Метки текста:

Заонежье Сказки Фольклор

Разумова И.А. (г.Петрозаводск)
Сказочная традиция в Заонежье (К проблеме регионального изучения сказки) VkontakteFacebook

В изучении фольклора отдельных регионов чаще преобладает описательность, хотя существует определенный интерес к теоретическому осмыслению проблемы (работы Б.Н.Путилова, К.В.Чистова, М.Н.Мельникова, А.Т.Хроленко и др.). «Фольклорный регион» соотносится с этнографическим регионом, не совпадая с ним. Крупные регионы, как, например, Русский Север или Сибирь, представляют, в свою очередь, систему локальных традиций. Локальные группы русских европейского Севера имеют известные отличия в фольклорной культуре. Вопрос заключается в том, чтобы определить характер, уровень и значимость этих отличий.

Региональное изучение фольклора, как правило, сосредоточено на отдельных жанрах: былинах, сказках, песенно-музыкальном репертуаре. Научная методика комплексных ареальных исследований в настоящее время только вырабатывается. Применительно к обширному региону Русского Севера лучше всего рассмотрено бытование классического эпоса, изучение которого имеет давнюю традицию (труды А.Ф.Гильфердинга, Б.М. и Ю.М. Соколовых, А.М.Астаховой, В.И.Чичерова, Ю.А.Новикова и др.).

Проблема региональной специфики — это проблема вариативности. Жанры фольклора проявляют локальную вариативность по-разному и в неодинаковой степени. На наш взгляд, изменчивость сказки, исключая диалектные, неспецифические отличия, значительно меньше, чем былины песенного фольклора, несказочной прозы и других жанров.

Эмпирическим путем собирателями и исследователями выявлено немало ярких черт, характеризующих сказочную традицию того или иного региона. Особенно глубокие и интересные работы принадлежат сибирским сказковедам (Е.И.Шастиной, Р.П.Матвеевой, Н.В.Соболевой и др). Огромный сибирский материал позволяет сравнивать различные локальные вариации, а это единственно продуктивный метод при выявлении региональной специфики. В противном случае «особенности» сказок той или иной местности оказываются одними и теми же. Сложнее всего, по нашему мнению, дифференцировать «локальные отличия» и характер интерпретации, присущий исполнителям одного направления или психологического типа.

При региональных фольклористических исследованиях мы имеем дело с двумя основными аспектами. Это, во-первых, установление факторов, постоянно действующих и временных, которые влияют на локальные модификации, и, во-вторых, выявление уровней в системе жанра (жанров), в большей или меньшей степени подверженных воздействию этих факторов. Чаще всего принимаются во внимание внефольклорный контекст и обстоятельства, влияющие на бытование фольклора: история заселения и освоения края, хозяйственно-бытовой уклад, специфика историко-культурного развития, межэтнические контакты, подвижность населения. Такой подход необходим и научно корректен, у фольклора сильные внетекстовые связи, и он непосредственно включен в традиционно-бытовую культуру этноса. Вместе с тем нужно учитывать развитие собственно фольклорного процесса и закономерности жанровых систем в их взаимосвязях, степень стабильности этих систем, характер взаимодействия с письменной культурой. В разной степени и под воздействием разных факторов проявляют изменчивость мотивы и персонажи, сюжетосложение и стилистика, общий характер репертуара и частные реалии повествования.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Сравнительный анализ всегда осложняется проблемой сопоставимости материала количественно, хронологически и по степени аутентичности. Собирание в разных районах и в разное время неравномерно, кроме того, приходится считаться с установками собирателей и исполнителей. Например, в послереволюционное время легендарная сказка могла остаться незафиксированной по мотивам идеологического порядка: фольклористы не очень стремились записывать, а тем более публиковать, а исполнители опасались рассказывать. Неодинакова степень точности записей. По научной достоверности фиксации сказочной традиции первое место остается за материалами А.И.Никифорова.

Сказочная традиция Заонежья относится к числу фронтально обследованных. Это не очень частое явление даже для Русского Севера, активно изучаемого фольклористами. На относительно небольшой территории Заонежского полуострова записано, по приблизительным подсчетам, около 650 текстов сказок разных жанров, включая «переходные» формы. История собирания сказок Заонежья изложена Т.И.Сенькиной в книге о русской сказке Карелии и Н.Ф.Онегиной в предисловии к составленному ею сборнику. Записи производились начиная с П.Н.Рыбникова (1860-е гг.) и по 1980-е гг. включительно. Около десятка текстов записано П.Н.Рыбниковым. Это сказки-бывальщины, новеллистические и легендарные. В 1884 г. сказки в Заонежье записывал А.А.Шахматов, в 1903-1904 гг. — Н.Е.Ончуков. В 1926 г. А.И.Никифоровым было записано свыше 170 текстов, несколько меньше — И.В.Карнауховой. Суммарно материалы этих двух собирателей составляют не менее половины всех сказок Заонежья. В 1930-е гг. записи производили М.Б.Каминская и Н.Н.Тяпонкина, Е.П.Родина, А.Д.Соймонов, М.А.Иванова и др. После почти двадцатилетнего перерыва, в 1956-1957 гг. в Заонежье выезжала экспедиция МГУ под руководством Э.В.Померанцевой (среди участников — Н.И.Савушкина, Л.А.Астафьева, В.М.Гацак, Ю.АНовиков, Н.Полищук и другие). В архиве КНЦ РАН 45 текстов сказок Заонежья в записи этого отряда. Последний и очень продуктивный период собирания — 1980-1985 гг. За эти годы сотрудниками ИЯЛИ КНЦ РАН записано в Заонежье около 130 сказок (наибольшее количество записей сделано Н.Ф.Онегиной).

Таким образом, материал в высокой степени репрезентативен. Обследовано большое количество населенных пунктов. Сказки записывались в общей сложности от 174 заонежан. Из них 75 женщин, 64 мужчины. Возраст исполнителей различный. Самая многочисленная группа — женщины от 55 до 75 лет. Другие возрастные группы женщин-сказочниц значительно меньше. У мужчин дело обстоит несколько иначе. Возрастные группы количественно более равномерны. Неожиданно значительным оказалось число исполнителей-мужчин 20-40 лет. Оно почти равно числу сказочников старшего возраста (50-70 или 60-80 лет).

Ценность заонежских записей дополняется тем, что здесь зафиксирована детская сказочная традиция. Это в основном материалы А.И.Никифорова и И.В.Карнауховой Записаны сказки от 35 исполнителей в возрасте 5-15 лет. Преобладающий возраст — 10-12 лет. Девочек и мальчиков одинаковое число. Во всем северно-русском регионе детская традиция отмечена в нескольких местностях: на Мезени, Пинеге и в Карельском Поморье. В других регионах сказки от детей записывались крайне редко или отсутствуют.

Исполнителей с большим репертуаром (свыше 30-40 сюжетов) в Заонежье нет, в отличие, например, от Пудожъя. Исключение — сказочница Е.А.Васильева из д.Леликово. От нее в 1939 г. разными собирателями было записано 38 сказок, в том числе 28 волшебных. Такой объем репертуара на общерусском фоне является «средним». Еще у 10 исполнителей отмечен репертуар 10-20 сюжетных типов (с вариантами больше), из них двое — дети 10 и 12 лет.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Значительное количество текстов записано от двух и более родственников, как представителей разных поколений, так и «по горизонтали». По предварительным подсчетам, таких семейных групп около тридцати. Это интересный материал для изучения бытования сказки и передачи традиции. Особого внимания заслуживают сказки, записанные от сказителей былин: Рябининых, Касьяновых и других. Заонежье относится к числу тех северно-русских регионов, где можно проследить взаимоотношения былинной и сказочной традиций.

Наблюдения собирателей о заонежской сказке, на первый взгляд, противоречивы. Н.Е.Ончуков был недоволен результатами, отмечая, что не нашел хороших сказочников и «тщетно пробовал записывать от таких, какие попадаются». Ярмарку в Шуньге он считал «искоренителем сказок и былин», а заонежан — испорченными внешней городской «культурностью». Влияние Петербурга, в частности, на «смешение наречий», отмечал А.А.Шахматов. Эту точку зрения подтвердила И.В.Карнаухова, но выводы ее относительно бытования сказки в Заонежье были иными. По ее мнению, сказка бытует активно и повсюду. Записи 1980-х гг. также не дают оснований считать, что сказка здесь уходит из фольклорного репертуара быстрее, чем в других регионах. Заонежье представляет определенный тип локальной традиции с особым характером трансформационных процессов. Влияние города и книжной культуры — факторы этих процессов.

Существенным показателем является жанровый состав сказочного репертуара. Установлено, что для Заонежья характерно не типичное количественное соотношение между волшебной и бытовой сказкой. Для сравнения приведем относительный подсчет процентного соотношения сказок разных жанров в заонежской и пинежской традициях (последнюю можно считать приближающейся к «классической»). Кроме суммарных данных, выделим материалы А.И.Никифорова как в силу высокой научной достоверности, так и потому, что их показатели отличаются от общих.

Табл.1Табл.1

При подсчетах мы ориентируемся на тексты, а не на сюжеты, поскольку не считаем сюжетный тип надежным критерием при определении жанра. Усредненные показатели всегда относительны, тем не менее, думается, корректнее говорить о высоком проценте бытовой сказки в заонежской традиции, чем об абсолютном преобладании. В любом случае этот параметр является существенным. Указанный признак отличает заонежскую сказку от многих других локальных традиций.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Еще один показатель — сюжетный состав. По нашим наблюдениям, сюжеты заонежских сказок (по крайней мере, волшебных и о животных) — это основной «набор» самых распространенных у русских сюжетных типов. Отмечен лишь один редкий сюжетный тип (СУС — 674), в русской традиции известен один сибирский вариант.

Характер сюжетосложения, контаминации также имеют свою специфику в разных традициях. Анализ заонежских волшебных сказок показывает, что контаминации в основном самые типичные для восточно-славянской сказки и шире — для многих народов: СУС 300 А + 301, 530 + 530 А, 677 + 910 В и некоторые другие. Вообще, контаминация не очень характерна для сказки Заонежья. Редко соединяются более, чем два сюжетных типа. Вместе с тем встретилось по нескольку вариантов нетипичных контаминаций: СУС 313 + 450, 735 + 563 (564), 327 А + 715 А. Они отличают заонежскую традицию, а две последние встречаются в соседних районах Обонежья.

Мы проиллюстрировали только несколько параметров, характеризующих локальную сказочную традицию. Но и они могут дать представление о научной значимости материалов Заонежья для выявления типологии локальных фольклорных культур.

// Рябининские чтения – 1995
Музей-заповедник «Кижи». Петрозаводск. 1997. 432 с.

Текст может отличаться от опубликованного в печатном издании, что обусловлено особенностями подготовки текстов для интернет-сайта.

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф