Метки текста:

Коми Орнамент Прялки Рябининские чтения

Уткина И.М. (г.Сыктывкар)
Коллекция прялок из собрания Национального музея Республики Коми: локальная классификация и символика орнамента VkontakteFacebook

В культуре любого народа орудие прядения, какой бы вид оно не имело, является одним из фундаментальных женских символов. По мнению Т.А.Бернштам, прялка является своеобразной женской иконой, наставляющей и напоминающей о христианском благочестии, следовании моральным правилам – чистоте, верности, крепости брачных уз, что обеспечивало долгую жизнь и религиозно–нравственную память о себе и потомстве. Прядение было наиболее длительным и трудоемким процессом из всех женских занятий. Получение нити из кудели состояло из трех этапов: дергание – вытягивание длинной пряди, сучение – кручение нити и наматывание пряжи. Для прядения только 16 килограммов кудели пряхе требовалось 955 часов, т.е. около 40 суток [1] . Но, тем не менее, значение этих женских занятий и их роль неоспоримы в крестьянском быту. Узколокальные различия выражены в прялках, пожалуй, как ни в каких иных предметах народной культуры, поэтому они могут представлять ценный материал при изучении этнокультурной истории региона. Даже при беглом знакомстве с коллекцией прослеживается широкая вариативность формы лопасти, техники ее декорирования в пределах сложившихся узколокальных канонов.

Предметом данного исследования явилась коллекция прялок, хранящаяся в собрании этнографической коллекции Национального музея Республики Коми (далее: НМРК). До недавнего времени эта коллекция была малоизвестна широкой общественности. В середине 2002 г. коллекция была представлена в коллекционном показе экспозиции – «Традиционная культура народа коми в обрядах жизненного цикла в конце XIX – начале XX веков».

Для анализа были взяты 170 единиц хранения коллекции прялок, начало комплектования которой было положено в 1911 г. Основу коллекции составляют прялки конца XIX – первых десятилетий XX столетия, отдельные образцы относятся к первой половине XIX в. Все предметы коллекции были приобретены, главным образом, во время экспедиций в период существования музея, но поступления в разные годы проходили с разной степенью интенсивности. В формировании коллекции принимали участие такие видные собиратели и исследователи народного искусства, как Д.Т.Янович (1920-е годы), Г.В.Шипунова (1930-е годы), А.М.Рубцов (1960-е годы), Н.А.Митюшева (1970-е годы) и другие сотрудники музея. В 1995–1999 гг. значительная часть музейного собрания была отреставрирована реставратором–искусствоведом В.В.Кублицким. Была произведена чистка, консервация, восстановлены отдельные фрагменты прялок и восстановлена роспись.

Изучение коллекции показало, что имеющиеся экспонаты не в полной мере обладают всей информацией. Многие прялки аннотированы лишь по месту бытования. Совершенно недостаточно сведений о месте изготовления, о принадлежности прялки, о мастере, который ее изготовил. Вопрос о необходимости фиксировать время и место изготовления прялки вообще не привлекал к себе внимания. Принято было считать, что предметы традиционного быта оставались неизменными на протяжении многих лет и поэтому не нуждались в точной аннотации. Лишь некоторые прялки, приобретенные за последние десять лет, имеют дату изготовления, имя мастера и владельца. В настоящий момент восполнить отсутствующую информацию невозможно.

Но, тем не менее, история поступления данной коллекции восстанавливается на основе записей в «Книгах поступления» и «Актах принятия» музея. Особенно интересными оказались сведения о месте приобретения, а также информация о владельцах и мастерах. На основе собранных данных о мастерах – резчиках выяснилось, что во второй половине XIX – начале XX века на территории Коми края было немало способных, работающих на заказ ремесленников. Так, в селе Прокопьевка Сыктывдинского района изготовлением прялок занималась династия Дорониных, один из них «изготовил прялку в подарок 15-летней девочке в 1916 году». В селе Ипатово Сыктывдинского района известными мастерами были Роговы, Ипатовы. Другой мастер – Торлопов Алексей Петрович (1890–1930-е гг.) занимался изготовлением не только прялок, но и других предметов из дерева. Чаще всего прялки «вырубались» в подарок для своей жены, сестры, дочери. Многократные заявления искусствоведов о том, что прялку обычно делал парень для своей невесты, необоснованны по отношению коллекции прялок, хранящихся в НМРК.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

В прошлом прялка не только являлась орудием женского повседневного труда, но и имела символическое значение для тех, кто ее делал и кто ею пользовался. По традиционному мировоззрению, мастер уподоблял прялку мировому дереву, где лопасть, ножка и донце соответствовали верхнему, среднему и нижнему миру Вселенной. Продолжая символику материала, прялка любой конструкции – цельная или составная – моделировала в первую очередь растительный образ – дерева. Лопасть – крона, ствол – стебель, донце – корень.

Прялка, конструктивно напоминающая дерево, являлась его олицетворением, семантическая связь которого уходит в женский образ. Будучи олицетворением богини, образ дерева связывался с женским полом вообще. Мифы некоторых народов, в том числе и коми, указывают на то, что женщины произошли от деревьев или дух дерева выступает в женском облике. Содержание одной из коми народных сказок подтверждает данную версию: «Жили – были раньше старик со старухой. У них было одиннадцать сыновей. Все неженатые. Они сделали три лодки. Отправились на охоту. Запаслись сухарями: надолго собираются. Запасы снесли к реке: сухари, дробь–порох, топор–пила. Стали выходить из дома и попрощались сыновья с матерью. А мать уже опять с большим животом, беременная. А самый меньший сын и сказал матери на прощание: «Мама, а мама, если сын родится, на полке стрела, дочь, если родится, между печкой прялка» [2] .

Прялки, бытовавшие на территории Коми края, выделяются своими размерами – это придает им своеобразный облик, близкий к вологодскому типу прялок. Делали их из цельного куска дерева: лопасть и ножку вырезали из ствола, донце из корневища. Лопасть сильно увеличена и очень разнообразна, часто напоминает форму прямоугольника немного расширенного книзу, форму листа, удлиненного овала. Ножки также разнообразны, двух вариантов – прямая четырехгранная, и реже – в форме фигурного сгиба. В некоторых случаях ножку украшали резным или расписным орнаментом, который продолжал декорирование лопасти.

Изготовление прялки начиналось с самого первого этапа – заготовки дерева. Считалось, что далеко не каждое дерево пригодно для ее изготовления. Неправильно выбранное дерево могло принести несчастье для ее владелицы, поэтому для его выбора приглашались «знающие» люди. Дерево, предназначенное для изготовления прялки, должно быть обязательно «живым». Зырянин говорит «ловъя пу» (дерево с душой), «ловъя пожом» (сосна с душой) [3] . Непригодными считались деревья, у которых на коре имелась выпуклость, сучья которых растут вдоль ствола, также деревья с двумя вилокообразными вершинами (существовало поверье, что у них «два сердца»). После выбора дерева, наступало время его заготовки. Обычно это делалось зимой, в морозный день, когда дерево спит, чтобы не навредить «душе», затем приступали к изготовлению и украшению прялки.

Необходимо отметить тот факт, что большим разнообразием в коллекции отличаются орнаментированные прялки. Техника резьбы и стиль росписи неоднородны и нуждаются в некоторой классификации. В этнографической и искусствоведческой литературе неоднократно упоминается о бытовании в прошлом самобытной росписи у вычегодских и удорских коми, резьбы – у прилузских и печорских коми. Следует заметить, что в селах Тойма, Буткан Удорского района бытовали прялки мезенского типа с широкой прямоугольной лопастью, с навершием из нескольких фигурок – главок. Расписывались эти прялки в той же манере, что и мезенские. Плоскость всей лопасти с двух сторон плотно покрывалась орнаментом. Особенностью этой росписи является многоярусность и преобладание геометрических мотивов (квадратов, ромбов, треугольников, зигзагов и т.д.) с включением контурных, графических фигур животных: плывущих птиц, оленей, лошадей, изображение хвойных деревьев и сюжетных сценок. Роспись на удорских прялках, возможно, является «подражательной» мезенскому стилю росписи. Но тем не менее бытует мнение, что классическая мезенская роспись оформилась в самостоятельное направление к середине XIX в. на основе взаимовлияния коми и северорусских традиций в народном изобразительном искусстве [4] .[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Наиболее распространенным сюжетом на прялках мезенского типа, является изображение «одинокого коня». Культ коня, игравшего незаменимую роль в жизни людей, нашел широкое отражение различного рода источниках – письменных, этнографических, фольклорных. Возможно, это связано с существующей у коми–пермяков космологической версей, согласно которой кони являются опорой земли: «На трех конях земля держится: черном (вороном), белом (синем) и рыжем (гнедом). Каждый по очереди держит землю. Когда черный конь держит – на земле голод и мор, когда белый – на земле сплошные войны, когда красный – царит мир спокойствие и благополучие» [5] . Кроме того, по мнению многих исследователей, культ коня имеет прямую связь с солярными представлениями. Очень часто археологи находят коньковые подвески в женских захоронениях, по всей вероятности культ коня связывался и с представлениями о плодородии [6] . Как элемент орнамента у коми, он распространен не только в росписи, но также в художественном ткачестве, вязании и вышивке.

Кроме того, на обратной стороне лопасти существует большое количество сюжетов, которые условно можно назвать: «охота», «всадник», «поединок», «выездные сани с лошадью». Вся эта роспись сделана в благородном графическом стиле. Следует предположить, что устойчивость состава образов мезенской и «подражательной» росписи на прялках объясняется их жизненной основой. Жители Мезени со времен колонизации новгородцами занимались охотой, птицеловством для сбора утиного пуха, выращиванием лошадей особой мезенской породы.

Стиль мезенских прялок по–своему интерпретировался в росписи вашкинских и печорских коми. Местные мастера сохраняли общую многочастную композицию рисунка на прялке, но значительно упрощали и увеличивали сюжетный орнамент, выполняя его в более грубой технике. Так, на прялке из села Ертом Удорского района (НМРК, КП 8619) изображено «древо жизни» в зеркальной конструкции, что свидетельствует о наличии в мировоззрении представлений о трехмерной вертикальной структуре мира. Для многих коми, «дерево» являлось воплощением универсальной модели мира, в то же время воспринималось по–разному, в зависимости от культурных традиций. Поэтому часто на прялках и других предметах крестьянского быта ярко выражен образ «мирового дерева» – как символ устройства всей Вселенной. У коми в качестве «космической лестницы» также выступает «мировое дерево» – универсальный мифологический символ. Это дерево поднимается из первоначального холма (у коми–острова), разделяет и в то же время связывает небо и землю, или верхний и нижний мир [7] .

На Вашке встречаются прялки с веслообразной лопастью, близкой по форме карельским и поморским прялкам. Таких прялок в коллекции несколько. Лопасть прялки чуть расширена в центре и симметрично заужена книзу и вершине. Заканчивается лопасть продолговатой главкой. У основания ножки вырезано круглое утолщение, симметричное главке на вершине лопасти. Такие прялки, как правило, не декорировались.

Оригинальна техника росписи на вычегодских прялках. Их в коллекции насчитывается более 17-ти: из сел Керчомья, Усть–Кулом, Бадъельск. Перед нанесением узора на лопасть и ножку прялки, орнамент процарапывался острым резцом, и вся поверхность покрывалась ярко–синим или киноварным фоном. После этого элементы резного орнамента выделялись красками контрастных цветов. На лопасть прялки наносился орнамент в виде концентрических кругов и многолучевых розеток. Это ни что иное, как изображение солнца. Фольклорные данные свидетельствуют о том, что в древности у индоевропейских народов имело место почитательное отношение к солнцу, но не у всех и не в равной мере. Известные фольклорные и этнографические материалы дают основание для предположения о наличии в прошлом у коми солнечного божества. У коми–пермяков в одном из фольклорных текстов говорится о весеннем празднике в честь Бога–Солнца (Шондi–Ен). У коми–зырян следы обожествления Солнца не прослеживаются, в то же время почитательное отношение к Солнцу в традиционном мировоззрении распространено достаточно широко. Мотивы и техника верхне–вычегодской росписи требуют более детальной дешифровки и позволяют сделать предположение о ее локальном самостоятельном происхождении.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Существенно отличается роспись на прялках, бытовавших в селениях на Нижней Вычегде. Роспись состояла из растительных орнаментальных композиций в виде букетов, цветов, листьев, которая наносилась по ярко–синему фону красками желтого и голубого цветов. Элементы орнаментальной композиции имеют подчеркнуто округлые формы и контурную обводку черной краской. Следует отметить, что подобная роспись может быть классифицирована, как свободнокистевая, и связывалась она с пожеланиями добра и счастья.

Рассмотренные материалы позволяют сделать вывод о том, что оформление «центров» самобытной росписи на прялках у коми происходит в ареалах совместного либо пограничного проживания с русским населением. Именно в этих контактных зонах происходит рождение таких этнокультурных феноменов, как удорская и вычегодская роспись по дереву.

К весьма устойчивому типу относятся прялки, бытовавшие на Вишере – с удлиненной, узкой лопастью и маленьким навершием на верхней грани. В нижней части лопасти вырезан небольшой выступ, где чаще всего расположены резные знаки христианской символики. Изображения языческих идолов, солярная символика, начертания в виде пиктограмм – все это наносилось в виде прорезной резьбы в центральной части лопасти. Существует научная версия о том, что подобные знаки использовал Стефан Пермский, христианская деятельность которого проходила на территории края в XIV в. Создавая коми алфавит, в основу начертания букв он вложил знаки собственности, которыми здесь издавна метили лесные угодья, орудия труда, утварь и т.п.

По мнению многих исследователей традиционной культуры народа коми, знаки родовой племенной собственности могли служить источником происхождения геометрического орнамента. При детальном изучении резьбы на прялках данного типа версия о происхождении геометрического орнамента звучит достаточно убедительно.

Таким образом, знаки (пасы), расположенные на прялках вишерского типа, выполняли три задачи: служили знаком родовой принадлежности, оберегом и орнаментальным мотивом. Когда отмирала магическая функция, сохранялась функция фамильной принадлежности или собственности. Когда же исчезала последняя, оставался орнамент из пас–мотивов, неся в себе лишь декоративную функцию.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Единичные образцы так называемой индивидуальной формы лопасти и прорезной резьбы на прялках зафиксированы в селе Прокопьевка Сыктывдинского района. Лопасть прялки массивная, веслообразной формы. Верхняя грань лопасти имеет фигурные контуры и три главки ромбовидной формы. В верхней части лопасти расположены две сквозные фигурные выемки, которые образуют стилизованную женскую фигуру и примыкающих к ней с обеих сторон антропоморфные детские фигуры. Следует предположить, что перед нами изображение главного божества предков коми – Золотой бабы или Золотой богини («Зарни Ань»), которая служила знаком родовой собственности, являлась оберегом и орнаментальным мотивом.

Первые сведения в письменных источниках о Золотой бабе появились в XVI в. В описании говорится о статуе в виде женщины с ребенком на руках. В Никоновской летописи есть сведения о поклонении коми–зырян Золотой бабе. В древнем мировоззрении коми она являлась верховным божеством, символизирующим плодородие и благополучие [8] .

В данном случае можно говорить об оформлении узколокальной традиции в композиции, стиле и технике резьбы и, соответственно, о складывании определенной «школы» мастерства в пределах одного населенного пункта и рода Торлоповых, которым принадлежали все 7 прялок.

В Прилузье имели распространение прялки, лопасть которых декорирована так называемой трехрганно–выемчатой и контурной резьбой. Этот древнейший вид резьбы исключительно связан с геометрической орнаментацией и дохристианской языческой символикой. Трехгранно–выемчатой техникой главным образом разработаны фигуры солярных знаков – символы солнца. На прялках можно встретить вихревые, зубчатые, полурозетки, розетки в виде цветка. Необходимо отметить, что глубина прорезей и выемок разновелика.

Резным прялкам в семейном обряде у коми отводилась особая роль. Дарение резной прялки молодой жене было не только знаком внимания со стороны мастера, но и началом пожелания долгой и счастливой совместной жизни. При вручении подарка предыдущая прялка, «девичья», должна быть сломана. Парень раскалывал лопасть или отламывал донце прялки. Такой «союз», или «сговор», считался наиболее прочным и длительным. Обращает на себя внимание тот факт, что сохранность многих прялок, происходящих из этого района, является подтверждением наличия данного обычая у коми.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Особый интерес представляет небольшая группа прялок из Сыктывдинского района, имеющая орнаментацию, связанную с христианской символикой. На них присутствует графическое изображение храмов, православных крестов, главок церквей и на одной из прялок имеется стилизованное изображение ангела. Можно предположить, что мастера, изготовившие эти прялки, были глубоко верующие, и первостепенное значение для них имели духовные ценности.

Совершенно нетипичной росписью орнаментированы две прялки, некогда бытовавшие в деревне Карыбйыв Усть–Вымского района. Поступили они в музей осенью 2000 г. На одной из них выписана дата «1928», в центре лопасти изображена шестилепестковая розетка. Удивляет тот факт, что в росписи этой прялки, в нижней ее части присутствует изображение двух пересекающихся флагов. Наряду с языческой символикой мы видим символы наступления новой эпохи. Резьба и роспись другой прялки поражает продуманностью сюжета. Стилизованное изображение «дома» с четкой прорисовкой окна и солнца, говорит о чистом, духовном, созидательном настрое мастера. По свидетельству информатора Турковой Надежды Ивановны (1910 г.р.), прялки изготовил монах Паисий, который жил в доме Кузнецовых «в одной коморке около года бесплатно». На вопрос: «почему нарисовал флаги на прялке?», ответила: «потому что их ругали сильно, может быть, боялся». По-видимому, боялся монах в конце 20-х годов представителей советской власти.

Значительную часть музейной коллекции составляют неорнаментированные прялки, которые выполняли лишь функциональную роль и использовались в рамках одной семьи. Определить их локальную принадлежность можно по форме лопасти, конструкции и размерам.

Таким образом, в данной классификации прялок группы сформированы прежде всего по географическому принципу с учетом формы лопасти и ее стилистики декорирования. Разнообразие прялочных форм у коми, несомненно, можно считать результатом сложности этнических процессов. Совершенно очевидно, что «культурный билингвизм» способствовал не размытию, а, напротив, плодотворному развитию самобытной и разнообразной этнокультурной традиции.

// Рябининские чтения – 2003
Редколлегия: Т.Г.Иванова (отв. ред.) и др.
Музей-заповедник «Кижи». Петрозаводск. 2003.

Текст может отличаться от опубликованного в печатном издании, что обусловлено особенностями подготовки текстов для интернет-сайта.

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф