Метки текста:

Кижи Крестьяне Образование Сельская интеллигенция

Абросимова Д.Д. (г.Петрозаводск)
Особенности труда сельских учителей: На примере народных школ бывшей Кижской волости VkontakteFacebook

Аннотация: На основе архивных материалов о народных школах бывшей Кижской волости в статье рассмотрены способы увеличения дохода сельского учителя — совмещение места учителя с должностью заведующего школой или с преподаванием Закона Божьего. Приводятся имена священников, возглавлявших школы, и учителей, преподававших по совместительству Закон Божий, среди которых в начале ХХ в. преобладали женщины.

Ключевые слова: народное образование; народные школы; Кижская волость; сельский учитель;

Summary: Based on archival materials on common schools of the former Kizhi Volost the article discusses ways how rural teachers could increase their income. These included heading of a school or starting to teach Bible chairs. The names of the priests are given who headed the common schools, as well as the names of the teachers who taught Bible chairs in addition to other subjects. Among the latter women prevailed over men in the early 20th century.

Keywords: popular schooling; common schools; Kizhi Volost; rural teacher;

стр. 3В изучении истории народного образования особое место принадлежит сельским учителям, поскольку именно от них в конечном счете зависел успех внедрения всеобщего начального образования в жизнь села на местах. Всестороннему изучению условий работы и жизни сельского учителя, воссозданию его социально–психологического облика было уделено немало внимания в публикациях последних лет. [1] В этой статье мы попытаемся еще раз рассмотреть особенности, с которыми был сопряжен труд сельского учителя, на материале источников о народных школах бывшей Кижской волости (в границах начала ХХ в.) из Национального архива Республики Карелия (далее – НА РК) и дореволюционных публикаций.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

В указанный период школы на этой территории имелись в 12 деревнях. Среди них 7 были церковно–приходскими (далее – ЦПШ), две из которых были преобразованы из школ грамоты), 4 – земскими, и одна относилась к ведомству Министерства народного просвещения [2] (далее – МНП).

Показательным фактором, характеризующим особенности учительского труда, была его напряженность, которая выражалась в количестве учеников, приходившемся на одного учителя. В результате анализа архивных сведений по истории школ Кижской волости на протяжении их истории от начала основания до начала ХХ в. можно сказать, что одному учителю наиболее часто приходилось работать с 10–20–ю учениками. Такое число отмечалось на бывшей территории волости в указанный временной промежуток в 7 школах (ЦПШ и земских, с преобладанием среди них ЦПШ). [3] Немного реже численность учащихся, за которых нес ответственность один учитель, достигала 20–30 человек: она была отмечена в 5–и школах волости, в основном земских. [4] Еще реже число подопечных стр. 4 одного учителя составляло менее 10 человек – в Кижской волости имелись три такие школы (все – ЦПШ). [5]

Нужно отметить зафиксированную документами максимальную нагрузку, которая однажды легла на плечи учителя, – это 60 учеников (земская школа Сенной Губы, 1874 г.). [6] Такая цифра, конечно, не являлась обычной и возникла, по–видимому, в связи с внешними обстоятельствами, о чем свидетельствовало резкое, на четверть, уменьшение числа учащихся школы по сравнению с предшествовавшим годом. [7] Таким образом, учебная нагрузка на педагогов народных школ Кижской волости была достаточно щадящей: в целом она была ниже средних показателей по Петрозаводскому уезду и Олонецкой губернии начала ХХ в., которые составляли 21–24 и 23 ученика соответственно. [8]

С одной стороны, можно, безусловно, согласиться с исследователями, которые оценивают подобное соотношение учащихся и учителей как обстоятельство, положительно сказывавшееся на качестве обучения. [9] С другой, это соотношение обеспечивалось тем, что далеко не все родители записывали детей в школу по причинам, которые названы, в частности, в «Отчете о состоянии начальных народных училищ Петрозаводского уезда» за 1895 г., где сказано, что «даже за 3–4 версты посещает школу мало детей, и то при благоприятных условиях: при удобном сообщении, при возможности иметь теплую одежду и т. д.». [10] Проблема посещаемости крестьянских школ оставалась одной из самых постоянных на протяжении развития народного образования в деревнях.

Что касается вознаграждения учителей, о его недостаточности для обеспечения «прожиточного минимума», об их трудном и даже бедственном материальном положении исследователи писали не раз. [11] Как свидетельствует автор статьи «Народный учитель», опубликованной в дореволюционной губернской периодике, из жалованья 30 руб. в месяц, «за вычетом на пенсию… и на военные нужды учитель получает 27 руб. <…> Хорошо, когда удается найти помещение со столом за 20 руб., а то приходится вести свое хозяйство самому, и тогда кроме дефицита и долга лавочнику ничего в результате не остается». [12] [текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Низкие доходы преподавателей народных школ заставляли их искать дополнительный заработок. Его можно было найти в областях, не связанных со школьным делом. [13] Однако наиболее удобным путем была возможность дополнительного заработка при школе, источником которого являлось совмещение профессиональных обязанностей. Так, в целях увеличения дохода учитель мог занять должность заведующего школьным приютом. В начале ХХ в. это давало годовую прибавку к основному жалованью в 20 руб., отнимая при этом, по–видимому, все остающееся после уроков время, поскольку обязанности заведующего предполагали полную ответственность за жизнь в приюте, включая не только надзор за поведением учащихся, но и занятость разнообразными хозяйственными вопросами: закупкой продуктов, контролированием приготовления пищи и чистоты помещений. [14]

Учитель мог стать также заведующим школой. Однако на практике заведующими народными школами становились обычно преподаватели Закона Божьего – церковнослужители. В материалах по Кижской волости встретился всего один случай, когда учитель заведовал школой в течение ряда лет (это И. М. Заводовский, заведовавший школой МНП в Сенной Губе [15] ). Можно было бы предположить, что причиной этому была интенсивная основная нагрузка учителей, не позволявшая им вступать в руководящую должность. [16] Однако в действительности такая расстановка явилась результатом принятого после 1881 г. государственного курса в области народного образования, согласно которому церковь должна была занимать в этой системе главенствующее положение, а ее представители – руководить начальными учебными заведениями. [17] На территории бывшей Кижской волости этот курс вполне стр. 5 реализовывался: среди заведующих народных школ в первом десятилетии ХХ в. часто встречаются священники. Так, ЦПШ дер. Леликово возглавлял потомственный священник Н. А. Петропавловский; заведующим двух ЦПШ (дер. Липовицы и Косельга) был потомственный священник М. А. Русанов, [18] еще тремя ЦПШ (острова Кижи, Волкострова и школы грамоты (впоследствии ЦПШ) дер. Сибово) руководил протоиерей М. С. Заводовский. [19]

Третья существовавшая для учителей возможность увеличения заработка – это освоение преподавания Закона Божьего в дополнение к другим предметам. [20] Заработок преподавателей Закона Божьего составлял от 30 до 60 руб. в год. [21]

Интересно отметить, что в начале ХХ в. среди учителей народных школ бывшей Кижской волости, взявшихся за преподавание этого предмета, преобладали женщины. Так, в дер. Новинка обязанности учителя и законоучителя одновременно исполняла сначала Н. П. Богоявленская, а затем сменившая ее В. И. Благовещенская; в ЦПШ дер. Косельга – А. В. Ржановская, а затем П. А. Соколина; в ЦПШ о. Волкостров – К. К. Благовещенская; в земской школе дер. Кургеницы – Х. И. Гордеева; в земской школе дер. Конда – Е. В. Романовская (Ржановская?), [22] позже Е. К. Дорошина. [23] Преобладание женщин среди преподавателей предмета, обучение которому изначально доверялось членам церковного причта, мужчинам, представляется достаточно необычным. Объяснить это можно, по–видимому, тем, что этот период явился наиболее «смутным» временем в жизни страны, на который пришлись русско–японская и первая мировая войны, [24] что повлияло на возникновение дефицита в том числе учительских кадров.

Что касается учителей-мужчин, которые преподавали Закон Божий, имеются сведения о двух случаях такого совместительства. Один из этих учителей, И.А. Светлов, начавший преподавательскую деятельность в ЦПШ на Волкострове в конце XIX в., вскоре оставил ее в связи с тем, что, следуя семейной традиции, стал священником и переехал в дер. Типиницы в свой приход. [25] [текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

// Рябининские чтения – 2015
Отв. ред. – доктор филологических наук Т.Г.Иванова
Музей-заповедник «Кижи». Петрозаводск. 2015. 596 с.

Текст может отличаться от опубликованного в печатном издании, что обусловлено особенностями подготовки текстов для интернет-сайта.

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф