Метки текста:

Вологда Детские игры Диалект Фольклор

Драчева Ю.Н. (г.Вологда)
Способы репрезентации динамики концепта «игра» в диалектном дискурсе (на материале корпуса вологодских текстов) VkontakteFacebook

Аннотация: В статье исследуется динамика концепта <игра> в диалектном дискурсе на материале корпуса вологодских текстов. Анализ устных рассказов двух тематических блоков – «Рассказы о детстве» (детские игры) и «Рассказы о праздниках» (игры молодежи и некоторые обрядовые игры) – позволяет выявить основные коммуникативные стратегии представления динамики концепта <игра> в речи диалектоносителей.

Ключевые слова: диалектология; концепт <игра>; динамика концепта;

Summary: The article deals with the dynamics of the <game> concept in the dialectal discourse in Vologda texts’ corpus. The analysis of stories given in verbal communication in two thematic blocks – «Stories about childhood» (children’s games) and «Stories about holidays» (youth games and some traditional ritual games) – allows to identify the main communication strategy of expressing dynamics of the <game> concept in the discourse of dialect–speaking persons.

Keywords: dialectology; <game> concept; concept dynamics;

Статья подготовлена при финансовой поддержке Российского государственного научного фонда (конкурс поддержки молодых ученых 2014 г., проект № 14–34–01263 «Мультимедийный корпус вологодских текстов “Жизненный круг”»).

стр. 543Современные филологические исследования широко используют достижения корпусной лингвистики. Создаваемый на материале вологодских говоров корпус текстов под названием «Жизненный круг» [1] позволяет выявить многоаспектный характер функционирования концепта <игра> в различных дискурсах. Так, исследование дискурса массовой коммуникации позволило прийти к заключению о том, что сейчас наблюдается огромный интерес представителей разных социальных групп к этой сфере, [2] но этот интерес ограничивается преимущественно использованием описаний традиционных игр для повышения развлекательности текста издания и приобщения читателя к примитивной имитации народной культуры.

На фоне взаимодействия традиционной народной и массовой культур особенно актуальным является преломление концепта <игра> и его динамики в текстах различных дискурсов. Этот концепт является одним из базовых в картине мира севернорусского крестьянина, поскольку формирует, наряду с концептом <труд>, «жизненный круг»: чередуясь, труд и игра взаимно компенсируют друг друга в судьбе человека. На материале анализа аутентичных речевых отрывков, тематически соответствующих исследуемому концепту, выявляется реально существующее изменение восприятия концепта, который рассматривается как лингвокультурологическая категория, «многомерное смысловое образование, в котором выделяются ценностная, образная и понятийная стороны». [3]

Ряд этнографических и лингвистических исследований, посвященных изучению использования игровой тематики в диалектной речи, показывает лексическое своеобразие и многочисленность этой группы слов, ее значимость для концептосферы севернорусского крестьянина. [4] Лексика этой тематической группы широко представлена в словарях русской народной речи: в общерусском словаре стр. 544 народных говоров, [5] в дифференциальном толковом «Словаре вологодских говоров», [6] в словарях и сборниках, [7] отражающих игровые традиции Вологодского края в XIX – начале ХХ вв., в публицистике. [8]

Наблюдаемая в речи диалектоносителей динамика концепта <игра> отражается на лексическом уровне, что проявляется, прежде всего, в изменении состава тематической лексики: если в рассказе диалектоносителей старшего поколения о детстве еще могут присутствовать диалектные слова, то в рассказах о современных играх и обрядах преобладает общелитературный лексический состав. Вкрапления диалектной лексики игровой тематики в основном характеризуют мир вещей, в частности, игровых предметов, например: Это по́чунки украдём бы́ло / са́нок‑то не́ было / да с го́рки ката́лись мы / чтоб завози́ть‑то всем ле́гче / са́нок‑то не́ было / как тепе́рь ведь <…> Ма́ленькие чё / игру́шек не было / Оби́тыши одни́ / Бо́льше ничего́ не было <…> Вот таре́лку разобьёшь краси́вую / и оби́тыш. / Э́тот оби́тыш на́до бы́ло забра́ть в кле́тку <…> Скажи́ что это дом / то́лько у пап / где па́пы деловы́е / а у нас ведь пап не было /ма́мы дак не сде́лают ведь нам крыш никаки́х /про́сто к дому пристра́иваешь скаме́ечки / на кирпи́чики до́сочков нало́жишь и всё // (Л. Н. Н-ва, 1938 г. р., Кирилловский район Вологодской области), ср.: оби́тыш ‘попорченная вещь (например, чайник с оббитым носиком)’ (СРНГ. Вып.22. С.66; со ссылкой на материалы словаря В. И. Даля), ср. также: оби́вки в одном из значений ‘осколки’: Обивки стеклянной посуды (СРНГ. Вып.22. С.57); по́чунки и по́чинки ‘маленькие сани’: Лес вози́ли на лошаде́ на дро́вни, вза́ди по́чинки – санки без головок; Же́рди по́чинками вози́ли; По́чунки – ма́ленькие таки са́ни; Ра́ньше‑то мы на дро́внях, да на саня́х, да на по́чунках е́здили (СРНГ Вып. 5. С. 128); делово́й ‘ремесленный’, деловой человек ‘человек, занимающийся ремеслом’ (СРНГ. Вып.7. С.344), дело́вый ‘умеющий хорошо делать что–либо, искусный’: Дело́вый – э́то в рука́х, мо́жет сде́лать рука́ми. Дом сде́лал дело́во, зна́чит, дело́вый челове́к. Делово́й он всё–таки был челове́к (СВГ Вып.2. С.18), «деловой, дельный, путный» (Даль. Т.1. С.1272). Описания детских домиков (клеток) представлены как в словарных материалах, так и в публицистике: кле́тка в одном из своих значений ‘постройка из палочек дощечек и т. п., домик (в детской игре)’: Робяти́шки кле́тку всё стро́ят в огра́де, игра́ют там (СРНГ, Вып.13. С.285); также ср.: игра́ть в кле́тку, в кле́тки со значением ‘строить из дощечек, камня, палочек и т. п., играть в дом’: Дети́шки на́ши це́лый день игра́ют в кле́тки (Там же); «весной… маленькие дети устраивали «клетки» где–нибудь на припеке… Две–три положенные на камни доски мигом превращались в дом, вытаявшие на грядке черепки и осколки превращались в дорогую посуду. Подражая взрослым, пяти–шестилетние девочки ходили из клетки в клетку, гостились». Традиционная культура детства имеет подчеркнуто индивидуалистический характер, современные же детские игровые домики часто являются результатом массового производства, способствуют нивелированию личностных характеристик и, благодаря детально разработанному игровому пространству, не требуют от ребенка напряжения воображения.

В диахроническом аспекте анализа динамики концепта продуктивно рассмотрение событийного уровня повествования, так как в диалектном дискурсе наблюдается резкое разделение событий разных временных планов: оппозиция тогда, в детстве диалектоносителя, и сейчас, в современной культурно–языковой ситуации, ср.: О–о–ой, нам мать надаёт рабо́ты всяко́й // дак не до игры́ / не до чево́ // Дак мать уйде́т в леспромхо́з на рабо́ту / и нам нака́жет / и ве́ников налома́ть / и травы́ накоси́ть / наноси́ть коро́ве /и корьё драть заставля́ла// Ишь э́то как за́роботок / корьё–то // Ну и по хозя́йству там / то половики́ постира́т / то пол помы́ть // То ве́ники вяза́ть нака́жет / шо́бы ве́ников навяза́ли // Дак так во́бщем / у нас для игры́-то дак и вре́мя‑то не бы́ло // (А. А. И-ва, 1943 г. р., Кирилловский район Вологодской области).[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

В синхроническом аспекте динамика концепта обнаруживается при сопоставлении современного и традиционного отношения к игровой деятельности, когда диалектоноситель обращается к рефлексии и в его высказываниях обнаруживается, что прежний уклад в большей степени гармонизировал жизнь человека: так, в воспоминаниях людей старшего поколения мир детей не противопоставляется миру взрослых, а является его закономерным продолжением, подобием миру взрослых, ср.: В ба́не намо́ют / напа́рят и ходи́ли / как говори́тся / и босы́е и всё / и не тетю́нькались. Слово тетю́нькаться используется в значении ‘возиться, заниматься’, ср.: тете́нькаться ‘ухаживать, присматривать за детьми, нянчиться’: Ма́ленькие бы́ли, дак тете́нькались с ни́ми бо́йко, а вы́росли да и уе́хали; Хва́тит с ним стр. 545 тете́нькаться, не ма́ленький уже́; Всё тите́нькались с ней и мать, и оте́ц, и ба́бушки (СВГ. Вып.11. С.21); тете́нькать ‘забавляться игрушками, пустячками’, ‘баловать ребенка; ласкать, качать, тешить его’ (Даль. Т.1. С.759), тете́нькаться ‘нянчиться, пестоваться с кем–либо, возиться’ (Даль. Т.1. С.760); тетю́нькать ‘убаюкивать, укачивать’.

С точки зрения дискурс–анализа, любое описание игровой ситуации является фреймом. Учитывая, что каждая игровая ситуация состоит из последовательной смены событий, мы можем рассматривать ее как сценарий (скрипт), то есть «стереотипные эпизоды с признаком движения, развития». [9] Подчеркивая нацеленность игры на процесс деятельности, Г. Г. Гадамер писал: «Движение, которое и есть игра, лишено конечной цели; оно обновляется в бесконечных повторениях». [10] Рассказы диалектоносителей отражают повторяемость действий в игре, ее бесконечное движение отражается в лексических и синтаксических повторах, контекстуальных синонимах, ср.: Станови́лись в круг / оди́н водя́щий был // Мы ру́ки вниз / что́бы он не прошёл / поднима́ем / что́бы он пробежа́л // Он хо́чет пробежа́ть / мы опуска́ем // Ещё и пе́ли ходи́ли хо́ром // Ах как мы́ши надое́ли // Развело́сь их про́сто страсть // Всё погры́зли / всё пое́ли / пря́мо го́ре / ах напа́сть // Подожди́те же / плуто́вки / вот поста́вим мышело́вку // перело́вим всех мы вас // (А. К. Б-ва, 1935 г. р., Бабушкинский район Вологодской области); Ну у них совсе́м уже́ друга́я пля́ска / но то́же там кома́ндует // А по́сле как э́ту там прокома́ндует / там проигра́ет / тут уже́ де́вки пля́шут по паре / по дво́е хо́дят // А пото́м уже́ кужля́ют // э́тот ну скужля́ют нас / скужля́ют уже́ / когда́ э́тот тут пото́м // Там э́тот па́рень выхо́дит / пля́шет // а де́вка выхо́дит / тебя́, когда́ с пе́снями / па́рень пе́сни поёт <…> Ну ра́ньше ведь гуля́ли / бесе́ды де́лали // Вот тут де́вки / вот приме́рно у вас в дере́вне там пусть хоть троё / зна́чит / э́ту бесе́ду ты де́лаешь / пото́м втора́я / пото́м тре́тья там // То э́тот в деревня́х / там пишу́т запи́ску // Пла́хинская молодёжь / то есть борбуши́нская молодёжь / приглаша́ет вас на бесе́ду пла́хинская молодёжь / вот в тако́й‑то день // И вот все и приходи́ли / и кадре́ль и пляса́ли // (Н. А. И-ва, Кирилловский район Вологодской области).

Таким образом, концепт <игра> в диалектном дискурсе является динамически развивающимся образованием, что обнаруживается в высказываниях диалектоносителей на нескольких уровнях языковой системы: лексическом, синтаксическом, текстовом. Коммуникативные стратегии представления динамики концепта <игра> сводятся к повторам различных типов, обусловленным диалогичностью и повторяемостью игровой деятельности.

// Рябининские чтения – 2015
Отв. ред. – доктор филологических наук Т.Г.Иванова
Музей-заповедник «Кижи». Петрозаводск. 2015. 596 с.

Текст может отличаться от опубликованного в печатном издании, что обусловлено особенностями подготовки текстов для интернет-сайта.

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф