Метки текста:

Былины Духовные стихи Фольклор

Николаева С.В. (г.Санкт-Петербург)
О формуле и метрике в старших духовных стихах VkontakteFacebook

Аннотация: Статья посвящена некоторым особенностям поэтики старших (повествовательных) духовных стихов. Наблюдения над стихом показывают, что далеко не для всех повествовательных духовных стихов характерна дактилическая клаузула, которая является одним из основных признаков былинного стиха.

Ключевые слова: старшие духовные стихи; былина; формульный анализ; формула; метрика;

Summary: This article presents some preliminary results of formula analysis as well as some notes about metrics of Russian epic religious verse. In the matter of metrics, the most interesting thesis about it is the compatibility of such properties as a non–dactylic clause and dactylic clause.

Keywords: Russian oral epic song (bylina); Russian epic religious verse (duhovnye stihi); formula analysis technique; formula; metrics;

стр. 382В этой заметке речь пойдет о некоторых особенностях поэтики старших духовных стихов (далее – ДС), а именно – о формуле и стихе (метрике). Изложенное здесь является лишь самыми предварительными результатами наблюдений над корпусом ДС, в который вошли тексты из сборника А. В. Маркова «Беломорские старины и духовные стихи», [1] из неизданных ранее материалов экспедиции Б. М. и Ю. М. Соколовых «По следам Рыбникова и Гильфердинга» [2] и собрания А. Д. Григорьева. [3] Отбор был определен разными соображениями, но в основном выбирались акцентуированные тексты.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Говоря о старшем ДС, я использую этот термин не в «хронологическом» значении (хотя, вероятно, гипотеза о более раннем происхождении некоторой группы ДС, которые традиционно и называют старшими, справедлива), но имею в виду прежде всего сюжетные, повествовательные ДС. В качестве основной особенности поэтики этих ДС указывают обычно на их близость к былинам. По замечанию В. П. Адриановой–Перетц, «связь духовного стиха с другими видами народно–поэтического творчества, особенно с былевым эпосом отмечалась много раз, начиная с “Опыта исторического обозрения русской словесности” О. Миллера». [4] В более поздних исследованиях, впрочем, это сопоставление начинает обставляться различными оговорками. Так, М. Н. Сперанский указывает на специфическое, оригинальное содержание ДС, которое лишь отчасти роднит его с эпической поэзией, но отмечает при этом «одинаковость поэтики». [5] Г. П. Федотов утверждает, что ДС и былина сходны только в одном аспекте: «чисто народные стихи сложены в размере тонического русского (“былинного”) эпоса, резко отличаясь, однако, от былин не только содержанием, но и словарем и всем эпическим клише». [6]

Эти и другие подобного же рода наблюдения делают естественным предположение о том, что старшие ДС так же, как и былины, должны обладать особой формульностью (я говорю о формуле и формульности как о свойстве эпического текста, в том смысле, в котором этот термин употребляется в работах М. Пэрри и А. Б. Лорда [7] ).

Формульный анализ русской былины в духе А. Б. Лорда проделан П. Арант. Речь идет прежде всего о ее диссертации «Compositional Techniques of the Russian Oral Epic, the Bylina» (она была защищена в Гарварде в 1963 г. и опубликована в виде монографии только в 1990 г. [8] ; основные положения диссертации были изложены в работе, опубликованной в 1967 г. «Formulaic Style and The Russian Bylina» [9] ); отдельные проблемы, касающиеся формульной теории, разрабатывались Арант на русском былинном материале в ряде статей. [10]

стр. 383Формульный анализ старших ДС, подобный тому, что был предпринят М. Пэрри, А. Б. Лордом (а позднее на русском былинном материале П. Арант), требует некоторых оговорок. Основной прием Пэрри и Лорда – выявление повторяющихся элементов (причем в одинаковом метрическом контексте) в обширном корпусе текстов одного сказителя. Однако в случае ДС количество доступных для анализа (опубликованных) текстов одного исполнителя крайне невелико, поэтому этот прием оказывается невыполнимым.

Из сборника Маркова было выбрано 92 духовных стиха, из материалов Соколовых – порядка ста текстов, Григорьева – 8 текстов. Некоторые сюжеты представлены одним–двумя вариантами, другие, наоборот, имеют много разных вариантов. Таким образом, был сформирован и просмотрен на предмет соответствий корпус объемом более 14 000 строк.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Следует отметить, что за неимением подробного (и вообще какого бы то ни было) описания стиха ДС (такого, которое позволило бы классифицировать стихи и полустишия по типам), учет метрического контекста – еще одно требование метода Лорда – неизбежно сводится к констатации положения формулы в стихе. Можно говорить только о том, что формула занимает или целый стих, или начальное/конечное полустишие, или более мелкие части стиха (например, начальная или финальная формула в стихе). [11]

В результате такого анализа выяснилось, что число повторяющихся словосочетаний в корпусе в общем невелико, а главное, значительную часть их составляют такие, которые встречаются лишь в вариантах одного и того же сюжета. По–видимому, говорить о таких сочетаниях как формульных невозможно, потому что такой повтор является не свойством поэтики старших ДС вообще, а свойством каждого данного сюжета.

Вполне вероятно, что при проверке более обширного материала некоторые из таких повторов могут найти себе соответствие и в текстах других сюжетов, однако похоже, что многие все же останутся сочетаниями, параллели которым находятся только в пределах одного сюжета. Такая ситуация мне представляется, может быть, даже специфичной для ДС.

Другая группа повторяющихся сочетаний – собственно формулы. Как и в случае с былинами, наиболее распространенные типы формул здесь – формулы говорения и именования персонажей (вроде Воспроговорит Христос Бох, царь небесный – формула занимающая целый стих, включающая формульное же наименование Христос Бох /Христос Бох Царь Небесный). [12] Отдельно необходимо сказать о таких формулах, которые, по всей вероятности, имеют широкое распространение именно в ДС: божьи церкви, душа / тело грешное, Богу молиться, верует веру христианскую и т. п., однако описание репертуара специфичных для ДС формул или хотя бы повторяющихся сочетаний – задача дальнейшего исследования.

Принято считать, что старшие ДС поются былинным стихом. Однако, как уже было отмечено выше, у нас нет не только систематического описания метрики ДС (за исключением замечания М. Л. Гаспарова о том, что стих ДС близок к молитвословному [13] ), но остается спорной и трактовка былинного стиха. П. Арант, ссылаясь на «Studies in Comparative Slavic Metrics» Р. О. Якобсона, дает следующее описание основных черт былинного стиха. «Русский былинный стих демонстрирует определенную неустойчивость в количестве слогов. Наиболее длинный стих, который чаще всего используется в былине, включает, как правило, от 10 до 16 слогов с чередованием ударных и безударных слогов. В стихе три основных ударения, первое и третье из которых наиболее сильные. Внешние слоги стиха – те, которые перед первым и после третьего основных ударений, не могут сохранять сильное ударение. Число неударных слогов среди ударных колеблется от одного до трех. У стиха нет фиксированной цезуры. Метрически это стих с непостоянным числом слогов, тремя фиксированными ударениями и подвижной цезурой». [14] [текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

стр. 384Таким образом, одним из основных признаков былинного стиха является дактилическая клаузула. Однако оказывается, что далеко не для всех повествовательных ДС этот признак характерен, так, во всяком случае, обстоит дело для текстов из описанного выше корпуса: часть ДС имеют женские окончания. [15] Это могло бы означать, что стих менялся («портился») с течением времени, но и при проверке более ранних публикаций ДС выяснилось, что далеко не все старшие ДС имеют дактилическое окончание.

Любопытна следующая особенность. В просмотренных текстах преимущественно дактилическое окончание имеют, как правило, варианты одних и те же сюжетов: «Голубиная книга», оба сюжета ДС о Егории («Мучения Егория» и змееборческий сюжет «Егорий и Елизавета») (по–видимому, к таким сюжетам относится и «Федор Тирон», хотя в моем корпусе этого сюжета не оказалось), а женская клаузула присуща таким, как «Борис и Глеб», «Алексей человек Божий», «Аника–воин», «Вознесение».

Значит, по–видимому, можно говорить о том, что даже повествовательные ДС далеко не всегда сложены чисто былинным стихом, и, каков бы ни был этот стих, он отличается от былинного по основным своим параметрам. Более того, из сказанного кажется вероятным, что стих (метрика), как и формульный репертуар, это признак не жанра повествовательных ДС как целого, а отдельных сюжетов или групп сюжетов.

// Рябининские чтения – 2015
Отв. ред. – доктор филологических наук Т.Г.Иванова
Музей-заповедник «Кижи». Петрозаводск. 2015. 596 с.

Текст может отличаться от опубликованного в печатном издании, что обусловлено особенностями подготовки текстов для интернет-сайта.

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф