Метки текста:

Коми Русские Рябининские чтения Фольклор

Филимонов В.В. (г.Сыктывкар)
Бытование русского фольклора у коми народа по материалам периодической печати XIX – начала XX вв. VkontakteFacebook

стр. 403Уже с первых наблюдений краеведов и бытописателей, описывавших традиционную культуру комизырян, стали складываться представления о том, что в их фольклоре очень много заимствованного у русских.

В одной из самых ранних публикаций коми фольклора – в статье Н. И. Надеждина «Народная поэзия у зырян» (1839) – можно встретить удивление и нежелание верить, что у зырян нет своих песен. Находясь в ссылке в Усть-Сысольске, он слышит от заседателя, дьячка, стряпчего, что «песни, которые здесь поются, – все русские, <…gt; наши не понимают в них ни слова, а поют твердо и верно, <…gt; есть переводы русских песен» [1] .

И только на «вечеринке» не отчаивающийся исследователь узнает от «прекрасной зырянки», что даже на свадьбе поют по-русски и «только плачут по-зырянски» [2] .

Основное внимание по вопросу бытования русского фольклора у коми мы сосредоточим на материалах периодической печати XIX – нач. XX вв., попутно упоминая лишь отдельные книги и опубликованные архивные материалы. Это доступные нам публикации из «Вологодских губернских ведомостей» (далее – ВГВ), «Живой старины», «Известий Архангельского общества изучения Русского Севера», «Известиях Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии», «Этнографического обозрения» и из менее известных периодических органов, таких как журналы «Природа и люди», «Солнышко», «Юная Россия» и др. Всего по данной теме выявлено около 20 публикаций. Их авторы – это учителя, деятели просвещения, священники, литераторы, чиновники, историки, промышленники, журналисты, поэты, которые интересовались краеведением и народной культурой, были сотрудниками связанных с этим направлением Обществ и корреспондентами центральных и губернских изданий.

Что касается общих сведений о фиксации русского влияния у коми, то, описывая быт, одежду, обращая внимание на язык и верования зырян, авторы часто отмечали заимствования зырянами элементов русской культуры. Несомненно, такие заимствования имели место, однако сходство может быть связано и с географической общностью русских жителей севера России и коми-зырян, и с похожими условиями быта. Кроме того, для русских исследователей XIX в. (а большинство из них были русскими) характерен взгляд на чужую культуру через призму своей, и им, естественно, бросались в глаза те черты зырян, которые были похожи на знакомые и понятные им. Так, например, о сходстве быта и одежды В.Е.Кичин, активный сотрудник ВГВ, в 1865–1866 гг. писал: «… быт устьсысольского простонародья <…gt; мало отличается <…gt; от обыденной жизни соседей зырян и русских поселян» [3] , одежда и домашний быт их «не отличаются от постоянно вытесняющей зырянизм русской национальности» [4] . Несколько позже чиновник и краевед Н. Д. Волков в этнографическом очерке «Удорский край» отметил, что женский костюм в этой местности «не отличается от русского» [5] . В 1909 г. в очерке «Как живут зыряне» Б.Раненский с сожалением констатирует, что зыряне «начинают одеваться по-русски», и «все более делаются похожими на русских крестьян, фабричных и торговцев» [6] .[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

В статьях второй половины XIX в., в частности, у В.Е.Кичина в 1865 г. [7] , а также в начале XX в. мы находим похожую характеристику и языка зырян, в котором, как отмечает историк П.М.Головачёв, «очень много русских слов» [8] , а фольклорист-собиратель Н.Е.Ончуков пишет, что «язык зырян <…gt; изобилует руссизмами, вследствие бедноты его, язык же ижемцев почти наполовину состоит из русских или извращенных русских слов» [9] . (Только в статье В.Н.Майнова есть противоположный факт: «… женщины зырянские совсем не говорят по-русски» [10] ). Можно сказать, что с подобными заключениями поспорит в будущем знаменитый социолог П.А. Сорокин. В одной из своих ранних статей по этнографии он отметил: «… зырянский языкстр. 404 <…gt; один из богатейших языков по количеству слов»; а истоки заблуждения об «убогости и бедности» зырянского языка Сорокин видит в том, что в него «вкралось значительное число русских слов» [11] . Некоторые авторы указывают на роль христианизации в «обрусении» зырян [12] .

Практически во всех статьях, касающихся верований зырян, отмечается заимствованный или «неоригинальный» характер демонологии: «… зырянам знакомы <…gt; такие вымыслы русской фантазии, как „порча“, „оборотни“, „ведьмы“ и „колдуны“», «предрассудков между зырянами ходит множество, и они почти все заимствованы от русских» [13] . Такую оценку мы находим и у других авторов. Несколько отличное мнение высказано известным этнографом В.П.Налимовым, в частности, он возражает Попову (по всей видимости – Клавдию Алексеевичу), который «неправильно утверждает, что представление о водяном заимствовано зырянами у русских. Водяные сотворены, по мнению зырян, Омелем, и утопленники не превращаются в русалок» [14] .

Если говорить об особенностях обрядов зырян, так или иначе представленных в рассматриваемых нами публикациях, то и здесь мы увидим тенденцию авторов видеть русское у зырян: «… множество русских семейных обрядов и обычаев также целиком перешло к удивительно переимчивым зырянам, <…gt; святки у зырян сопровождаются теми же гаданиями и вечерами, как и у русских» [15] . Н.Д.Волков в очерке об Удорском крае пишет: «… свадебные обряды и обычаи <…gt; не представляют ничего особенно характерного от русских» [16] . В сочинении семинариста В.Ванеева «Зырянская свадьба» по-русски приводится текст немного переиначенной Иисусовой молитвы, которую произносит мать невесты, а в сноске об оплакивании девства и будущего замужнего состояния Ванеев замечает: «…говорят, что в других краях у зырян для этого употребляются песни собственно зырянские» [17] . И далее В.Ванеев ссылается на статью Н.И.Надеждина, т.е. обращает внимание на русскоязычный характер удорских свадебных плачей.

Больше всего суждений относительно русского компонента в культуре коми-зырян мы находим в связи с песенными жанрами. Многие авторы XIX в. (например, Н.И.Надеждин, Ю.А.Волков, В.Е.Кичин, В.Н.Майнов и др.) констатируют, что «почти все песни, какие поются зырянами, чисто русского происхождения, хотя и значительно исковерканы» [18] , подобные суждения мы находим и у авторов начала XX в. (Н.Ончуков, С.Покровский [19] ).

Возможно, чтобы изменить общее мнение о песнях зырян, и возникла мистификация, когда в статье автора К. «Зырянские песни» (1866), под видом народных были представлены сочиненные И.А.Куратовым [20] .[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

И все-таки в некоторых статьях можно найти упоминания о собственно зырянских песнях, но всегда с какими-либо оговорками. Например, Ю.А.Волков в середине 1850-х гг. сначала пишет, что «у зырян вычегодских и печорских нет даже песен простого, общедомашнего, а не только исторического содержания», а по-том добавляет: «… песни у зырян есть и свои собственные, но не по Вычегде и не на Печоре, а на Удоре, Лузе и Сысоле, и это преимущественно свадебные, и тех очень немного» [21] . В.Е.Кичин в статье «Нечто об УстьСысольске» (1865) приводит свои впечатления: «… был поражен гармоничным пением зырянской песни <…gt; Эта песня вроде русской: „Ах об чём ты проливаешь…“» [22] . В статье литератора, педагога и краеведа Е.В.Кичина «Братчина (зырянское обыкновение)» (1852) приводится подробное описание обряда с текстами песен, среди которых русские чередуются с зырянскими [23] .

Одни из первых попыток объяснить и проанализировать усвоение зырянами русских песен находим в статьях Ю.Волкова (сер. 1850-х гг.) и П.Сорокина (1910-е гг.). Например, Волков пытается определить характер заимствования солдатских песен, которые, по его мнению, занесены «на родину приходящими на побывку воинами из зырян, которые <…gt; изменяются в произношении, переиначивается ритм, и является филологическоестр. 405 чудо, которого не понимают ни поющий, ни слушающий» [24] . Ценные наблюдения над характером бытования русских песен у зырян мы находим у П.А.Сорокина, который произвел своего рода классификацию зырянских песен: «1) русские песни, переведенные народом на зырянский язык, 2) зырянские песни – более или менее древние и 3) зырянские песни более нового периода», а также привел репертуар русских песен, которые зыряне «поют более всего», называя здесь и традиционные протяжные, и хороводные песни, и песни позднего происхождения. Сорокин также обращает внимание на то, что среди зырянских песен есть такие, «в которых имеются мотивы содержания, аналогичные с некоторыми мотивами в русских песнях, но чисто ли переводные они – сказать трудно», и если они даже и заимствованы, «то в них немало и чисто зырянских мотивов и наслоений». Определенно переводными Сорокин называет исторические песни о Стеньке Разине и отмечает, «вопреки обычному представлению – будто бы у зырян нет совершенно песен на своем языке – песни эти имеются и они довольно многочисленны» [25] .

Итак, наряду с наблюдениями, касающимися сходства («заимствования», по словам авторов рассмотренных публикаций) в области быта, языка, одежды, обрядов, верований, для современных исследователей наибольший интерес, очевидно, представляют суждения о бытовании у коми песенного фольклора на неродном языке, чему посвящено довольно много замечаний разных авторов. Безусловно, приведенные данные относятся к донаучному периоду, однако для нас было важно обратить внимание на уже имеющий историю изучения и активно изучаемый сегодня феномен фольклорного двуязычия у коми [26] . Наша задача состоит прежде всего в том, чтобы не оставлять в стороне наблюдения, сделанные в донаучный период, полноценно использовать опубликованные данные, а также осуществлять поиск неучтенных и забытых материалов, которые могут оказаться полезными в современной науке, в том числе и в связи с оценкой и систематизацией материалов к биобиблиографическому словарю «Русские фольклористы». В русле выявления источников важно обратить внимание также и на такие явления, как характеристика и полнота данных, собранных в донаучный период, и на эволюцию как самого материала, так и характера его собирания, обработки, описания и публикации.

// Рябининские чтения – 2011
Карельский научный центр РАН. Петрозаводск. 2011. 565 с.

Текст может отличаться от опубликованного в печатном издании, что обусловлено особенностями подготовки текстов для интернет-сайта.

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф