Метки текста:

Лексика Лексикология Русские Русский Север

Мызников С.А. (г.Санкт-Петербург)
Авторские диалектные севернорусские словари VkontakteFacebook

Первые словари, основанные на лексических данных русских народных говоров, имели сводный характер и представляли всю территорию распространения русского (великорусского) языка в народном бытовании. Таким был первый диалектный словарь «Опыт Областного великорусского словаря» [1] и «Дополнение к Опыту областного великорусского словаря» [2] . После выхода в свет «Словаря живого великорусского языка» В.И.Даля [3] , который включил в словник всю совокупность лексических данных как общенародного, так и регионального характера, обнаружилось, что, несмотря на его тезаурусный характер, многих диалектных слов в нем не оказалось. Был напечатан ряд дополнений к словарю В.И.Даля. Именно на фоне сбора дополнительных сведений А.О.Подвысоцкий [4] начал работу над своим словарем, который он не увидел напечатанным при жизни. Он вышел в 1885 г. [5] через два года после смерти автора. В этом же году Г.И.Куликовский начал собирать слова и выражения Олонецкой губернии. Несколько позже в 1898 г. вышел в свет Словарь олонецкого наречия [6] .

Словарь П.А.Дилакторского [7] , описывающий территорию соседней Вологодской губернии, уже более объемен, он насчитывает около 20 тыс. слов. Автор сам в течение нескольких лет записывал в Вологодской губернии лексику местных диалектов и использовал практически все печатные и рукописные источники по вологодским говорам. Список источников Словаря насчитывает примерно 60 единиц; среди них рукописи А.А.Шахматова и П.А.Обнорского.

Вне всякого сомнения, триада этих региональных словарей имеет высокое научное значение и в настоящее время, хотя в связи с выходом в свет «Словаря русских говоров Карелии и сопредельных областей» [8] в распоряжении исследователей появился лексикографический труд, значительно превосходящий по объему эти три авторских словаря, построен он на диалектных материалах конца XX в.

Весьма интересно сопоставить, как описываются те или иные диалектные реалии, часто сходные по своей хозяйственной, функциональной и т.п. характеристике в олонецких, архангельских и вологодских говорах. Так, например, такая весьма распространенная на Севере реалия как 'гриб чага' в трактовке этих трех авторов выглядит следующим образом.

Словарь Куликовского: па'ккула «кап, нарост на стволе дерева» (Куликовский, 77).[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Словарь Дилакторского: паку'ла «сухая березовая губка» (Дилакторский, 345).

Словарь Подвысоцкого: пакку'ла «губчатый нарост на березе; по его медленному, с обильным дымом горению, лесовщики жгут его на кострах для охранения от комаров. Из золы паккулы делают щелок, которым самоедки после родов, а также помогающие им при родах самоучки – повивальные бабки, обмывают себе тело, без чего не могут выходить из отводимого собственно для родов чума, так как считаются нечистыми, оскверненными» (Подвысоцкий, 116). 

Из приводимых примеров видно, насколько более ценна информация, приводимая в Словаре Подвысоцкого, в которой автор пытается показать жизнь слова в реальной действительности.

Нередко тождественные жизненные реалии проявляются в сходных словарных текстах:

Словарь Куликовского: па'дара, паде'ра, падёра, па'дора «вихрь, буря, вьюга, а также вообще непогода» (Куликовский, 77).[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Словарь Дилакторского: падера' «вьюга, пурга, когда летом сильным ветром от земли поднимается и песок, и щепа» (Дилакторский, 343).

Словарь Подвысоцкого: лексема па'дера для лексикографической разработки включена в гнездо пур «туман»: «па'дера – бурная с дождем или снегом погода, метель; пу'рга–па'дера – сильная снежная метель» (Подвысоцкий, 143).

В ряде случаев некоторые реалии сельскохозяйственного производства, часто не совсем адекватно понималось собирателями и толкователями диалектной лексики. На наш взгляд, в Словаре Подвысоцкого автор допустил ошибку, поместив следующее толкование слова кагa'ч: «Устраиваемый над стогом сена естественный навес: стог складывается между двумя деревьями (преимущественно березами, как более гибкими), а потом стягивают над стогом верхи деревьев и привязывают их к воткнутому в середину стога колу» (Онеж., Подвысоцкий, 61), СРНГ [9] , в силу своей специфики и толерантности к источникам, организует материалы прекрасно изложенного и понятного описания Куликовского («Две ветки, связанные вершинами и положенные на стог сена; ряд таких попарно связанных ветвей кладут поперек вершины стога с той целью, чтобы ветер не разносил сено») и ошибочного конструкта Подвысоцкого как двухступенчатую иерархию значений, что, на самом деле, является по–разному понятым изложением представления об одной и той же реалии. Причем если из первоисточника (Словаря Подвысоцкого), домысливая, еще можно уловить суть реалии, то опосредованное переложение СРНГ нас такой возможности уже лишает, ср.: «Кагa'ч. Естественный навес над стогом сена, устраиваемый из ветвей деревьев, под которыми расположен стог» (СРНГ, 12, 297). Крестьяне обследуемого региона заготавливали 5, 6 стогов сена или 7, 8 заколин (продолговатая укладка сена), при этом шла нещадная борьба против зарастания сенокосных лугов (пожень); любая древесная растительность ежегодно вырубалась и сжигалась. Для того, чтобы устраивать стога по методу Подвысоцкого, крестьянин должен был терпеть на своих сенокосных угодьях 10–12 попарно растущих деревьев, причем довольно высоких (высота стога 5–6 метров), и, следовательно, дающих значительную тень и, снижающих высоту травостоя. На наш взгляд, это не соответствует реалиям севернорусской крестьянской жизни.

В СРГК первое значение слова кa'гач также не совсем правильно отражает реалию: «Два ствола, шеста, связанные верхушками или концами для укрепления стога сена»; ср. иллюстрации: Кагачи, две березки срубят, вершиночками завяжут и на стог сверху, чтоб сено не увивало, это качаг и будет. Подпорож. Это вот когда стог мы мечем, две вицы вместо свяжем, да через стог перекинем, чтобы сено ветер не разбрасывал, это кагачи. Медвежьегор. Ср. второе значение: «Покрытие из веток на стог сена как защита от дождей» (СРГК, 2, 310). В данном случае одна и та же реалия, по словам информантов, отражает полифункциональность и разноплановость производственной жизни; лексикографы, незнакомые с реалией, дают в словаре контекстуально выводимые различные значения, исходя из высказываний информантов, которые в объяснениях подчеркивают разные стороны, характеризующие реалию. Таким же образом можно представить значение, данное в Словаре Академии наук (1907) и отраженное в СРНГ: «Кa'гача. Палка, дубина, кол. Я как взял кaгачу да начал ей лупить». Вытегор. Олон. (СРНГ, 12, 297). Кроме того, сомнения в достоверности ряда толкований подтверждают также данные языков–источников, семантическое тождество соотносимых слов из языков–доноров и слов в языках–реципиентах — это основная черта, характеризующая языковую ситуацию в Обонежье, где и фиксируется преимущественно слово кa'гачи в значении 'связанные или сплетенные ветви, прутья (ивы, березы и т.п.), которые кладутся на верхнюю часть кладки сена для защиты от ветра и дождя' в Межвежьегорском районе (Вырозеро, Загубье, Космозеро, Палтега, Таммичозеро, Толвуя), Пудожском районе (Авдеево, Гакукса), Вытегорском районе (Казаково, Мегра, Ошта), Подпорожском районе (Шустручей), при спорадических фиксациях на этой же территории вариантов: кo'гочи, когачи', кa'гочи, кагачи'на.

Вариант гa'гачи в основном значении, зафиксированный в Терском районе Мурманской области (СРГК), вероятно, можно трактовать как недавнее новообразование, определенное современными фонетическими процессами, вследствие неясности внутренней формы. В СРГК толкование этой единицы не дает понятия о реалии, ср.: гa'гачи «срубленные тонкие березки, связанные или сплетенные вместе, которыми закрепляется сено в стогу» (Терск., Онеж., СРГК, 1, 321).[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Несмотря не критическое прочтение ряда словарных статей в текстах данных словарей, следует указать на некоторые их особенности, которые определяют основательность и научную значимость этих трудов.

Авторы данных словарей не стреножены лексикографическими условностями, они сами определяют количество сопроводительного текста этнографического характера, структуру словарной статьи, гнездовой или алфавитный порядок подачи материала, этимологические заметки. Так, например, А.О.Подвысоцкий отмечает по его мнению слова финского, карельского, коми–зырянского, ненецкого, саамского происхождения. Объем текстов данных словарей (за исключением Словаря Дилакторского) не очень велик, однако авторам удалось зафиксировать и оформить лексикографически своеобразие народного слова в данных диалектах.

На наш взгляд, диалектный словарь одного автора, несмотря на минимальные возможные неточности в его тексте, во всех трех случаях представляет собой цельный труд, основанный на достоверных материалах, с серьезной лексикографической обработкой, и весьма долго будет интересен для исследователя русского народного слова.

// Рябининские чтения – 2007
Отв. ред Т.Г.Иванова
Музей-заповедник «Кижи». Петрозаводск. 2007. 497 с.

Текст может отличаться от опубликованного в печатном издании, что обусловлено особенностями подготовки текстов для интернет-сайта.

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф