Метки текста:

Русский Север Фольклор Экспедиции

Черепанова О.А. (г.Санкт-Петербург)
Архив кафедры русского языка Санкт-Петербургского государственного университета «Духовная культура русского Севера»: история создания, принципы формирования, результаты и перспективы научной интерпретации материала VkontakteFacebook

Статья содержит информацию о том, как, в каких формах, с какими целями и какими методами ведется сбор материалов по традиционной духовной культуре и формируется архивный фонд «Духовная культура Русского Севера» на кафедре русского языка Санкт–Петербургского государственного университета.

Архив формируется в течение более чем 20-ти лет и включает материалы, собранные во время экспедиций на Русский Север. Экспедиции выезжали в различные районы Новгородской, Вологодской, Архангельской, Мурманской, Ленинградской, Тверской, Ярославской областей, Республики Карелии, в меньшем масштабе охвачена Псковская область.

Содержательную базу архива составляют тексты прозаических фольклорных жанров – былички, бывальщины, мифологические рассказы, легенды, народная паремиология, а также тексты бытовой народной речи, тематически ориентированные на аспекты духовной культуры, прежде всего мифологической тематики. В последние годы в отдельную тему выделен сбор материалов по «народному православию». В архив включаются также некоторые материалы так называемой «наивной литературы» соответствующей тематики, которые собиратели находят в архивах местных краеведческих музеев или детских и юношеских кружков, а также авторские произведения (обычно это лирические стихотворения религиозного содержания) приносимые самими авторами–информантами в их собственной записи.

Что касается сбора текстов традиционных фольклорных жанров (былички, легенды, заговоры и т.д.), то этот аспект работы специальных комментариев, очевидно, не требует. Тексты бытовой речи могут содержать сведения о каких–либо маргинальных мифологических персонажах, развернутых быличек о которых не сохранилось, а, возможно, и не было; могут упоминаться даже наименования этих персонажей («в лесу как крикнешь, со всех сторон отвечают, филиппики это». Волог. Вытегорский р-н.; «в море тоже кто–то свой есть, авлодоп, что ли». Мурм. Кандалакшский р-н. – единичные фиксации); могут присутствовать элементы персонификации, столь свойственной народному мышлению («И куда это Шован Шованыч запропастился!» (после вопроса собирателя) – «А это тряпку я так зову». Волог. Чагодощинский р-н.); в текстах бытовой речи могут содержаться запреты, на примерах раскрываться содержание примет и т.п.

Материалы по народному православию включают, прежде всего, легенды, базирующиеся на известных мотивах, например, о сакрализованных природных объектах, знаках, которые оставляют небожители («У нас камень есть, на него Иисус Христос упал, так прямо все следы и видно – руки, ноги. Пять ступенек ведут на камень. Мы туда ходим в праздники. А камень большой, восемь пар могут метелицу плясать». Волог. Тотьма), о помощи от икон, о разорении церквей (например, легенда об исходе Михаила Архангела из церкви, которую вскоре сожгли – Твер. Осташковский р-н.), о наказаниях за осквернение церквей или икон, о вещих снах и явлениях и т.д. Почти в каждой местности есть свои почитаемые люди – праведники, прозорливцы или юродивые, всегда маркированные как истовые христиане, и о них нередко сохраняется достаточно богатый легендарный материал (записаны легенды о Максимушке – Твер. Осташковский р-н; об Аннушке Оботуровской – Волог. Никольск и др.).[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

В архиве музея города Тотьмы членами экспедиционного отряда обнаружено авторское произведение местной жительницы, датированное 1999 г., которое представляет собой рассказы о местночтимом прозорливом старце Николае и о трагической судьбе семьи автора записок в период раскулачивания, т.е. в 20-е–30-е гг. прошедшего ХХ в. По жанру это произведение может быть охарактеризовано как житийная повесть. В ходе экспедиции записан также ряд фольклоризированных рассказов о старце Николае. Частично материалы по народному православию изданы. [1]

Новым видом работы являются экспедиционные поездки в места создания севернорусских житий ХV–ХVII веков (малоисследованных и неизданных) с целью поиска легендарного материала, связанного с именами святых и содержанием житийных текстов, а также описания языковой и этнокультурной ситуации в этих местах в настоящее время. В 2004 г. отряд побывал на берегу Белого моря в селении Яреньга, в местах, где в ХVI в. создавалось Житие свв. Иоанна и Лонгина Яреньгских. В 2005 г. состоялась поездка в Вологодскую область в район Спасо–Каменного монастыря; энтузиасты–добровольцы (студ. К.А.Гаврилова и Ю.С.Вехова) съездили в места, где развивались события, излагаемые в Житии Варлаама Керетского. Что касается Спасо–Каменного монастыря, то вологодские краеведы и историки уже тщательно собрали все, что сохранила народная память в связи с этими местами. В Яреньге удалось найти некоторый легендарный материал – очень измененные и фольклоризированные сведения, соотносимые с событиями жития [2] . Несколько более богатым является материал, связанный с именем Варлаама Керетского. Несмотря на ограниченный объем собираемых материалов, такой вид работы является уникальным и надо постараться его продолжить.

Основными собирателями являются студенты, выезд в экспедицию входит в учебный план второго курса русского отделения. В рамках общей диалектологической экспедиции кафедры формируется специальный отряд по сбору сведений по духовной культуре. Некоторые студенты, увлекшись работой и тематикой, участвуют в экспедициях по два и даже по три раза. Перед выездом в поле студенты проходят специальную подготовку, и в экспедиции работают под наблюдением руководителя отряда.

Последние годы записи делаются с помощью диктофонов и магнитофонов, затем расшифровываются сначала в тетради, затем на специально оформляемые листы или прямо на листы. Материалы хранятся на кафедре русского языка в специальных папках и сгруппированы по годам. Некоторое время назад значительная часть записей делалась без применения технических средств: один собиратель вел беседу, второй записывал, а в случае продолжительных монологических рассказов оба собирателя вели записи. Практика и проверки показали, что полученные таким образом материалы являются полноценными и адекватными, что обеспечивается тем, что в процессе участвуют два собирателя, а также быстрой реакцией и чуткостью молодых собирателей, которые очень хорошо натренировались на записях живой речи в ходе учебного процесса, на лекциях.

Собиратели пользуются несколькими вопросниками, составленными на кафедре русского языка, первый из которых был выполнен с учетом специфики Русского Севера на базе вопросника, по которому работала в Полесье этнолингвистическая экспедиция Института славяноведения под руководством Н.И.Толстого.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Поскольку фонд формируется на языковой кафедре (кафедре русского языка), он имеет ряд связанных с этим особенностей. Его общая направленность – этнолингвистическая. Все материалы фонда представлены в виде записей живой народной речи. Пересказы не допускаются. Записи по возможности должны представлять собой связные тексты. Текст должен отражать специфику диалектной речи в ее наиболее ярких чертах. Запись ведется с применением упрощенной транскрипции, фиксируются наиболее значимые грамматические особенности говора. Особым вниманием пользуется лексический уровень текста, в частности, пласты маргинальной лексики и фразеологии, обслуживающие те или иные области духовной культуры, прежде всего круг мифологических представлений.

Фонд в силу жанрового и содержательного многообразия материалов (различные жанры народной прозы, народная паремиология, фразеология, тексты устной бытовой речи) демонстрирует многоплановость и многоуровневый характер духовной культуры народа, проявляющей себя в фактах народной словесности.

Кафедра русского языка СПбГУ традиционно имеет историко–филологическое направление, и фонд дает материалы для разработок в области ретроспективной этнолингвистики – направления, формирующегося в рамках этнолингвистики. Один из основных методов ретроспективной этнолингвистики – поиск, историко–культурное и герменевтическое исследование этнолингвистических параллелей, обнаруживаемых в древних славяно–русских памятниках и в материалах современной народной словесности. Например, очевидна этнокультурная и даже языковая связь отрывка из жития Никодима Кожеезерского (ХVII в.), повествующего о том, как нечистый лесной дух водил в лесу пастуха Григория, и современных быличек сходного содержания. Случайно брошенная и «схваченная» собирателями фраза: «Алешка, сиди смирно, что ты вертишься как бес в рукомойнике» (Волог.), очень краткая быличка из собрания Сыктывкарского университета: «Один пошел в умывальник, молитву прочитал, а там дьявол запелился, не может вылезти, ухает там, бунцит, ревет: «Откройте меня!» Вот и в муку также [может забраться черт, бес], если не закроешь» (Коми, Усть–Цилемский р-н) позволяют установить связь с сюжетом, известном как «легенда о заключенном бесе» и представленном в ряде древнерусских памятников («Повесть о путешествии Иоанна Новгородского на бесе в Иерусалим», ХV в., «Повесть о водворении христианства в Ростове» (не ранее ХV в.). Лексема, обнаруженная в записи отрывка заговора позволила сделать предположения о семантике и происхождении слова качица, являющегося, по данным словарей, гапаксом и не имеющего удовлетворительного толкования, а также предположить, что этим словом обозначается мифологический образ и т.д.

Материалы фонда послужили фактографической базой для ряда статей, дипломных и курсовых работ студентов, кандидатских и докторских диссертаций. С привлечением материалов фонда написаны и защищены: кандидатская диссертация Т.Н.Бунчук «Концептуальный анализ текстов традиционной культуры» (2003), С.Е.Волосковой «Севернорусская быличка: структура текста, языковые характеристики жанра» (2004), монография и докторская диссертация Т.С.Садовой «Народная примета как текст и проблемы лингвистики фольклорного текста» (СПб., 2004). Начало формирования фонда было связано с подготовкой и защитой докторской диссертации О.А.Черепановой «Мифологическая лексика русского языка» в 1984 г. и выпуском ее монографии «Мифологическая лексика Русского Севера» (СПб.,1983). Частично материалы фонда опубликованы в сборнике «Мифологические рассказы и легенды Русского Севера» (Составитель и автор комментариев О.А.Черепанова. СПб., 1995) и в книге О.А.Черепановой «Культурная память в древнем и новом слове» (СПб., 2005).

С формированием фонда, а главным образом с его хранением и обслуживанием имеются определенные трудности, главная из которых – отсутствие работника, который хотя бы часть рабочего времени мог уделять фонду. Записи выполнены различными почерками; перевод материалов на электронные носители пока не представляется возможным, да и целесообразность этого не очевидна.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

В планы входит пополнение фонда, улучшение условий его хранения, использование его материалов в научных изысканиях разного уровня и различной направленности, составление антологии текстов, отражающих различные аспекты традиционной духовной культуры Русского Севера в их проявлении в народной словесности. Предполагается также создание сайта, в рамках которого будет освещена работа экспедиций по теме «Духовная культура Русского Севера».

// Рябининские чтения – 2007
Отв. ред Т.Г.Иванова
Музей-заповедник «Кижи». Петрозаводск. 2007. 497 с.

Текст может отличаться от опубликованного в печатном издании, что обусловлено особенностями подготовки текстов для интернет-сайта.

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф