Метки текста:

Икона Рябининские чтения

Сипола О.Б. (Ювяскюля, Финляндия)
Дары и поступления: некоторые иконы и книги в контексте изучения истории Валаамского монастыря XVIII века VkontakteFacebook

Святая Троица. 1717 г. Лаврентий Туфанов. Дерево (сосна), левкас, темпера. Из Спасо-Преображенского собора Валаамского монастыря на Ладоге, преемственно 1719 г. и 1767 г. Ныне находится в Никольском соборе Куопио (Финляндия). Фото П. Мартискайнен.

Аннотация: В статье впервые полностью публикуется текст подписи, обнаруженной на происходящей из Валаамского монастыря иконе «Святая Троица» Лаврентия Туфанова 1717 г., ныне находящейся в Никольском соборе в Куопио, а также cообщается о книгах, с автографами валаамского игумена Ефрема.

Ключевые слова: подписная датированная икона; старопечатные книги; Валаамский монастырь ;

Summary: This paper contains information about the signed books from the library of Valaam’s monastery. Also it is the first publication of the complete text of the signature of the icon St. Trinity, which is situated now in the St. Nicolaus cathedral in Kuopio in Finland. The icon was painted by icon painter Lavrenty Tufanov in 1717 and was presented from Vologda’s Kirillov’s monastery to Valaam’s monastery.

Keywords: Signed icon with date; old books; Valaam’s monastery;

Скудность исторических источников по истории Валаамского монастыря на Ладоге XVIII в. побуждает исследователей к поиску вспомогательных материалов, которые содержат сведения об этом периоде. В нашей работе в роли восполняющих отсутствующие знания документов оказались подписная и датированная икона и богослужебные книги, происходящие из Валаамского монастыря.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Предыстория открытия иконы «Святая Троица» типична для многих икон Валаамского монастыря. В послевоенный период предметы церковного убранства, в том числе и редкие произведения искусства, оказались рассеяны по всей Финляндии. [1] Их раздавали для благоустройства православных церквей и часовен, построенных для переселенцев из Карелии. Икона «Святая Троица» оказалась в Крестовоздвиженской часовне в Хаатала (Пиелавеси), освященной в 1968 г., где находилась до 2005 г., пока маленький провинциальный приход не влился в состав церковной общины города Куопио. В 2007 г. музей Православной церкви в Куопио инициировал реставрацию произведения для участия в юбилейной выставке «От хаоса к собранию», после которой икона ненадолго переместилась в музейные стены. Однако по решению Церковного управления икону вернули в церковное пользование и передали в Никольский собор в Куопио, где она находится и в настоящее время. [2]

В процессе консервационных работ выяснилось, что икона находится под поздней сплошной записью. Особенно результативным оказалось технико-технологическое исследование, показавшее, что запись близко повторяет авторскую живопись, но не совпадает с ней. Главным открытием рентгенографирования стало обнаружение на иконе авторской подписи. [3] Однако в публикации иконы, осуществленной К. Хуссо, текст надписи не приведен, датировка не упоминается, акцентировано лишь внимание на авторстве Лаврентия Туфанова и уникальности бытования его произведения за пределами России. [4]

Скрытая поздним поновлением, надпись четко читается на рентгенограмме. На лицевой стороне иконы, над нижним полем, тонкой прерывистой нитью тянется всего одна строка, включающая дату, сведения о дарителях и авторскую подпись: «Лета от ржтва хртва 1717 п(...) (...)те Иринархе з бра(...) образ Сий Писалъ Лав(...) Туфановъ». Содержание этой строки говорит об исключительном значении образа «Святая Троица» для истории возобновленного в начале XVIII в. после долгого запустения Валаамского монастыря.

Из текста следует, что икону, вероятно, привезли перед освящением в 1719 г. первой монастырской церкви – деревянного Спасо-Преображенского собора, [5] для убранства которого она предназначалась. Бесстрастно названо имя заказчика и соответственно дарителя произведения. Им был инициировавший восстановление ладожской обители и всемерно поддерживавший ее на начальном этапе – архимандрит Кирилло-Белозерского монастыря Иринарх, согласно принятой формуле, упомянутый «с братией». Из многочисленного имущества и церковной утвари, собранных и отправленных кирилловским игуменом из далекого Вологодского края на Ладогу, на сегодняшний день это единственная известная икона.

Подпись сообщает об авторстве одного из известных мастеров конца XVII – начала XVIII в. Лаврентия Туфанова (упоминается в 1692–1730). Об этом энергичном торопчанине и его произведениях опубликовано много, хотя разрозненных, сведений. [6] Известно, что Л. Туфанов происходил из семьи иконописцев, его отец, Григорий, и брат, Георгий, также занимались иконописью, причем, Георгий совершенствовал приемы своего художества в Оружейной палате у Георгия Зиновьева, одного из учеников Симона Ушакова. [7] [текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

О Л. Туфанове сообщается, что он трудился в Новгороде и его землях, писал иконы для собора Копорской крепости по заказу князя А. Д. Меньшикова и выполнял другие поручения «светлейшего». Мастер посещал Тихвинский монастырь, ему принадлежат повторения «в меру и подобие» чудотворного образа «Богоматерь Тихвинская».

Длительный период творческой биографии Л. Туфанова связан с Вологдой и Белозерьем. Кратким пунктиром документы отмечают, что в 1718 г. иконописец работал на жалованьи в Кирилловом монастыре. Затем в 1730 г. писал по монастырскому заказу большую партию подносных икон преподобного Кирилла Белозерского. В эти же годы для Троицкого собора Усть-Шехонского монастыря изограф исполнил образы, фланкировавшие Царские врата – «Святая Троица» и «Богоматерь Тихвинская с клеймами сказания».

К короткому временному отрезку 1715–1717 гг. относятся датированные иконы, бывшие в Вологде, Тотьме, монастырях Белозерья и сохранившиеся до наших дней. Это небольшие аналойные образы: «Похвала Богоматери» из Новоезерского монастыря (Государственный Русский музей); «Проповедь Иоанна Крестителя» из Нило-Сорской обители и «Николай Чудотворец» 1716 г. из Кирилловского монастыря (обе – Кирилло-Белозерский историко-архитектурный художественный музей-заповедник); «Богоматерь Казанская» 1717 г. из Сретенской церкви Тотьмы (Тотемский краеведческий музей). [8]

Среди этой группы камерных произведений икона «Святая Троица», написанная для Валаамского монастыря, стоит особняком. Монументальный образ задумывался и создавался специально для церковного интерьера, как часть убранства. Икона знаменовала собой щедрый подарок из влиятельного Кирилло-Белозерского монастыря для возобновлявшейся ладожской обители. Это был не просто дар, а благословение, доброе напутствие воскресавшему из небытия, поднимавшемуся после долгого запустения и начинавшему церковное служение Валаамскому монастырю. Смысл благословения – оберегать в невзгодах и духовно укреплять в разных жизненных обстоятельствах – определил замысел изображения, его содержание и форму.

Заказанная для Валаамского монастыря икона характеризует изысканный вкус кирилловского архимандрита Иринарха. Нет сомнений в его привязанности к лучшим образцам иконописи предшествующего столетия, что объясняет выбор исполнителя и, вероятно, иконографии. Валаамская «Святая Троица» близко повторяет одноименную икону Симона Ушакова (ГРМ), сыгравшую роль прототипа, и соответствует краткому изводу, где изображается трапеза под дубом Мамврийским явившихся Аврааму и Сарре трех ангелов. [текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Спокойное равновесие крупных форм, обобщенные плавные линии композиции – все это позволяет почувствовать мастерство иконописца, умело интерпретировавшего выдающийся образец. Отличаясь от столичного прототипа размерами, валаамская икона не утрачивает красоты пропорций. [9] Возможно, особенности художественного решения подчинялись формату заготовленной доски. На ее тыльной стороне над верхней шпонкой можно рассмотреть надпись о заказе, нанесенную черными чернилами полууставом с элементами скорописи XVIII в. То ли мастер, подготовивший доску, то ли иконописец нанес пометку о сюжете будущей иконы: «Образ Пресвятые Тр(ои)цы».

Композиция, заимствованная у С. Ушакова, оставлена неизменной, только полоса позема в нижней части иконы увеличилась по ширине. Фигуры восседающих за трапезным столом безмолвных собеседников сдвинулись вверх и немного вглубь иконного пространства. Но дистанция между зрителем и изображением легко преодолевается. Расходящиеся от центра края подножий энергично направляют взгляд к ангельским фигурам, позволяют охватить величественную группу в целом и воспринять удивительное единство таинственных странников, явившихся Аврааму. Высокий смысл теофании открывается мгновенно, как озарение.

Занимая место в иконостасе деревянного Спасо-Преображенского собора 1719 г., икона «Святая Троица» производила сильнейшее впечатление, не только размером, гармонией композиции, но и тончайшим мастерством письма. Художественные особенности произведения в настоящее время оценить во всей полноте трудно. Тем не менее, зная по сохранившимся иконам (например, «Богоматерь Казанская» (1717)), [10] манеру письма Л. Туфанова, можно заключить, что и в монументальной иконе его искусство соответствовало принципам «живоподобия», выработанным мастерами Оружейной палаты. Торопецкий иконописец безупречно владел иконописной техникой, умел моделировать личное, мягко переходя от теневых мест к освещенным, создавая насыщенную светом поверхность. Свойственные образам отголоски нежного лиризма и умиротворения проглядывают в юных ангельских ликах, придавая произведению утешительную сердечность и теплоту.

Остается загадкой, где находилась икона «Святая Троица» во время сильного пожара, погубившего все монастырские строения на Валааме в 1754 г. Cледов огня на доске не наблюдается. Позднее икона заняла почетное место храмового образа в новопостроенном деревянном Спасо-Преображенском соборе Валаамского монастыря, в иконостасе 1767 г. [11] Ей придавалось всеобъемлющее значение, вокруг ее интерпретации сосредоточилась художественная программа убранства собора в целом. [12]

Строительство деревянного собора и организация его интерьера проходили под руководством стоявшего во главе Валаамского монастыря игумена Ефрема (1711–1782). Отец Ефрем был весьма уважаемым человеком в Новгородской епархии, библиофилом. [13] В монастырской библиотеке обнаружилось десять ранее неизвестных книг с его автографами. [14] Все книги относятся к богослужебной практике, но их поступление в монастырь происходило разными путями и дополняет представление о личности валаамского игумена. Владельческие подписи отца Ефрема относятся к 1760 и 1774 гг. Ранним годом датируются автографы в служебных минеях. Эти необходимые для церковного обихода книги прислали из Синода после сокрушительного пожара 1754 г. по прошению заботливого игумена. В памятных надписях ощущается самоуважение игумена Ефрема. На каждой книге читаются идентичные слова: «Сия книга глаголемая минея [...] месяц Преображенского Валаамского монастыря пожалована из Святейшего Правительствующего Всероссийского Синода 1754 году по прошению означенного монастыря игумена Ефрема с братией. Подписал игумен Ефрем своею рукою 1760 году декабря 12 дня». [текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Поздней дате, 1774 г., предшествовали события, связанные с секуляризацией, определившей заштатное положение Валаамского монастыря, оказавшегося на грани закрытия. В 1768 г. игумен Ефрем уволился от должности, однако в 1771 г. после пребывания в Свирском монастыре и на Соловках вернулся на Валаам. Среди книг этого периода оказались подарок влиятельного петербургского иерарха, дорогое приобретение и историческая реликвия.

К 1774 г. относится автограф, оставленный на присланной архимандритом Иринархом в 1716 г. книге «Триодь постная» (1707): «Сия книга Триодь вторая половина Спасо Преображенского Валаамского монастыря церковная. Подписал того монастыря игумен Ефрем 1774 года декабря 8 дня». В этот же день оставлен автограф на приобретенной в Петербурге богато иллюстрированной великолепными гравюрами книге киевского издания «Акафисты и каноны» (1758): «Книга сия Спаса Преображенского Валаамского монастыря игумена Ефрема. Куплена в Санкт Петербурге цены дано 2 рубля 90 к. Подписал игумен Ефрем своею рукою 1774 году декабря 8 дня». Через неделю в руках игумена оказалась книга, полученная в благословение от Тверского архиепископа Платона (Левшина), который в эти годы являлся законоучителем наследника российского престола вел. кн. Павла Петровича и постоянно находился в Петербурге. Это небольшое издание «Служба на день Нового года» сохранило подпись: «Сия книга служба трех святителей Василия Великого, Григория Богослова, Иоанна Златоустого благословение преосвященного Платона архиепископа Тверского Спаса Преображенского Валаамского монастыря игумена Ефрема в Санкт Петербурге в доме его преосвященства 1772 году января 22 дня. Подписал игумен Ефрем своею рукою 1774 года декабря 15 дня Валааме». Одновременность внесения записей в книги с разницей в неделю (8 и 15 декабря), может быть, свидетельствует о том, что игумен приводил в порядок свою библиотеку.

Обнаруженные в библиотеке Валаамского монастыря в Хейнявеси богослужебные книги с автографами игумена Ефрема настраивают на продолжение поиска с целью расширения представлений о книжном собрании валаамского иерарха середины XVIII в. и выявления выпавших из поля зрения исследователей сторон его деятельности.

Подводя итоги, следует заметить, что собрание Валаамского монастыря характеризуется такой полнотой и разнообразием, что изучение различных коллекций (икон, церковной утвари, книг, рукописей) позволяет в некоторой степени восполнить отсутствующие сведения по его истории XVIII в.

// Рябининские чтения – 2019
Карельский научный центр РАН. Петрозаводск. 2019. 677 с.

Текст может отличаться от опубликованного в печатном издании, что обусловлено особенностями подготовки текстов для интернет-сайта.

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф