Метки текста:

Рябининские чтения Фольклор

Зверева Я.В. (г.Санкт-Петербург)
Русскоязычная сказка в иноязычной среде: фольклорная традиция Удоры (по материалам записей 1961 г.) VkontakteFacebook

стр. 270Специфика русского фольклора, бытующего в иноэтнической среде, проявляется в органичном взаимодействии, симбиозе двух культур. В результате прямого или опосредованного заимствования и адаптации материала к новым условиям бытования в нем возникают два пласта: заимствованный и свой (специфический для данного народа, определяющий его лицо).

Представляется интересным рассмотреть соотношение своего и заимствованного пластов в русских сказках, вошедших в репертуар удорских коми. Географическое положение Удорского района Республики Коми – труднодоступность со стороны Вычегды и легкость сообщения с Мезенью, регионом с богатой фольклорной традицией, – способствовало тесному контакту русской и коми культур. Вследствие такого взаимодействия язык коми значительно пополнился русской лексикой, а репертуар местных сказителей существенно расширился за счет русских сказочных и былинных сюжетов.

Материалом для статьи стали сказки, записанные Т.И.Орнатской на Удоре осенью 1961 г. во время экспедиции Института русской литературы (Пушкинский Дом) АН СССР от четырех исполнителей – представителей разных поколений [1] . Сказки, рассказанные на русском языке, являют собой контаминации широко распространенных на Русском Севере сюжетов. Сказочные сюжеты представлены в табл.:

стр. 271[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Ценность этих материалов определяется, прежде всего, тем, что они были собраны в период активного бытования сказочной традиции [9] . По свидетельству Т.И.Орнатской, на р. Вашке русские сказки были широко распространены не только у мужчин-коми, но и в женской среде, а сказочники были почти в каждой деревне и пользовались известностью среди односельчан. Материалы экспедиции показывают, что фольклорное двуязычие определило специфику бытования не только песенного и игрового фольклора, распространенного в среде коми, но и сказок [10] . Сказочница из д.Коптюга М.С.Кочева, самая старшая из четырех исполнителей, рассказывала: «Раньше каждой сказка знали. В Великой пост соберемся девки и ну сказки говорить! Песни-то нельзя было петь, пост. Сказка – не грек <грех>. Ли в лесу мужики соберутся – всегда велят сказку сказывать. – И добавляет: Все по-русски сказывали» [11] .

При анализе материала неизбежно встает вопрос о составе заимствованных сюжетов и их разработке.

Среди особенно популярных на Удоре сказок Н.С.Коровина называет тексты с семейным конфликтом, а среди них сюжет «Чудесные дети» (СУС 707) [12] . В сказке «О Марье-сиротке и Иване-русском богатыре» данный сюжет представлен в контаминации с другим сюжетом – «Обманутые черти/лешие» (СУС 518). В опубликованных севернорусских сказках подобная контаминация встречается только в варианте, записанном в Белозерском крае (Соколовы, 42) [13] . Необычен и состав героев: в тексте отсутствуют сестры героини, странники, которые гостят у матери с сыном и рассказывают об увиденном отцу; вместе с тем, среди персонажей появляется Иван, русский богатырь, а также колдунья-фея и ее дочь; фея (волшебная помощница), не встречающиеся в других вариантах. Одна из специфических черт коми сказок – наличие в сказках на традиционные сюжеты эпизодов, мотивов или имен персонажей из лубочных изданий [14] . Упоминание в тексте богатырей (Иванарусского богатыря, трех богатырей, дерущихся за диковинки и братьев-богатырей) – свидетельство сильного влияния лубочной литературы, сыгравшей немаловажную роль в популяризации сюжетов о русских богатырях [15] . Появление колдуньи в системе персонажей также можно отнести к особенностям местной традиции.

Колдуньи выступают действующими лицами многих коми волшебных сказок, собранных в Удорском и УстьВымском районах [16] . В варианте этого сюжета, записанном на р. Выми, как и в рассматриваемом тексте, появляется мотив женитьбы главного героя (Ивана-царевича) на дочке колдуньи (Ёмы-бабы).[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

К популярным у коми сказкам, в основе которых лежит семейный конфликт, примыкает сказка «О мужике, солдате и неверной жене» на сюжет «Муж в мешке и притворно больная жена. Гость Терентий» (СУС 1360 С = АА**1361 I). Сюжет широко известен на Русском Севере, один из его вариантов записанстр. 272 И.В.Карнауховой на Мезени. Сказка являет собой пример сознательного творчества, изменения заимствованного материала, предопределенного условиями бытования: традицией рассказывания русских сказок в пост. Сюжет осложнен особым мотивом раскаяния жены, не встречающимся в других вариантах. Оригинальность сказке «О мужике, солдате и неверной жене» придает также отразившийся в ней местный колорит.

Текст содержит не зафиксированный в других русских вариантах мотив мытья в бане; баня упоминается несколько раз и даже служит эквивалентом лекарства от несуществующей болезни. Как и в этом тексте общерусского сюжета, традиционная народная привычка мыться в бане находит свое специфическое отражение во многих коми сказках, записанных в Удорском районе.

В рамках исследуемой темы можно выделить еще один аспект: сохранность заимствованных сюжетов.

Сказки, записанные на Удоре, несмотря на множественные свидетельства угасания традиции, проявляющиеся в различного рода трансформациях общерусских сюжетов, привнесении в текст современных сказителю реалий («у колдуньи совещание шло», «Направили с красным флагом делать мирный договор» («Сказка о Марье-сиротке…»), ссылка на Соловки («Побывальщины о Петре I и попе»), отражают исторические реалии прошлого: упоминается срок службы в армии, равный двадцати пяти годам, в качестве места ссылки называется каторга в Сибири («Побывальщины о Петре I и попе»).

Наиболее близкий вариант «Побывальщины о Петре I и попе» был записан в том же году В.В.Митрофановой, участником экспедиции ИРЛИ на Мезень. «Сказка про попа Семена и дьякона Калистрата» рассказана Егором (Георгием) Ивановичем Ляпуновым, 63 лет, жителем д. Вожгора Лешуконского района Архангельской области [17] . «Сказка про попа Семена…» – контаминация сказочного сюжета «Беспечальный монастырь» и более полного варианта предания «Петр I-кум» [18] , которое в «Побывальщине о Петре I и попе» представлено фрагментарно. Система основных персонажей в этих двух сказках практически идентичная: крестьянин (в мезенском варианте – купец), поп Калистрат (Семен), его жена, царь Петр Великий и брат попа Кондрат (Калистрат). В обоих вариантах присутствует элемент, нетипичный для данного сюжета: традиционная мена должностями осложнена мотивом ссылки провинившегося попа.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Обе сказки записаны практически в одно время от исполнителей примерно одного возраста (В.А.Соров, 60 лет, и Е.И.Ляпунов, 63 лет) в территориально близких друг к другу регионах. При этом сказка В.А.Сорова содержит больше архаичных черт: в ней появляется фрагмент еще одного сюжета «Куда тратятся деньги» (СУС 921А=АА*921 I A). Место действия перенесено из Петербурга в деревню, а встреча крестьянина с Петром I содержит отдельные мотивы исторического предания «Петр Первый на пути к Архангельску» [19] . В неизмененном виде сохранился эпизод ссылки «в Сибирь, в каторгу», у Е.И.Ляпунова место ссылки – Соловки. Как эта сказка попала в репертуар исполнителей, точно неизвестно. По сведениям, указанным Т.И.Орнатской, В. А. Соров рассказывает сказки, прочитанные им в книге «1001 ночь» и услышанные во время службы в армии» [20] . Е.А.Ляпунов знает сказки от отца и из книг, во время службы в армии сказок не запомнил [21] . Поскольку удорский вариант представляется нам более сохранным, чем мезенский, нет оснований предполагать, что сказка была услышана В.А.Соровым в армии и позже вошла в его репертуар.

Вопрос о причинах проникновения русских сказочных сюжетов в среду коми, их локальном своеобразии и специфике бытования в иноязычной среде требует специального исследования на более широком материале. Данная статья представляет собой попытку поставить вопрос, на который можно дать ответ при полном учете фактов взаимодействия коми и русской культур.

// Рябининские чтения – 2011
Карельский научный центр РАН. Петрозаводск. 2011. 565 с.

Текст может отличаться от опубликованного в печатном издании, что обусловлено особенностями подготовки текстов для интернет-сайта.

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф