Метки текста:

Архитектура Заонежье Икона Рябининские чтения Церковь Часовни

Мильчик М.И. (г.Санкт-Петербург)
Ларс Петтерссон – исследователь архитектуры Заонежья VkontakteFacebook

Аннотация: Во время Второй мировой войны на оккупированном финской армией Заонежском полуострове за полтора года историк архитектуры Ларс Петтерссон (1918 – 1993) провел полную инвентаризацию – фотографирование и обмеры – всех 242-х деревянных церквей и часовен полуострова. В большинстве случаев это стало их единственной фиксацией, ибо к настоящему времени там сохранилось только 30 памятников. Результаты типологического исследования и выделения строительных этапов для каждого зонежского памятника были изложены профессором Петтерссоном в его книге, вышедшей в 1950 г. Она, имеющая огромное значение для изучения архитектурного наследия России, остается до сих пор не опубликованной на русском языке.

Ключевые слова: Заонежский полуостров; деревянная архитектура; иконы; церкви; часовни; типологическое исследование;

Summary:  During the Second world war in the occupied Finnish Army Zaonezhsky peninsula for a year and a half of architectural historian Lars Pettersson (1918–1993) held a full inventory – taking photographs and measurements – 242-x wooden churches and chapels Peninsula. In most cases, this was their only fixation, because so far only 30 monuments. The results of the typological studies and selection of construction phases for each Monument were published by Professor Petterssonom in 1950, his book, which has great significance for the study of the architectural heritage of Russia, still not published in Russian.

Keywords: Onega Lake; Zaonezhsky Peninsula; wooden architecture; icons; churches; chapels; typological studies ;

В 2018 г. исполнилось сто лет выдающемуся финскому историку архитектуры Финляндии, Скандинавии, Карелии и Византии профессору Ларсу Петтерссону (12.08.1918–03.04.1993) – человеку, в суровых условиях Второй мировой войны, совершившему настоящий подвиг: в течение полутора лет он тщательно зафиксировал все деревянные церкви и часовни Заонежского полуострова, а также и ряд других, стоявших по берегам Онежского озера, то есть по существу все, что находились на территории, оккупированной финскими войсками. Второго подобного случая мне в истории Второй мировой войны неизвестно. [текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Начиная с октября 1942 г. он, 24-летний лейтенант, незадолго перед тем закончивший Хельсинкский университет, вместе со своим другом художником и скульптором Ойвой Хелениусом (1910–1976) провел детальную инвентаризацию всех 242-х существовавших тогда деревянных церквей и часовен – в основном Заонежского полуострова. Было сделано 2533 фотографии, 237 обмерных чертежей, составлены краткий каталог и описания всех памятников, иногда с выписками из церковных архивов, остатки которых тогда еще хранились в храмах, собраны устные свидетельства о заонежских плотниках и иконописцах. Как сохранить во время войны памятники и тем более такие беззащитные, как деревянные? Прежде всего, зафиксировать их, чтобы спасти от забвения, а, может быть, на этой основе и восстановить, если они погибнут. Кстати, именно так и было сделано с царскими дворцами в пригородах Ленинграда.

В большинстве случаев материалы Петтерссона оказались единственной фиксацией бесценных памятников народного зодчества Заонежья. Бóльшая часть их погибла, но вовсе не во время войны, а в послевоенные десятилетия. Из всех зафиксированных Петтерссоном и Хелениусом памятников Заонежья теперь осталось всего 30, считая и знаменитый ансамбль Кижского погоста. Только благодаря Петтерссону это бесценное наследие не исчезло бесследно!

Началу изучения деревянной архитектуры Заонежского полуострова, поистине заповедной территории Карелии, положила экспедиция Государственного института истории искусств (Ленинград), организованная в 1926 г. выдающимся историком архитектуры Константином Константиновичем Романовым (1882–1942). Однако экспедиция пробыла там всего месяц и успела изучить только пять крестьянских усадеб, четыре шатровых церкви и несколько часовен. [1]

Я счастлив, что летом 1989 г. во время конференции, посвященной 275-летию Преображенской церкви в Кижах, в которой участвовал и Петтерссон (это была его первая и последняя поездка в Карелию после войны), во всеуслышание сказал о его великом вкладе не только в русскую, но и в мировую культуру. В ответ он смутился, заметив, что и не думал ни о каком вкладе, а делал лишь потому, что ему было интересно, понимая, что это удивительное разнообразие архитектурных форм и решений никогда и никем не изучалось, что во время войны многие постройки могут погибнуть, оставшись неизвестными, а между тем здесь, по его убеждению, таятся истоки традиционной архитектуры Финляндии.  Однако он не ограничился одной фиксацией памятников, а впоследствии, уже после окончания войны, разработал типологию церквей и часовен, выделил их строительные этапы и предложил датировки каждого из памятников.

Итогом исследований военного времени стала его двухтомная диссертация «Церковная архитектура Заонежья», а в 1950 г. на ее основе в Хельсинки под тем же названием была издана монографии, уже давно ставшая библиографической редкостью даже в Финляндии. [2] С тех пор прошло почти семьдесят лет, и она до сих пор не опубликована в нашей стране. Сколько возможностей сохранить хотя бы что-то из того, что представлено в ней, было упущено навсегда! Когда в 2018 г., в год столетия ученого, я предложил руководству Кижского музея-заповедника издать уже существующий перевод на русский этой замечательной книги с чертежами и фотографиями, благо все они сохранились, то в ответ услышал, что музей публикует только труды своих сотрудников, а Петтерссон, к сожалению, никогда у них не работал… Между тем в 1989 г. ученый безвозмездно передал музею многочисленные копии своих бесценных чертежей и негативов, репродукции акварелей О. Хелениуса, зарисовки различных строительных деталей, копии части церковных инвентарных книг Заонежья, также по большей части погибших. Казалось бы, издание главного труда финского ученого стало бы признанием его заслуг перед нашей страной, а также и формой благодарности, пусть и запоздалой, не говоря уже о его важности для изучения всего русского деревянного зодчества. Стена непонимания до сих пор остается непробиваемой! [текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

В конце войны Петтерссон написал книгу об архитектуре кижских церквей и их иконах. Соавтором второй части был доктор философии Пентти Хяркёнен (1911–2005), с которым они начали работать вместе еще в конце войны, но опубликовать этот труд было невозможно из-за политической ситуации в тогдашней Финляндии. Раздел об иконах Преображенской церкви был напечатан только в 1994 г. [3] Целиком же в переводе на русский язык эта рукопись сравнительно недавно издана сотрудником Кижского музея-заповедника Т.Ю. Дудиновой, но, к сожалению, без многочисленных иллюстраций. [4]

Однако вернемся ненадолго назад. В 1942 г. Петтерссон был призван на фронт и прибыл в оккупированное тогда Заонежье в составе 7-й армии генерала Хеглунда. Начинающему ученому удалось убедить генерала, что в Заонежье могут начаться активные боевые действия, и памятники неизбежно пострадают, а потому их необходимо изучать, то есть сделать обмеры и фотоснимки. В качестве помощников Ларс просил дать ему художника – его друга Ойву Хелениуса и чертежника. В течение полутора лет (7 октября 1942 г. – 15 июня 1944 г.) они работали без отпусков и выходных, переезжая, чаще всего на лодках, потому что другого транспорта у них не было, от одной деревни к другой. Летом 1944 г. разведка доложила, что на островах стали появляться советские десантники, а, может, и партизаны, у которых якобы была задача поджечь деревянные церкви и часовни, «чтобы они не достались противнику». Петтерссон вспоминал, что они решили не уходить из Усть-Яндомы, пока не закончат обмер, хотя артиллерийские снаряды наступающих советских частей взрывались все ближе и ближе… Это был последний день их работы – 15 июня 1944 г. Успели.

А вот, как он пишет о своем первом впечатлении от Кижского погоста: «Пароход остановился у пристани Кижей и мы увидели летнюю Преображенскую и зимнюю Покровскую церкви… Эти многоглавые храмы на сумеречном фоне безлесного острова показались не красивыми в обычном смысле этого слова, но удивительными и загадочными: сложные сужающиеся кверху членения летней церкви напомнили восточную пагоду, не похожую на европейскую церковь…, поскольку башня, венчающая ее, как и многие другие заонежские церкви, находится не в западной части, а над верхом восточной части… и не имеет никакого практического значения, так как внутри ее – темный чердак». Потом ученый уже не будет обращаться к столь далеким ассоциациям, как индийская падога, а станет анализировать своеобразие многих конструктивных и образных решений, не прибегая к столь далеким аналогам.

Готовясь к отступлению, финское командование поручило Петтерссону организовать вывоз из церквей наиболее ценных икон. Демонтированные финскими исследователями доски «небес» – расписного потолка кижской церкви Преображения – удалось вывезти только в Петрозаводск, где они были сложены в школе с сопровождающей запиской. Финская армия стремительно отступала и вывезти этот груз уже не было возможности. Петтерссон надеялся, что в каменном здании они не пострадают от пожара. Однако они были сожжены уже после освобождения столицы Карело-Финской ССР. 

Судьба икон, увезенных в Финляндию, слава Богу, оказалась более благополучной: Петтерссон и другие исследователи успели составить их полный каталог икон в связи с подготовкой выставки 1944 г. в Хельсинки, которая так и не состоялась, а после заключения мирного договора, все иконы по списку были возвращены в СССР и переданы Карельскому краеведческому музею. Затем, когда в 1966 г. был создан Кижский музей-заповедник, их передали туда. [текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

В заключении повторю, что обмерные чертежи, фотографии Петтерссона, а также акварели Хелениуса в большинстве случаев – единственные источники наших знаний об исчезнувших памятниках Заонежья. Однако заслуга Петтерссона не только в этом. Он впервые при изучении традиционной деревянной архитектуры использовал метод комплексного типологического исследования, дополнив его методом датировки на основе археологических (натурных) данных. В результате были выявлены основные особенности расположения церквей и часовен на местности и по отношению к селениям; сами же памятники по их объемно-планировочным характеристикам объединены в 24 группы (типа). Одновременно разработана поэлементная типология строительных приемов и форм. Причем, как постройки в целом, так и их отдельные элементы рассматривались Петтерссоном в развитии, что позволило определить их строительные периоды, датировать по сумме признаков и разработать поэтапные графические реконструкции. Перелом в развитии культового зодчества Заонежья исследователь отнес к третьей четверти ХVIII в., когда колокольни стали блокироваться с храмами. Переход к новым конструктивным формам он определил серединой ХIХ в. Ничего этого не было известно до 1950 г. – до выхода его новаторского труда.

В последующие десятилетия академик В.П. Орфинский и его ученики развили и пересмотрели типологию Петтерссона, введя ступенчатую структуру классификационной системы и уточненную архитектурно-археологическую шкалу, опирающуюся на статистический анализ, данные дендрохронологии и отражающую эволюционные направления в церковном деревянном зодчестве всего Русского Севера.

И тем не менее, Ларс Петтерссон остается первооткрывателем большинства выдающихся памятников Заонежья, определивший пути их эволюции и заложивший основы принципиально нового и эффективного метода исследования.

// Рябининские чтения – 2019
Карельский научный центр РАН. Петрозаводск. 2019. 677 с.

Текст может отличаться от опубликованного в печатном издании, что обусловлено особенностями подготовки текстов для интернет-сайта.

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф