Метки текста:

Методический кабинет

3. Летние православные праздники Кижского прихода VkontakteFacebook

Весь год живём для праздника», – гласит народная мудрость. И в замершей на зиму крестьянской жизни, и в страдную летнюю пору праздники были светлыми точками, отдохновением от будней, торжеством не только одной деревни или села, но всей округи, «большой крестьянской породушки». «Вокруг много было праздников», – говорили в Заонежье. Самым большим храмовым праздником для Кижского прихода был летний Спасов день или Преображение Господне (19 августа по новому стилю). В Кижи приходил из Петрозаводска пароход с архиереем, была торжественная служба, угощение в доме священника (одних рыбников сиговых пекла его жена до 40 штук!). В этот день на лодках к острову съезжались жители окрестных деревень. Народу было много: во время богослужения стояли не только в самой церкви, но и на крыльце, под крыльцом, места едва хватало в ограде, детей к причастию передавали на руках над головами прихожан.

Кроме Спасова дня, крестьяне Кижского прихода справляли множество часовенных праздников. Впечатляет их количество. Если 2 июля (все даты по новому стилю) праздновали день Варлаамия Хутынского в д. Пустой берег и в Подъельниках, то 7 июля – Иванов день в д.Леликово. 12 июля, в Петров день, ездили на Волкостров, через четыре дня – знаменитый Корбов день в д.Корба, в конце июля (28) - день Кирика и Иулиты в д.Воробьи. Август начинался с празднования Ильина дня в д.Телятниково и деревнях Сельги–Моталово, за ним следовали праздники в ближайших деревнях Сенногубского погоста – Макарьев день в Косельге (7 августа), Макковеев день в Сенной Губе (14 августа), Успение Богородицы в д.Васильево на острове Кижи (28 августа)…

Мелькание праздничных дней подчинялось особому ритму, продиктованному трудом крестьянина. Заонежане были убеждены: «Деревенские работы разбиты от праздника к празднику». С Петрова дня начинался сенокос, с Ильина – жатва ржи. Овес начинали жать со Спасова дня, «на Олену» сеяли лен, а его уборку приурочивали к Успению Богородицы. Праздники служили своеобразными координатами отсчета деревенских дел, даря людям отдых накануне очередного вида работ.

Обычай гостить, проводить праздничные дни вместе с родственниками ещё в начале ХХ века казался вечным и незыблемым: «Все ведь в праздник ездили век свой». Ездили не только к ближайшим родственникам, а «Бог знает к каким сродникам, приехать-то надо», «К далё-ёким, к далё-ёким».

К празднику в своей деревне готовились заранее, ведь принимать приходилось человек 15–20, а в большой праздник набиралось до 40–50 гостей. Угощения стряпали помногу: «20–30 кг муки возьмём сразу». Накормить гостя полагалось досыта. Говорили: «Праздник известный, гости неизвестны», «В праздник накормить человека, что в будни подать нищему», «Гостем хлеб не съестся».[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

В канун праздника замечалось движение по деревенской улице – «пестрая вереница людей». Молодёжь обязательно устраивала игрище – «ночное». Приходили дальние гости – «к ночи, к двум». Ближние съезжались утром в праздник. Девушки несли «тукачки» – узлы праздничного платья, парни – гармошки. Утром, в день праздника, по обычаю посылалась лошадь или лодка за причтом. В часовенный праздник приходской священник обязательно приезжал даже в самую дальнюю деревню, его ждали с нетерпением, многие хозяева после службы стремились пригласить батюшку к себе в дом. К молебну в церковь или часовню ходил каждый домохозяин с гостями. Дома обычно оставалась лишь старшая хозяйка – «большуха», чтобы закончить праздничную стряпню. После молебна, по дороге домой, видя знакомого и незнакомого, хозяева зазывали к себе: «Заходи погостить», «Не пройди, смотри, мимо».

Гостей проводили сначала в горницу, где хозяйские дочки угощали их чаем. Обедать переходили в избу. Подавали уху, горох или мясные щи (смотря, какой праздник – постный или скоромный). Затем шли нескончаемые «перемены»: пироги разных сортов и фигур – рыбники, налетушки, колюбаки, калитки. Хозяева потчевали: «Кушайте, гости, не осудите за перемены!». Наугощавшись, гости часто переходили в следующий дом, к другой родне. Некоторые обходили всю деревню, начиная с первого дома. Где чаю попьют, где водочки (водкой угощали в небольших количествах и не всех, только избранных), где снова закусят. У редкого хозяина бывало в гостях менее 10 человек – такие считались скупыми.

После обеда шли на гулянье. Девушки, взявшись за руки по 4–5 человек, прогуливались по деревенской улице. Парни с гармошками и балалайками следовали за ними. Как говорили раньше, девушкам надлежало «показываться», а парням «взирать и выбирать». Красочные наряды девушек и женщин составляли особый интерес гуляния: «В яркий летний день толпа – как живое цветочное поле». Тут же на деревенской улице устраивали небольшую торговлю. Продавали сладости и мелкие вещи: платки, броши, бусы, леденцы, веретёна… «Торговцы торгуют, а люди гуляют». Часа в 4, уже после обеда, начиналось молодёжное игрище. В каждой деревне существовало своё примечательное место, ровное, вытоптанное несколькими поколениями. Первыми приходили девушки, рассевшись поудобнее на бревнах или траве, они начинали петь. Заслышав звуки песни, подходили парни. Заводили круг, танцевали кадриль, лансье. Понемногу подходили к игрищу замужние женщины, старики, дети. Оживала вся деревня. Становились в кадриль и люди постарше. Игрище – главное удовольствие деревенской жизни. Ведь не повеселиться самому или, по крайней мере, не посмотреть на веселье других, – всё равно, что не быть «у праздника». Разъезжались гости постепенно: дальние оставались ночевать, а ближние уезжали в конце дня, после «паужины». Проплясав до восхода солнца, переодевшись в дорожное платье, с песнями, гармошкой, по ближайшим деревням расходилась молодёжь.

Общий ход праздника был неизменен вплоть до конца 20-х гг., времени запрещения церковных служб. Конечно, обычай собираться родней в праздничный день служил укреплению внутрисемейных и внутриобщинных связей, способствовал общению как людей старшего поколения, так и молодежи. Однако прежде всего он являлся событием приходской жизни, был связан с конкретным фактом христианской истории или именем святого и был немыслим без общего молебна, без присутствия священника.

С 1995 г. сотрудники музея «Кижи» решили восстановить некоторые часовенные праздники Кижской волости. Это было бы невозможно сделать без помощи церкви. Первым в музее отметили праздник Петра и Павла на Волкострове, затем – день Кирика и Иулиты в д. Воробьи, Ильин день в д. Телятниково, праздник Успения Богородицы в д. Васильево на о. Кижи. Праздник начинается с приезда священника и службы в часовне. Затем на улице расставляются столы с незамысловатым угощением. Многие из местных жителей приносят молоко, поспевшие уже ягоды и овощи к столу. Самовары кипятят в домах загодя, так как в деревнях нет электричества. После трапезы – песни, непременная кадриль, редкая теперь гармошка. Прекрасным подарком к празднику являются составленные сотрудниками музея родословия известных крестьянских фамилий. Как приятно получить родословную своих предков, прослеженную до XVII века! За эти годы местные жители привыкли к праздникам, кое–кто специально приезжает из города. Здесь можно увидеть «сродников», поговорить, ощутить уважение приезжающих к собственной деревеньке.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Каждый год музей ждёт коренных заонежан, а ныне петрозаводчан приехать на часовенные праздники:

Использованная литература и источники:

  1. Калашникова Р.Б. Летние храмовые праздники Кижской волости // Живая старина. М., 1999. №4. – С.32–33.

Основная рекомендуемая литература:

  1. Некрылова А.Ф. Русские народные городские праздники, увеселения и зрелища. Конец XVIII – начало XX века. Л., 1988.

// Традиционная культура русских Заонежья
Интернет-публикация kizhi.karelia.ru. 2018. 178 с.

Текст может отличаться от опубликованного в печатном издании, что обусловлено особенностями подготовки текстов для интернет-сайта.

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф