За доблестный труд».

Настоящая Автобиография далеко не полностью охватывает деятельность Михаила Кириковича: он является хорошим общественником, выполняющим общественные нагрузки местной власти, два раза был избран депутатом Советов – один раз депутатом горсовета и один раз райсовета, более десяти лет был председателем профсоюза и страхсовета.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

// Рябининские чтения – 1995
Музей-заповедник «Кижи». Петрозаводск. 1997. 432 с.

Текст может отличаться от опубликованного в печатном издании, что обусловлено особенностями подготовки текстов для интернет-сайта.

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф