Метки текста:

Старообрядцы

Старицын А.Н. (г.Москва)
Гавушезерский скит VkontakteFacebook

Аннотация: На основе новых открытий в сочетании с известными источниками предпринимается попытка установить местоположение и изложить раннюю историю старообрядческого поселения. Реконструируются устройство скита, численность его жителей и биографические данные некоторых из них.

Ключевые слова: старообрядческие поселения; скиты; часовни; Гавшезеро;

Summary: Based on new discoveries in combination with known sources, attempts to locate and explicate the early history of the Old Believer settlements. Reconstructed device of the monastery, the number of its residents and biographical information about some of them.

Keywords: Old Believer settlements; monasteries; chapels; Gavshezero;

стр. 147Начальная история староверческого поселения у Гавушезера (Гавшезера) вызывает множество вопросов, которые могут быть разрешены по мере введения в научный оборот новых источников и привлечения хорошо известных документов и свидетельств. Когда и где возникло поселение? Как оно называлось: пустынь, скит, деревня? Какое отношение имело к Верховскому или Ладожскому скиту? Кто его населял и кто руководил? В хронологическом плане наше исследование очерчивается временем правления царя Петра Алексеевича от 80–х годов XVII в. по 1725 г.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Наиболее ранние известия о Гавушезерском ските содержатся в Житии Корнилия Выговского, которое было составлено келейником Корнилия монахом Пахомием в 1720–х гг. (1–я редакция). В 1731 г. текст, написанный Пахомием, был переработан Трифоном Петровым (2–я редакция). [1] Начало поселению, ставшему впоследствии скитом, было положено иноком Корнилием, который впервые поселился в построенной им келье у Гавушезера вместе со старцем Иринархом и двумя старицами Евфимией и Анфисой. С ними жили два бельца – Иван и Харитон. Здесь принял постриг каргополец Василий Иванович Быков, ставший иноком Варламом. Здесь же Корнилий постриг сопровождавшего его 12–летнего мальчика, ставшего иноком Пахомием, автором 1–й (Пахомиевской) редакции Жития Корнилия. [2] Келья Корнилия находилась на расстоянии полукилометра от озера. Во время проводимых во второй половине 1680–х гг. правительственных облав на староверов пустынники вынуждены были оставить келью и жить 6 или 7 недель под открытым небом, согреваясь у нудьи. Потом они снова вернулись к келье, но прожили там недолго, потому что Корнилий принял приглашение инока Сергия и переселился к нему на Лексу. Надо полагать, что сожители Корнилия вместе с ним оставили келью у Гавушезера. Датировать это событие можно, опираясь на упоминание в Житии Корнилия о том, что после переселения к Сергию Корнилий прожил еще 8 лет. [3] Если вычесть из известной даты преставления Корнилия – 1695 г. цифру 8, получим 1687 г. Так как пребывание Корнилия со спутниками у Гавушезера было непродолжительным (не больше года), можно в качестве рабочей гипотезы считать датой основания поселения 1686 г. Признавая всю условность подобной датировки, целесообразно тем не менее высказать соображения в ее защиту. Известно, что активный розыск староверческих поселений в Выговских лесах происходил накануне Первой Палеостровской гари зимой 1687 г. Тогда стрелецкими командами, у которых провожатыми были старцы и слуги Палеостровского монастыря, отыскивались и уничтожались тайные поселения староверов. Захваченных людей силой заставляли принять новую веру, а избы, из которых староверы успели убежать, сжигались. [4] Очевидно, об этих событиях говорится в Житии Корнилия как о «зимнем забеге», когда пустынникам пришлось бросить свое жилище и скрываться в лесу. [5] Возобновилось заселение окрестностей Гавушезера довольно скоро (не исключено, что оно вовсе не прерывалось).

О существовании Гавушезерского скита в 1700 г. говорится в показаниях староверческого монаха Арсения, сделанных им при допросе в Санкт–Петербурге в 1726 г. [6] Этот комплекс документов хорошо стр. 148 известен исследователям старообрядчества, [7] однако ввиду важности для нашей темы содержащихся там сведений остановимся на нем подробнее. Арсений рассказал о себе на допросе в канцелярии Синода, что он происходил из домовых бобылей новгородского митрополита, его мирское имя Алексей Иларионов. После смерти отца он жил в Новгороде у своего дяди, новгородского торгового человека Семена Васильева Жулева, выполняя различные поручения. До начала Северной войны Алексей был послан дядей с товарами в Стокгольм. Когда начались военные действия, он находился в Гельсингфорсе, где и был арестован. У него отобрали товары и деньги, а самого держали в гельсингфорсской тюрьме вместе с другими русскими купцами. Пленники (Алексей и 14 человек новгородцев и ладожан) сумели освободиться, завладеть судном (шхерботом) и бежать. Они высадились в Копорском уезде на Сойкиных горах в устье реки Луги, откуда добрались до Тихвина, а затем до Новгорода. Алексей дал обет постричься в монахи в Соловецком монастыре. По дороге на Соловки он оказался в Гавушезерском скиту и остался там жить. Через 6 лет Алексей принял постриг с именем Арсения от соловецкого черного священника Пафнутия. В монашеском звании он прожил в скиту еще 20 лет вплоть до своего бегства в Санкт–Петербург из–за затянувшегося конфликта с влиятельным жителем скита Федором Мироновым. [8]

Добровольно явившись в дом к архиепископу Феофану 6 августа 1725 г., старец Арсений попытался описать жизнь в староверческих скитах в негативном свете, а себя представить жертвой недоразумения, будто бы он случайно оказался у «раскольников» и бежал, не желая следовать их ложному учению – вторично креститься и самосожигаться. Однако, наблюдая за его поведением и располагая отобранными у Арсения бумагами, преосвященный Феофан справедливо заподозрил его в неискренности. С этим мнением следует согласиться, учитывая, что Арсений был в скиту не простым монахом, а духовным наставником. Само расположение Гавушезера в лесной глуши, вдали от известной морской дороги, по которой паломники ездили в Соловецкий монастырь, подводит к мысли, что Алексей Иларионов вполне сознательно избрал пустынное жительство среди близких ему по духу людей. До принятия монашества Алексей прожил в скиту 6 лет, в течение которых он трижды причащался сухими запасными дарами, духовником у него был простой монах Игнатий. [9] Арсений назвал черного священника Пафнутия, постригшего его в монахи, жителем Гавушезерского скита. Пострижение происходило в часовне. [10] Следовательно, в 1706 г. Пафнутий жил в верховьях Выга, и там уже была построена часовня. [11] Часовня имела посвящение Николе Чудотворцу, на ней были колокола, находилась она на горе, служба в часовне совершалась в теплое время года. Зимой служба проводилась внизу (вероятно ближе к озеру), в келье, построенной старцем Александром (колокола тоже были его вкладом). [12]

Арсений назвал поселение у Гавушезера скитом, но так оно называлось в 1720–х гг., когда он давал показания в канцелярии Синода. Носило ли оно такое название в ранние годы своего существования? Во вновь найденном Е. М. Юхименко старообрядческом сочинении «Сказании о чудесах Тихвиноборского образа Спаса» содержится рассказ о чуде, произошедшем в 1709 г. с юношей Тимофеем, которого основатель Боровского скита Петр Ануфриев Кошелев послал в «Г авшезерское ладожское пустынное население». [13] В данном свидетельстве обращает на себя внимание тождественность Гавушезерского и Ладожского поселений (скитов?). Это указание во многом облегчает дальнейшее выяснение вопроса об отношении Гавушезерского поселения к Ладожскому и Верховскому скитам. П. С. Смирнов назвал поселение у Гавушезера скитом. По его сведениям, в 1711 г. в Гавушезерском скиту нашли убежище два старовера – Филимон и Тарасий. [14] В материалах первой ревизии за 1723 г. (соответствует времени возникновения конфликта между Арсением и Федором Мироновым) Гавушезеро не названо скитом, но показано обитаемым поселением (там проживало 5 монахов и неопределенное количество мирян), входившем в состав Верховского скита. [15] Имена монахов, указанных в переписной книге, следующие: Арсений новгородец 60 лет, Антоний из крестьян Лопского Ребольского погоста деревни Комовары (Кимовараки) 60 лет, Тарасий ладожанин 70 лет, Иона из крестьян Пудожского погоста деревни Мечевской 67 лет, Тихон из крестьян Ладожского уезда 60 лет. Все постриженики иеромонаха стр. 149 Пафнутия. [16] Один монах – Серапион, из крестьян Угличского уезда, 70 лет – показан в Верховском скиту. И один монах – Александр, москвич, без ног, 80 лет – на Нельмозере, тоже находящемся в верховьях Выга. [17] В Верховском скиту, в котором отдельно выделено только поселение у Сулотозера (вероятно, ошибочно, т. к. Сулотозеро не входило в систему верховских скитов), по данным переписи, произведенной подполковником П. Неплюевым, проживало 88 человек. [18] По данным переписи 1723 г., учитывавшей лиц, явившихся после подачи сказок старостами в 1720 и 1721 г., Сулотозеро отнесено к Тагозерскому скиту, а Гавушезеро отмечено в составе Верховского скита. [19] Арсений в 1725 г. показывал, что в Гавушезерском скиту было 10 монахов и 24 монахини, бельцов и белиц было 44 мужчины и 44 женщины (всего 122 человека). Наставником у скитян был монах Феодосий иконник, который 15 лет жил в келье с женкой Агафьей Козьминой. [20]

В документах Арсений называл себя то «Верховского скита гавшезерским старцем», то «Гавшезерского скита Николы Чудотворца старцем», то «Верховского скита гавшезерским жителем». [21] Можно высказать предположение, что на ранней истории заселения Выговского верховья все небольшие поселения у озер: Тамбичозеро, Столпозеро, Икшозеро, Укшозеро, Янгозеро, Немозеро, Гавушезеро и др. объединялись в единую систему под названием Верховской скит. По мере укрупнения поселений, они стали составлять самостоятельные скиты, но главным оставался Верховской, который сменил название на Ладожский по месту происхождения первопоселенцев этих мест. К середине XVIII в. название Ладожский скит прочно вошло в употребление. [22] Вероятно, наиболее старой часовней в Выговском верховье была Никольская часовня у Гавушезера, и с ней ассоциировался центр округи – Верховского или Ладожского скита. Поэтому Гавушезерский скит иногда назывался Гавушезерско–Ладожским.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Скит представлял собой раскинутые на значительном удалении друг от друга дома или целые деревни. При таком заселении жить в скитах могли как монахи, так и миряне. Последние никак не мешали уединенному проживанию первых. Естественно, в деревнях, где семьями проживали мужчины и женщины, не было монахов, они жили вдали от мирских поселений. Общей системой скитов руководил староста Выгорецкого суземка (в 1705 г. известен Тихон Фефилов [23] ), а в скитах выборные. Такими выборными Верховского скита были в 1720 г. – Иван Внифантьев и Григорий Алексеев; в 1721 г. – Аверкий Дорофеев; в 1723 г. – Михаил Андреев, Иван Внифантьев, Григорий Алексеев и Иван Аврамов, от Гавушезера выборный Наум Федоров. Суземским старостой в эти годы был Ипат Ефремов. [24] В 1724 г. старостой был Федор Ларионов. [25] Наставником в Верховском скиту (т. е. во всей округе Выговского верховья) был, по всей видимости, инок Феодосий, [26] а наставником в Гавушезерском скиту – инок Арсений. Конфликт, произошедший между Арсением и одним из старейших жителей Верховского и, в частности, Гавушезерского скита Федором Мироновым, заключался в том, что Миронов отстранил Арсения от совершения службы в часовне и лишил его права распоряжаться часовенной казной и другим имуществом. [27] Отстранить духовного наставника от совершения службы мог, несомненно, влиятельный человек. Возможно, Федор Миронов в то время был старостой Гавушезерского скита, и наказал наставника за несвойственное его званию желание распоряжаться денежными средствами общины.

О Федоре (Феодоте) Миронове говорится в Житии инока Геннадия как об одном из первых жителей Выговского верховья, который в 90–х годах XVII в. жил вблизи Венихозера и приходил к Геннадию за благословением на речку Рязанку. [28] Геннадий поведал Феодоту (Федору) свое видение, в котором Богородица вымолила у сына своего и Бога заступничество за людей, населяющих Выговскую пустыню. [29] В материалах первой ревизии указан Федор (Феодот) Миронов, сын Лешкин, ладожанин посадский человек 60 лет (1663 года рождения), пришедший на Гавушезеро в Верховской скит 25 лет стр. 150 назад, т. е. в 1698 г. В 1716 г. он уходил в Новую Ладогу, как сказано в переписи, кормиться мирским подаянием, и вернулся в декабре 1722 г. [30]

Арсений, не видя благоприятного для себя исхода конфликта, покинул скит и, как часто случалось в истории Выговской пустыни, решил присоединиться к господствующей церкви. Возможно, не имея к тому искреннего желания, поступая вынужденно, он вел себя неоднозначно и не занимался доносительством на выговцев. Во всяком случае, его появление в канцелярии Синода не привело к следственному делу против Выговского общежительства.

Ответ на вопрос о местонахождении скита кажется простым – в верховьях Выга недалеко от озер: Тамбичозеро, Столпозеро, Немозеро, Янгозеро и др. Но отсутствие на современных картах названия Гавушезеро заставило одно время думать, что Гавушезеро это современное Гаужозеро, находящееся недалеко от Водлозера, на северо–востоке от него. При такой идентификации нарушалась логическая последовательность перемещений инока Корнилия, изложенная в его Житии. Согласно Житию, Корнилий от Водлозера перешел жить на Немозеро, потом на Мангозеро (Мянгозеро=Янгозеро?), потом на Гавушезеро, и оттуда на Лексу. [31] Если Гавушезеро отождествлять с Гаужозером, получалось, что ему пришлось бы уйти очень далеко на северо–восток от описываемых мест. Наши сомнения разрешил документ, обнаруженный А. Дедуком в фонде Сената в РГАДА. Речь идет о Каталоге координат, который составили геодезии подмастер Аким Клешнин и геодезии ученик Алексей Житманов при работе над ландкартой Олонецкого уезда в 20–х годах XVIII в. [32] В соответствии с этим документом Гавушезерскую пустынь, как она обозначена в каталоге, следует искать в районе между современными озерами Гакси, Глубокое, Смольное, Панемозеро, но не точнее. Современная спутниковая карта показывает место, где находился Ладожский скит, то между озерами Смольным и Панемозером, то между Гакси и Глубоким. Исходя из имеющихся данных, Гавушезеро можно отождествить либо с озером Гакси, либо со Смольным.

Таким образом, использование общеизвестных источников в сочетании с вновь открытыми документами позволяет по–новому взглянуть на систему Выговских поселений на раннем этапе их существования. Благодаря новым архивным открытиям история Гавушезерского скита приобретает живое, наполненное драматическими событиями содержание. Становится понятной его зависимость от Верховского скита и его отношение к Ладожскому скиту. Месторасположения скита все еще остается не до конца выясненным и требует дальнейших изысканий.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

// Рябининские чтения – 2015
Отв. ред. – доктор филологических наук Т.Г.Иванова
Музей-заповедник «Кижи». Петрозаводск. 2015. 596 с.

Текст может отличаться от опубликованного в печатном издании, что обусловлено особенностями подготовки текстов для интернет-сайта.

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф