Метки текста:

Былички Диалект Жанр и сюжет Русский Север Фольклор Эпос

Власов А.Н. (г.Санкт-Петербург)
Фольклор Малой Пинежки и Выи: формирование региональных контактных зон в севернорусской традиции VkontakteFacebook

Аннотация: Тема доклада посвящена мало исследованной фольклорной традиции, административно и территориально представляющей контактную зону между вычегодской, северодвинской и пинежской региональными традициями. Рассматривается механизм различия и единства севернорусских региональных фольклорных традиций и факторы, способствующие и определяющие этот переход.

Ключевые слова: фольклор; традиции Русского Севера; местные традиции; контактная зона; жанры фольклора; песни; эпос; лирические народные песни; легенды; былички; диалект; словарь;

Summary: The article is dedicated to the little–investigated folk tradition, which is administratively and geographically represents the contact area between the regional traditions of Vychegodsk, Severodvinsk and Pinega. The mechanism of the differences and unity of folk traditions of the Russian North is considered in this study, as well as factors that contribute to this transition, and affect it.

Keywords: folklore; tradition of Russian North; local tradition; the contact area; genres of folklore; songs; epos; lyrical folk songs; legends; bylichki; Dialect Dictionary;

Работа выполнена при финансовой поддержке РГНФ, проект № 15–04–00143.

стр. 264Разные темпы колонизации русскими Севера и разные сценарии исторической жизни отдельных регионов дают достаточно пеструю картину севернорусской народной культуры. Поэтому каждая из региональных традиций на этой территории требует специального рассмотрения и изучения. Помимо известных вычегодской, северодвинской, пинежской, мезенской и других возникают своеобразные межрегиональные «контактые зоны» или «образования». Речь идет не просто о пограничных территориях, на которых исторически отмечены взаимовлияние и взаимообмен социально–культурных элементов, а о традициях, отличающихся своим «поведением» и «обликом», возможно, содержанием, а главное, архитектоникой местной (локальной) фольклорной уникальности.

К таковым, на наш взгляд, можно отнести фольклорную традицию Мало–Пинежья и Выи на Русском Севере. Историко–типологически фольклорная традиция Малой Пинежки и Выи может быть сопоставима с Устьей (ныне Устьянский район Архангельской области) и Лузой (Лузкий район Кировской области), будучи схожа с ними по некоторым составляющим в историко–генетическом механизме формирования местной традиции, но, естественно, имеющая «свою судьбу» или свой путь развития во времени. Среди внефольклорных факторов, определяющих самобытность местной традиции, следует назвать, во–первых, более суровые природно–климатические условия, не способствующие развитию земледелия, как в более южных районах; во–вторых, промысловый характер хозяйства (охота и рыболовство), позднее лесозаготовки и лесосплав составляли и составляют основные занятия местного населения; в-третьих, отдаленность от центров, к которым административно в разные периоды была подчинена Малая Пинежка и Выя.

По версиям исследователей [1] и местных краеведов, первожителями Верхней Пинеги и Выи была языческая «чудь белоглазая», существовавшая, еще задолго до прихода сюда русского населения. Жили они мелкими родовыми группами, распыленными по берегам рек и речек, занимаясь главным образом охотой и рыбной ловлей, позднее, по мере общения с русскими, и сельским хозяйством. [2] В XIV в. по грамоте 1328–1341 гг. Ивана Калиты бассейн Пинеги (погост Кеврола и Волок) административно считался волостью Великого Новгорода, но уже был под влиянием ростовской колонизационной волны. [3] Об этом факте местной истории также свидетельствует Вычегодско–Вымская летопись: «Лета 6875 (1367) великий князь Дмитрий Иванович заратился на Ноугород, а ноугородцы смирилися. Взял князь Дмитрей по тому розмирю к себе Печору, Мезень и Кегрольские. Люди пермские за князя за Дмитрия крест целовали, а новугородцам не норовили». [4] В XV в. впервые упоминаемые в отказной стр. 265 новгородской грамоте 1471 г. после поражения новгородцев на рр. Шелони и Шиленге наряду с другими пинежскими землями Выя и Пинежка становятся опорным пунктом Москвы в борьбе против Новгорода и местного аборигенного населения (чуди). [5] Еще в сер. XVI в. по свидетельству уставной грамоты 1552 г. Малая Пинежка как отдельная волость входила в состав Сурского стана сначала Двинского, а затем Кевролького (Пинежского) уездов. [6] И так было вплоть до конца XVIII в. Позднее, судя по административно–территориальному делению, Малая Пинежка и Выя (Горковская и Гавриловская волости) входили в состав Красноборского уезда (1780 г.) (согласно Екатерининской губернской реформе), Сольвычегодского уезда с 1796 по 1924 гг., а затем и до настоящего времени – Верхнетоемского района Архангельской области. [7] Несмотря на постоянную административную зависимость, волости и погосты Малой Пинежки и Выи, как показывают этнографические данные, обладали всегда неким суверенитетом, самостоятельностью и культурной самобытностью. Об этом также свидетельствует наличие местного культа святого Сергия Малопинежского XVI–XVII вв. (канонизирован в 655 г.), судьба которого отчасти отражает происходившие процессы этногенеза на Пинеге. [8]

Запутанная история заселения Малой Пинежки и Выи усложняет выделение этой территории как особой «культурной зоны», тем не менее на основании археологических, архивных, лингвистических и других данных позволяет признать наличие здесь особого «культурного гнезда», «острова», «контактной зоны». Принято считать ее частью пинежской традиции как одной из микрорегиональных, но о ней замалчивают в современных исследованиях, ограничиваясь выделением микрорегионов: нижней Пинеги (от Чушелы до Печь–Горы), средней (д. Лохново на Покшеньге, Карпова Гора, Айнова Гора, Ваймуша, Залесье, Шардомень, Еркино) и верхней (Сура). [9] Эти территории во всех известных фольклорных сборниках и публикациях фольклорно–этнографических материалов обозначали ареал пинежской традиции. [10] Но Малая Пинежка и Выя среди этих микрорегиональных фольклорных «гнезд» не значится, как нет ее и среди северодвинских материалов «Народное творчество Северной Двины». [11] Как особая песенная традиция она выделена только в статье Е. В. Гиппиуса (1928), [12] некоторые песенные тексты вошли в состав подготовленного им и З. В. Эвальд сборника «Песни Пинежья» (1937).

Интерес к Малой Пинежке и Вые связан с начальным этапом деятельности Сольвычегодского музея. И. И. Томский, его первый директор, летом 1921 г. организовал комплексную экспедицию в район Малой Пинежки и Выи с целью геологического, естественного и этнолого–исторического обследования края. В Сольвычегодском историко–художественном музее (СИХМ) сохранилась уникальная коллекция экспонатов и фотографий экспедиции; в 1922 г. И. И. Томским был опубликован очерк «Малая Пинежка и Выя (топографо–исторический очерк)». [13] В 1927–1930 гг. Е. В. Гиппиус во время экспедиционных поездок на Пинегу проявил большой интерес к этой местности и спустя более 40 лет (в 1971 г.) снарядил для сбора там песенно–музыкального материала своего ученика А. С. Кабанова. По следам полевых исследований Томского в июле 2003 г. состоялась совместная экспедиция Сольвычегодского историко–художественного музея и Сыктывкарского государственного университета на верхнюю Пинегу (Горковская сельская администрация Верхнетоемского района Архангельской области), результаты которой убедительно показывают, что памятники ее былой старины в значительной степени уже исчезли. [14] Эти материалы, а также доступные нам сочинения краеведов П. А. Худякова, Д. А. Кокориной позволяют выделять эту территорию как особую культурно–историческую зону и самобытный фольклорноэтнографический «анклав» на Русском Севере.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Ассимиляционные процессы в средневековый период на Севере, а позднее соседство с зырянским населением бассейна р. Вашки закрепили в местной фольклорной традиции множество преданий о легендарной чуди. Они на Малой Пинежке и Вые оставили заметный след в исторической памяти стр. 266 местного населения. В этой связи уместно подчеркнуть, что предания о чуди зафиксированы в устной традиции почти повсеместно на Севере России. [15] Они, как правило, имеют один набор устойчивых мотивов (о самопогребении, бегстве чуди, чудских кладах и др.), разрабатывающих идеи о гибели аборигенов края, далеких предков настоящих жителей, и представляют собой варианты одних и тех же фольклорных текстов, которые реализуются на разных языках носителей традиции. Однако устные рассказы о чуди все же являются неясным, хотя единственным историческим источником дописьменного состояния культуры, характерным признаком памяти Малой Пинежки и Усть–Выи. Зафиксированный здесь Гиппиусом и Эвальд фрагмент старины «Дюк Степанович и Чурила Пленкович» – явление случайное на Малой Пинежке и Вые и явно принесенное извне. [16]

О «чудском» компоненте свидетельствуют также данные местной топонимики, которые оказались не учтенными Г. Я. Симиной в ее книге «Географические названия (По материалам письменных памятников и современной топонимики Пинежья», [17] но восполненные в трудах краеведов Худякова и Кокориной. Через Малую Пинежку и Выю проходил с Северной Двины Пинежский тракт на Вашку и Сибирь, здесь разворачивались ранее военные конфликты, позднее возникали постоянные торговые и деловые контакты пинежан с зырянским населением на Вашке.

Такое же промежуточное положение на севере занимали ранее входившие в Сольвычегодский уезд населенные пункты по Усть–Вые и Малой Пинежке на границе с Пинежскими и Верхнетоемскими сельскими округами: «В верховье р. Пинеги расположены три волости Сольвычегодского уезда: Горковская, Г авриловская и Выйско–Ильинская с общим количеством населения по данным демографической переписи 1920 г. в 6459 душ». [18] Разница между основными районами территории нижневычегодской традиции заметна во всем. Там хозяйственная жизнь населения носила явно промысловый характер. Приведем некоторые общие характеристики из воспоминаний краеведа П. А. Худякова: «Мало-Пинежье и Выя в прошлом – это крупные охотничьи районы Пинеги. Охотой занималось поголовно все население. Главные объекты охоты – рябчик и белка». [19] «За четыре столетия охотничьи путики стали родовыми, а родовая память, как известно, самая крепкая. Охотничье хозяйство поддерживалось из года в год и передавалось от отца к сыну. Оно было наследственным и составляло гарантию безбедного существования семьи в будущем. Выловленную боровую дичь и пушнину всегда можно было продать» [20] . Или: «Люди в Мало–Пинежье, вследствие удаленности и отсутствия связей с внешним миром, жили изолированно, варясь в собственном соку, с культурой и бытом на уровне 17–го века». [21] Между тем здесь очевидно отличие местной культуры не только от нижневычегодской; такое замечание не дает повода считать Малопинежье и Выю также принадлежностью Пинежского и Верхнетоемского культурных очагов.

Есть основание относить рассматриваемый регион к мелким «диффузным» культурно–историческим образованиям на фольклористической и лингвистической картах севернорусской традиции.

Специфика народной культуры Русского Севера определяется взаимодействием группы факторов исторического, природно–климатического, географического и хозяйственно–экономического характера. Особенно важными среди них являются, во–первых, постоянное межэтническое взаимодействие с финно–угорскими народами; во–вторых, особые климатические условия формирования этих традиций, кардинально отличающиеся от условий коренных восточнославянских земель. Вследствие этого, в-третьих, происходило заимствование русскими видов хозяйственной деятельности и связанного с ними культурного контекста у автохтонного населения.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

// Рябининские чтения – 2015
Отв. ред. – доктор филологических наук Т.Г.Иванова
Музей-заповедник «Кижи». Петрозаводск. 2015. 596 с.

Текст может отличаться от опубликованного в печатном издании, что обусловлено особенностями подготовки текстов для интернет-сайта.

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф