Метки текста:

Карелия Краеведение Олонецкая губерния Фольклор

Лойтер С.М. (г.Петрозаводск)
Краеведы Карелии в фольклористике (Н.С.Шайжин) VkontakteFacebook

У истоков фольклористики Карелии (Олонецкой губернии) стоят краеведы. Именно они были первыми собирателями и исследователями фольклора края. Фольклорное краеведение, начавшее формироваться в первой половине XIX в., предварило профессиональную, академическую фольклористику, выдвинув целый ряд замечательных личностей. Как правило, это были учителя петрозаводских гимназий и преподаватели духовной семинарии, епархиальных училищ – люди образованные и культурные: Ф.Н.Фортунатов, Ф.И.Дозе, К.М.Петров, П.Т.Виноградов. О деятельности этих учителей–подвижников в области фольклористики XIX века уже имеется некоторая литература [1] . Незаслуженно обойденной вниманием оказалась личность Н. С. Шайжина. Существуют многочисленные разрозненные ссылки на его публикации в исследованиях и изданиях разных жанров фольклора Карелии, однако его деятельность краеведа–фольклориста не стала предметом специального разговора.

Николай Семенович Шайжин – сын священника села Нигижма Пудожского уезда, где он родился и провел детство, учился в Каргопольском духовном училище, после которого окончил Олонецкую духовную семинарию в Петрозаводске [2] . По окончании Петербургской духовной академии и Петербургского археологического института в 1905 г., имея степень кандидата богословия, он приехал в Петрозаводск, где получил должность преподавателя теории словесности и истории литературы и еврейского языка в Олонецкой духовной семинарии. Одновременно Н.С.Шайжин был преподавателем географии и природоведения в женском епархиальном училище, в 1909–1912 гг. – учителем русского и церковно–славянского языков в петрозаводском мужском духовном училище. В 1908 г. за краеведческие труды он был избран членом Олонецкого губернского статистического комитета; в 1912 г. переехал в Вологду [3] .

Фольклорно–краеведческая деятельность Н.С.Шайжина началась еще в годы учебы в Петербурге. Можно предположить, что серьезное преподавание фольклора в Петербургском археологическом институте побудили молодого ученого к изучению устно–поэтической традиции родного села. К 1902 г. относится встреча Шайжина с незаурядной вопленицей Лукерьей Ланевой, записи от которой публикуют в пяти номерах «Олонецкие губернские ведомости» («Вопль по муже», содержащий 654 стиха) [4] . Позже им от Ланевой были записаны еще два редких плача – затюремная приплачь и рекрутская приплачь. [5] В 1903 г. Н.С.Шайжиным сделана основанная на многих записях реконструированная во всей полноте и последовательности (1. Сватовство. 2. Отпуск жениха. 3. С добровтом (так в Нигижме называли прощание невесты с волей). 4. Вечеринка. 5. Свадебный день) местная редакция свадьбы. [6] . Ценность этой работы состоит в том, что репрезентативный фольклорно–этнографический материал, включающий в себя множество текстов разных жанров, органично соединяется с аналитической составляющей, которая содержит объяснение и истолкование той или иной приметы, функции того или иного поведенческого жеста, предмета (так, очень много места уделяется роли печки, огня и их эквивалентов).

К этому же времени относятся записи пословиц, [7] загадок [8] крестьян Нигижемской волости. Назовем также 20 «досюльных» песен, составляющих репертуар крестьянина И.Ф.Митюшина [9] , а также, записи бытующих параллельно с досюльными «новомодных», как он их называет, песен–частушек, с которыми Н.С.Шайжин связывает наступление «периода разложения нашей русской песни» [10] . Названные записи составили две книги [11] , которые в настоящее время отсутствуют даже в главных научных библиотеках Петрозаводска. К этим книгам примыкает «Приплачь вдовы по муже, убитом на Дальнем Востоке», записанный в 1905 году от крестьянки из деревни Корнышевской Нигижемской волости Пудожского уезда Н.В.Конихиной [12] . Совершенно очевидно: Н.С.Шайжиным осуществлено комплексное изучение народной традиции одного села, что для того времени было, несомненно, новаторским делом. В этом изучении особую ценность приобрели материалы, относящиеся к пудожской плачевой традиции: «плачи Конихиной и Ланевой … указали на наличие выдающихся воплениц в другом крае Карелии (до этого была известна только одна традиция – заонежская – С.Л.) – на восточном побережье Онежского озера». [13] Записи Н.С.Шайжина позволили говорить об отдельной местной «школе» воплениц, из которой вышла знаменитая плакальщица А.М.Пашкова (кстати, она тоже родом из Нигижмы).

Н.С.Шайжину принадлежит заслуга «открытия» второй после Ирины Федосовой вопленицы Заонежья – Настасьи Степановны Богдановой. Записанный от нее уникальный «Плач вдовы по муже, погибшем в Киваче при сплаве леса» был помещен в составленную им книгу–очерк «Олонецкие водопады» [14] . Спустя несколько лет в своих исследованиях, основанных на глубоком знании научной литературы и специфики бытования причитаний, которые он считает важными «для познания души народа, его верований и быта, его языка и искусства» и называет «прелестнейшим образцом художественного творчества великоросса», Н.С.Шайжин публикует еще четыре плача этой незаурядной вопленицы: «Мать у дочки плачет» (470 стихов), «Вопит дочи у отца» (180 стихов), «Воп по трехлетнем сыни» (94 стихов), «Причить сестры по сестре на буеве–могилушке» (168) [15] . В первой публикации помещена запись автобиографии сказительницы, имеющая самостоятельную культурно–художественную ценность. Она заканчивается так: «Потом каким–то способом Вохтозерский учитель К.И.Д-в, как был в городи, проговорился за счет моих старин с начальством и по письму вызвал меня петь в город… Пела я песни да старины, пела с вечера и почти до утренней зари. Добрыню и другие старины пропела до конца». Как и Ирина Федосова, Н.С.Богданова была не только крупной вопленицей, но и обладательницей богатого песенного и былинного репертуара. К сожалению, записи былин Н. С. Богдановой («Добрыня Никитич и Алеша Попович», «Иван Годинович», «Щурила Щипленкович», «Буслав Дунай Иванович», «Кострюк»), на которые первым обратил внимание сельский учитель К.И.Дмитриев и вызвал интерес к ним директора Петрозаводской учительской семинарии М.Н.Правдина, не сохранились. Однако известно, что М.Н.Правдин познакомил с Н.С.Богдановой петрозаводское общество. В заметке Ц., опубликованной в «Олонецких губернских ведомостях», сообщается, что 4 апреля 1908 г. в Общественном собрании на вечере в присутствии губернатора пела заонежская сказительница и вопленица Н.С.Богданова (она пропела былину про Добрыню Никитича, редкую по красоте причеть невесты на могиле матери, «Голубиную книгу», превосходную балладу «У вдовушки было девять дочерей»), которую «представлял обществу известный местный знаток олонецкого фольклора Н.С.Шайжин, начав с истории уцелевшего в Олонии былинного эпоса» [16] . Несколько позже Н.С.Шайжин, несомненно, знавший о том значении, какое имели поездки петрозаводского учителя олонецкой гимназии П.Т.Виноградова, представлявшего в городах России и за рубежом И.А.Федосову и И.Т.Рябинина, знакомил с Богдановой–сказительницей Петербург. Выступления длились в течение полумесяца: с 9 по 23 сентября 1911 г. ее слушали во многих гимназиях, Павловском и Педагогическом институтах, кадетских корпусах, немецком училище св. Петра, театральной школе Арбатова, императорском Театральном училище [17] . О том, как восторженно принимала сказительницу петербургская публика, свидетельствовали отклики в прессе [18] .[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Предметом постоянного научного интереса Н.С.Шайжина было былинное творчество. В одном из своих исследований, посвященных отражению в былинах местной природы, земледелия, способов охоты, промыслов, домашнего быта и т.д., он писал: «Нет ни одного края в России, который бы поспорил с Олонецким в богатстве былин» [19] . Н.С.Шайжину принадлежит заслуга выявления и обнародования былинной традиции Пудожья в тех населенных пунктах, которые не были до него обследованы П.Н.Рыбниковым и А.Ф.Гильфердингом. Так, в д.Росляковой Нигижемской волости им были записаны былины «Василий Буслаевич» и «Кострюк» от уже упомянутого прекрасного исполнителя песен И.Ф.Митюшина, 4 текста от крестьянина той же волости Т.А.Фешова («наиболее разработаны сюжеты о Добрыне и Алеше – 350 стихов, а также об Илье Муромце и Соловье Разбойнике» [20] ), 3 былины от крестьянина д.Ченежи Нигижемской волости А.Ф.Пантелеева («Про старого казака Илью Муромца и Соловья Разбойника», «Добрыня и Алеша», «Про Калина царя»). В целом ряде номеров газеты «Олонецкие губернские ведомости» за 1905–1906 гг. Н.С.Шайжин публикует записанные им тексты и тексты былин из материалов М.Н.Правдина: это записи учителя А.С.Лескова от крестьянина Семена Иванова из д.Климовой Купецкой волости Пудожского уезда («Неудавшееся сватовство князя Владимира», о Рахте Рагнозерском) и записи былин учителя К.И.Дмитриева от крестьянки д.Конды Великогубской волости Петрозаводского уезда Н.С.Еремьевой («Сильной Дунай Иванович», «Добрыня Никитич и Алеша Попович», «Чурилушка Щипленкович») [21] . Отдельную публикацию Н.С.Шайжин посвящает сводным сведениям о сказителях былин [22] . Все эти материалы и составили книгу, посвященную былинной традиции Олонецкого края [23] , которая, по существу, выпала из научного оборота. Между тем именно эта работа Н.С.Шайжина была замечена центральной печатью и вызвала несколько положительных откликов [24] .

Наконец, еще один большой труд Н.С.Шайжина – две оригинальные работы обобщающего характера, озаглавленные «Олонецкий край: по данным местного фольклора» [25] . В первой Н.С.Шайжин ставит задачу «проследить, как отразилась жизнь и судьбы Олонии в произведениях местного народного творчества». Основываясь на собраниях П.Н.Рыбникова, А.Ф.Гильфердинга, Е.В.Барсова и других собирателей, Н.С.Шайжин исследует, как отразились в произведениях фольклора природа Олонецкого края (леса, воды, звери, птицы, ископаемые), домашний быт населения (жилище, крестьянский двор, пища, одежда), промыслы (охота, рыбная ловля, бурлачество). Книга вызвала отклик в центральной прессе [26] . Вторая работа, в оглавление которой вынесены «Общественный быт» и «Религиозно–нравственное мировоззрение населения» Олонецкой губернии, касается проблем фетишизма, анимизма, верований в стихийные божества, верований в усадебные божества и другие. Это один из предваряющих современный опыт изучения мифологических представлений олончан, опыт, который, на наш взгляд, остался в тени и недооценен.

В нашей статье освещена деятельность Н.С.Шайжина до 1912 г., то есть до его отъезда из Петрозаводска. Но и она достаточно значительна. Фигура Н.С.Шайжина, пожалуй, последняя в ряду городских учителей–краеведов Карелии в фольклористике конца XIX – начала ХХ вв.

1920–1930-е гг. – период, когда деятельность краеведов в прежнем качестве возможна была только в глубинке, и ее осуществляли главным образом сельские учителя и просвещенцы (П.А.Коренной, Е.В.Ржановская, И.М.Дуров) [27] . Превратившись в инструмент государственной политики, подвергшись идеологическому прессингу, краеведение с конца 1920-х гг. деградировало. А в начале 1930-х гг. по «делу краеведов» в стране прошли аресты. О том, как они отозвались в Карелии, свидетельствует судьба профессионального краеведа–фольклориста, научного сотрудника с 1927 г. Карельского НИИ Николая Николаевича Виноградова, арестованного в 1937 г. за антисоветскую деятельность, расстрелянного в 1938 г. в Медвежьегорске и реабилитированного в 1963 г. [28] . Недавно стало известно место его захоронения [29] .

Преодоление кризиса и дальнейшая судьба краеведения в Карелии – тема специального разговора.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

// Рябининские чтения – 2007
Отв. ред Т.Г.Иванова
Музей-заповедник «Кижи». Петрозаводск. 2007. 497 с.

Текст может отличаться от опубликованного в печатном издании, что обусловлено особенностями подготовки текстов для интернет-сайта.

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф