Метки текста:

Антропонимия Духовный мир Карелия Рябининские чтения

Мамонтова Н.Н. (г.Петрозаводск)
Принципы номинации полей и покосов у карел-ливвиков и русских Заонежья VkontakteFacebook

Среди географических названий почти любой заселенной территории выделяется огромный пласт тех, что относятся к микротопонимам. Они, как правило, известны ограниченному кругу людей, живущих рядом с именуемыми ими объектами и — за редким исключением — не попадают в официальную сферу употребления.

Типичными представителями микротопонимов, по общему мнению специалистов, являются названия полей и покосов. Количество агроонимов [1] достаточно велико, так как земледелие было одним из основных занятий жителей Карелии, как карел, так и русских. Пригодных для обработки земель здесь не так уж много. Карелия, как известно, край многочисленных озер, бесконечных болот, лесов и камня. Наиболее благоприятными для развития сельскохозяйственного производства всегда считались юг Карелии (Олонецкая равнина), где издавна проживают карелы–ливвики, и богатое шунгитами Заонежье, постепенно заселенное русскими. Данные обстоятельства послужили поводом для предпринятого нами сравнительно–сопоставительного исследования, основанного на экспедиционных материалах автора [2] .

При именовании сельхозугодий у карел–ливвиков и русских Заонежья наблюдается немало общего. Основными источниками образования микротопонимов, как и любых других названий мест, являются два пласта лексики: имена собственные (в основном топонимы и антропонимы) и нарицательные (апеллятивы). При частной собственности на землю важно было знать, чья она, и это становилось одним из отличительных признаков. Неслучайно названия многих полей и покосов были образованы от имен, прозвищ, фамилий тех, кто являлся владельцем участка, кто расчищал место под пашню или покос: пл Ivdampol’anku ‘Иванова полянка’ (Чтч), пл Hodarimpeldo ‘Федорово поле’ (Мчз), пк Kondroihiine ‘Кондратьевский’ (НЗ) [3] ; пл Исаковщина (Ксм), пж Лопатовщина (Вгр), пж Перминово (Кзр), пж Макариха (Врз), пл Ананьины полянья (Шгл), пк Устиновски пожни (Кск), пл Митрова нива, Ехова нива, Кондратиха, пк Ферешины пожни (Тмб), пж Васькуха, пл Карпинский обод, Давыдовых поляна (Тпн), пж Кондратьевщина (Лмб) [4] .

К этому, так называемому посессивному («принадлежностному») типу номинации, относятся также агроонимы, образованные от названий поселений, чью собственность они составляли или вблизи которых они были расположены: пж Саньковски, пл Саньковщина (Пдс) — поля и покосы жителей д. Саньки; пж На Никольском (Шнг): «церковная земля Николы Чудотворца, попы владели» (возле озера Никольского); пл За Цылополем: «за деревней Цылополе», пл Ямны нивы, пл Угольска нива, пж Возрицкий Берег, пж Юлмаки (Крв).

Другим характерным типом номинации является локативный. В локативную группу входят агроонимы, в составе которых представлены лексемы, непосредственно указывающие на расположение полей и покосов относительно поселения или какого–либо другого объекта, включая не только физико–географические, но и созданные руками человека (здания, сооружения, мосты, колодцы и т.д.): пл Bokkupeldo ‘боковое, расположенное сбоку’ (БрГ, Вк, Нв, СрмТ), пл Kohtupol’anku (МС) ‘поле напротив деревни (часто на другом берегу водоема)’, пл Perapeldo (ВК, Вдл, Вл, Гшк, Кп, Лвнд, НВ, Пскс, Тхт, Тлк, Тнг, Члм) ‘заднее (дальнее) поле’, Alahainepeldo (КР, Срп) ‘нижнее поле’, Ulembainepeldo (Ум) ‘верхнее поле’ и др.; пж У Новоселовых, пк Загородье, Подгородье, Конецгородье (Шнг): «за Щельей Городок против Паяниц», пж Зарека, пл Заречна поляна (Ксм), пл Конецгубье, пк Заполек, пк Загоры (Хшз): «за полем», пж Подборочье (Шнг): «под бором», пк Середни пожни, пк У старого мосту, пк За озером, пл Заручье, Подъямье (Пнц), пж За болотом (МС), пк Запольки (Шнг): «под Перхиной деревней за полем» и многие другие.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

О местоположении полей и покосов косвенно свидетельствуют зачастую их названия, образованные от названий других физико–географических объектов, при которых они были расположены. Иными словами, находясь на возвышенных участках (на горах, сельгах), по берегам рек, озер и ручьев, на болотах или в непосредственной близости от них, поля и покосы принимали на себя их названия, т.е. становились одноименными с физико–географическими объектами: пл Подкрасна гора, пл За Цылополем: «за д. Цылополе», пл За Валгомозером, пж Калезеро, пл Карбозерски поля (Шнг), пж Узски салмы (Вгр), пк Румпасельга (Вгр), пк Под Кресну гору, пк Под Кривой горой (Пнц).

Указание на местоположение земельных угодий содержится в их названиях, образованных не только от топонимов, но и от апеллятивов — местных географических объектов, обозначающих тот или иной вид объекта: пк Randuniitut (Пвг, Пртс) ‘прибрежные покосы (т.е. находящиеся на берегу водоема)’, пл Selgupeldo (Вгв) ‘поле на горе (сельге), пк Joginurmet (Квн), Joginiitut (Атч, БС, Вк, Ив, Кмс, ЛС, Лвнд, Ннс, Нрм, Тгв, Тлс, Трс, Ум) ‘приречные покосы’ (по берегам рек); пк Бережнуха (Шнг), пл Бережница, пж Ручьи (Хшз).

Как свидетельствуют многочисленные примеры, локативный тип среди названий сельхозугодий является не менее распространенным, чем посессивный. При этом многие специалисты отмечали, что одной из особенностей микротопонимии, в том числе и агроонимов, является то, что они занимают как бы промежуточное место между именами собственными и нарицательными, т.е. не столько называют объекты, сколько описывают их местоположение (часто с употреблением предлогов и послелогов), поэтому их часто именуют названиями–ориентирами.

Наряду с посессивным и локативным типами среди зафиксированных названий полей и покосов представлен еще один распространенный тип называния — квалитативный. Иначе говоря, в агроонимах содержится богатая разнообразная информация, характеризующая земельные угодья со стороны присущих им свойств и качеств (величины, протяженности, формы, цвета, состава почвы, вида растительности и др.): пк Pieniniittu (ВГ), пл Pienipol’anku (Кск), пл Pien’|aidu (Чтч) (← pieni ‘маленький’), пк Pitkuniitu (Пскс), Pitkupol’anku (Кт, Смб), пл Pitkupeldo (Тлс), пж Pitkuvana (СГ) (← pitku ‘долгий’), пл Suuriaidu (Глвт), пл Suuripeldo (Вл, Срм, Трс), пл Suuripol’anku (Г, Нв, Пртс, Срп) (← suuri ‘большой’), пл Uuzipeldo (Вхк, Ив, Квн, Кмс, Кндс, Кск, Пск, Стн, Тчв), пл Uuzaidu (Вгв, Ннс, Члм) (← uuzi ‘новый’), пк Уpски пожни, пк Долгуша, пж Долга (Хшз), пк Студенцы, пк Мокруша (Пнц), пл Гладки поля (МС), пл Болотне поле, пл Новопаш (Шнг) (‘разработано у новых хозяев’), пк Каменистица (Шнг), пк Каменистое нивище (Крв), пк Белы пожни, пк Боровуха (Хшз), пк Папоротники (Шнг) и др.

Как видно из приведенных агроонимов, иногда трудно бывает провести четкую грань между выделенными группами названий. Данные три принципа называния полей и покосов являются основными, но не единственными, и ими не ограничивается все богатство и разнообразие агроонимов у карел–ливвиков и русских Заонежья. И все же при естественной номинации сельхозугодий у этих групп населения Карелии выделяются именно они как наиболее характерные. Заметим, что и в микротопонимах других территорий, например, в Удмуртии [5] , несмотря на различия в предпринятых классификациях, общим является указание на владельца (или владельцев — жителей деревни, села) земельных участков, на их расположение на местности (непосредственно — при помощи апеллятивов с пространственным значением в сочетании с предлогами и послелогами или опосредованно — путем привязки к другим более крупным, известным, значимым объектам, как поименованным, так и обозначенным просто местным географическим терминам) и на их характерные признаки и свойства.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Анализ такого специфического и значительного по объему материала как названия полей и покосов, позволяет говорить, с одной стороны, об определенных универсалиях в принципах номинации, о единых процессах в возникновении ономастической лексики и ее функционировании на разных этапах исторического развития тех или иных коллективов людей независимо от их национальности. Это, по всей видимости, связано с проживанием в примерно одинаковых природных физико–географических и климатических условиях и со сходством в ведении производственно–хозяйственной деятельности. С другой стороны, различия все–таки имеются, возможно, не столько на семантическом, смысловом, уровне (хотя они безусловно присутствуют), сколько в способах выражения (структурного оформления агроонимов у карелов–ливвиков и русских). Это вполне объяснимо: в названиях мест не может не отразиться их языковая специфика, а, как известно, карельский и русский языки являются разносистемными, относящимися к разным языковым семьям.

Русские по происхождению названия более разнообразны, особенно в структурном отношении за счет широкого использования аффиксации (разнообразных суффиксов и префиксов). У карелов–ливвиков, как у всех прибалтийско–финских народов, более распространены иные модели топонимов (прежде всего словосложение). В целом и карельские, и русские агроонимы, как типичные микротопонимы, ближе к именам нарицательным, чем просто топонимы, зачастую они как бы еще на пути к превращению в собственно топонимы, оставаясь при этом тем не менее как исторически сложившаяся и развивающаяся система, ценный источник наших знаний о жизни народов в прошлом и настоящем.

// Рябининские чтения – 2003
Редколлегия: Т.Г.Иванова (отв. ред.) и др.
Музей-заповедник «Кижи». Петрозаводск. 2003.

Текст может отличаться от опубликованного в печатном издании, что обусловлено особенностями подготовки текстов для интернет-сайта.

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф