Метки текста:

Водлозеро Карелия Обрядовый фольклор Обряды Рябининские чтения

Логинов К.К. (г.Петрозаводск)
«Рекрутская» обрядность в Водлозерье VkontakteFacebook

После того, как Петром Певиным еще в 1895 г. была опубликована обстоятельная работа по рекрутской обрядности Олонецкой губернии [1] , время от времени записывались «рекрутские» (солдатские) песни, но исследований на эту тему больше не появлялось. Обрядность, связанная с проводами на войну, на службу в Армию, обрядность, исполняемая во время войны или службы в мирное время, именуется «рекрутской» как дань исследовательской традиции, поскольку сам призыв в армию по рекрутскому набору был упразднен уже в 1872 г.

В Водлозерье существует особая группа русских, которую, как и заонежан, автор считает «этнолокальной» группой русских Карелии [2] . Хотя водлозеры народ некрупный (по их преданиям за два века рекрутчины в гренадеры взяли только двух водлозеров), но смелый, решительный, даже воинственный. Потомки обруселой чуди и «новгородцев», они приписывают себе победу над каргопольским князем Вячеславом – верным сателлитом Москвы и победителем чуди в Заволочье [3] . Впрочем, к новгородцам предки водлозеров тоже не всегда были лояльны. Автору лет 10 назад указывали место у о.Имешьострова, где, по их преданиям, водлозеры пустили ко дну то ли лодью, толи лодку с новгородскими ушкуйниками. В Смутное время начала XVII в. водлозеры собственными силами, без помощи стрельцов и пушкарей, с укрепленного городка на о.Поге перебили, а частью пленили около д.Канзанаволок, отряд из 79 казаков [4] . «Паны» те были умелыми и жестокими воинами. По пути к Водлозеру, на Рагнозере, уничтожили большую часть населения и сожгли 7 рагнозерских деревень. Прежде чем на Водлозере им пришел конец, им удалось сжечь лишь две крохотных деревушки на о.Гуморнаволоке. От службы в армии даже во времена рекрутчины водлозеры, судя по их семейным преданиям, не бегали, зато сами укрыли на Водлозере не один десяток беглых рекрутов.

Впрочем перейдем к временам, о которых на Водлозере старики еще помнят. На протяжении ХХ в. служба в армии среди водлозеров считалась престижной обязанностью. В 1920–30-е годы деревенские парни возвращались в Водлозерье из Красной Армии твердо освоившими грамоту, повидавшими жизнь. Если парня не брали в Армию, считалось, что ему сильно не повезло. За забракованного комиссией парня замуж девушки тогда шли крайне неохотно, словно за больного или за старого [5] . Об этом даже складывали частушки:

Дролю в Армию не взяли,Дали беленький билет.Стало совестно девчонкиС бракованным сидеть [6] .

Впрочем и сейчас эта ситуация мало изменилась. Первый случай, когда вполне здорового молодого человека родители «отмазали от Армии», произошел только с наступлением III тысячелетия. Счастья это ему не принесло.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Современная армия – это не 25 лет рекрутчины. Призывников не расчесывают расческой покойника и не моют покойницким мылом, чтобы он докторам показался негодным. Почти не осталось уже и примет о скором призыве в армию. Эти приметы как бы всплывали из памяти народной в Гражданскую, Финскую (водлозеры зовут ее «Шведской» войной), в Великую Отечественную войны, отчасти – в Афганскую и Чеченскую. Призыва в армию ожидали, если замечали, что смола из избы вытапливалась на улицу; если в гадании с петухом и кучками зерна птица клевала кучку с нательным крестиком «некрута» [7] ; если в карточном гадании несколько раз подряд выпадали карты на «дальний путь» и «казенный дом»; если по ночам виделись сны, в которых снилась дорога или «дорожные» деревья на росстанях дорог [8] .

При единоличном хозяйствовании после получении повестки в мирное время родители «некрута» сразу резали барана для угощение родных и соседей на прощальных застольях [9] . Всю эту неделю «некрута» гуляли по деревням, прощались с родственниками, друзьями, с девушками и соседями. Парнями проводились специальные прощальные вечеринки по очереди у себя в доме. Прощальные вечеринки могли провести также в доме родной тетки призывника [10] . На вечеринках исполнялось собственно «рекрутские» песни и песни о войне. Из «рекрутских» песен до наших дней, похоже, дожили только две: «Рекрута, рекрутики, ломали в поле прутики» и «Последний нынешний денечек гуляю я, мои друзья». Их исполняют ныне только старухи [11] . В старину пели также протяжные старинные песни, плясали кадриль, ходили ланцы. Обязательной для прощальных вечеринок вот уже лет 50, если не более, является песня «Как родная меня мать провожала», которую за вечер исполняют хором по несколько раз. Поют также песни о службе в армии, включая песни «афганского» и «чеченского» циклов.

Вплоть до Великой Отечественной войны в Водлозерье среди призывников устраивали конные состязания, которые проводились в центрах сельских общин. На острове Канзанаволок «некрута» скакали от д.Канзанаволок до д.Коскосалма, на острове Пога – вокруг острова, в Пильмасозерском обществе – от д.Келкозеро до Пильмасозера. В гривы лошадей вплетались разноцветные ленты и банты, ленты и банты привязывались к седлам. К сбруе лошади под шеей непременно крепился звонкий медный колокольчик. Победителей у околицы встречали девушки, пели им заздравные песни, обнимали и целовали, дарили венки из цветов. Если в пути кто-нибудь не удерживался в седле и падал с коня, считалось, что служба у него пойдет плохо, а живым со службы он, может быть, и не придет [12] . Говорили: «Если с коня упал, то и не солдат был». До 1960-х гг. у водлозеров встречался обычай сажать у дома березку перед уходом парня на военную службу [13] . Посадку мог сделать отец парня или его дядя, но не сам призывник. Собственноручно мужчина сажал дерево «на свое имя» лишь в том случае, когда уходил на войну. Если такое дерево приживалось, думали, что воин вернется с войны живым [14] .

В старину «некрута», перед уходом в армию, брали из завалины или из подполья родного дома горсть родной земли, которую насыпали в холщовый мешочек, носили с собой в кармане. Еще в Великую Отечественную войну с этой землей воины водлозеры поступали по старинной традиции, насыпали немного на бруствер окопа, думая, что она защитит от пули [15] . После боя родную землю с бруствера снова клали обратно в мешочек. В наши дни землю с собой на срочную службу в армию уже никто не берет. Для защиты от пуль водлозеры в Великую Отечественную войну также носили у сердца зашитую в мешочек соль, освященную до восхода солнца на Великий четверг [16] . Для обеспечения безопасности солдата на службе в мирное время или на войне водлозеры также обращались за помощью к местным специалистам в области магии. В качестве обереговых текстов в Водлозерье использовались апокрифы «Сон Пресвятой Богородицы» [17] или «Письмо Бога» [18] . Эти тексты, записанные на бумагу, вкладывали в ладанку, теперь – просто в карман. В наши дни, когда случайно обнаруженный текст молитвы может вызвать насмешки сослуживцев и командиров, тексты начитывают трижды на стакан воды, который предлагают выпить призывнику. За современными текстами в Куганаволоке обычно обращаются к Зое Осиповой или Пименовой Анне [19] .

Накануне отправления в армию, до наступления полудня, «некрута» посещали могилы родных на кладбище, рассказывали умершим, что им предстоит служба, прощались поименно с каждым. Некоторые призывники делают это и ныне. Вечером проводили прощальную вечеринку. Приглашали всю родню, крестных родителей, девушек и парней своей деревни. Веселья и песен на ней бывало мало. В старину она вообще большей частью посвящалась причитаниям и прощанию с рекрутом. Причитывала мать, крестная мать или специально приглашаемая вопленица. Было это так давно, что нынешние информанты рекрутских причитаний уже и не помнят. Кроме рекрута, причитывали также и жене, если парень успевал жениться до армии. Во время причитаний собиралась помощь на поднос мелкими монетами, чтобы на эти деньги парень себе покупал табак или сладости в первое время службы в армии. Когда гости расходились, «некрут» выходил на улицу попрощаться с родимым домом, баней, с полем и родным берегом. К духам хозяевам двора (бани) обращались со словами: «Хозяин батюшка, хозяйка матушка, малые детушки, ухожу в армию (на войну) раб Божий (имярек). Спасите и сохраните моих родителей (и далее всех перечислял домашних)» [20] .[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

В день отъезда на призывной пункт, после завтрака, в доме в старину производился обряд благословенья парня с хлебом, солью и иконой. Формула благословения была примерно такая: «Бог тебя благословит, чтобы отслужил и вернулся домой (к отцу и матери)» [21] . Нынче хлебом и солью не благословляют, но рюмку водку в дорогу пьют всегда. Собрав парня в путь, семья садилась на лавки, чтобы помолчать перед дальней дорогой по русскому обычаю. Прежде чем покинуть дом, рекрут заглядывал в печь, что по местным поверьям должно было помочь ему вернуться в родной дом. Многие и в наши дни поступают точно так же. После этого все домашние и призывник выходили на улицу. Там уже собирались провожающие. Молодые парни приходили с ружьями, имея с собой до 24 холостых зарядов. Стрелять начинали, как только парень появлялся на крыльце. Шутили: «Стреляем, чтобы наш воин выстрелов не боялся». На самом деле звуком выстрелов, как и на свадьбе, пытались «отогнать» «порчу» и нечистую силу. Уже сойдя с крыльца, призывник делал вид, что забыл что-то дома, возвращался на очень короткое время домой, чтобы вернуться непременно назад из армии.

При проводах «некрутов» стрельбу начинали каждый раз, когда он преодолевал какую–то границу, например, крыльцо, берег, росстань или перекресток дорог [22] . Для островных и материковых деревень северной части Водлозера значимой для общины границей было начало почтового тракта на Пудож у перевоза через пролив к Пречистинскому погосту. Путь до тракта они могли проделать в лодках также до д. Маткалахта, к которой подходила почтовая дорога. При отправлении в лодке, как только отчаливали от берега, в воду бросали нечетное число светлых монет в качестве расплаты с водяным за удачный переезд через озеро. В наши дни многие тоже так поступают, даже если по озеру не едут [23] . Монеты ныне бросают в озеро, «чтобы дорога была удачной, а служба легкой». До конца 1960-х гг друзья ходили провожать призывника до поселения Сердечкина изба, то есть за 30 с лишним километров от берега Водлозера. Подходя к постоялому двору, всегда устраивали пальбу из ружей. Переночевав, друзья возвращались обратно, а новобранец шел в Пудож пешком еще 34 километра. В наши дни из Куганаволока дальше развилки основной дороги с бывшим почтовым трактом друзья призывника не провожают, зато матери едут с ними до самого Пудожа.

Из дома в день ухода «некрута» на призывной пункт ничего не отдают, чтобы не навлечь беды. В наши дни за здоровье и удачу солдат на службе молятся, как и в старину, перед иконой Пресвятой Богородицы, заступницы за детей. Кроме того, ходят помолиться в Малый Куганаволок к «Поклонному Кресту», установленному национальным парком «Водлозерский» в 1995 году. На кресте надпись: «Сей крест Господень поставлен месяца мая 9 дня 1995 года в память о воинах водлозерах».

// Рябининские чтения – 2007
Отв. ред Т.Г.Иванова
Музей-заповедник «Кижи». Петрозаводск. 2007. 497 с.

Текст может отличаться от опубликованного в печатном издании, что обусловлено особенностями подготовки текстов для интернет-сайта.

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф