Метки текста:

Музыковедение Образование

Герасимова Е.В. (г.Петрозаводск)
Музыкальное образование в Олонецкой губернии в 1918–1920 гг. (по архивным документам) VkontakteFacebook

С приходом советской власти в Карелию начинается реализация реформы в области народного просвещения. Она направлена на реорганизацию старой и создание новой, советской школы, изменение управления школой, ликвидацию безграмотности, разработку новых методов социального воспитания подрастающего поколения. Документальные материалы рассматриваемого периода отражают создание и работу детских садов, детских домов, изб–читален, библиотек, театров, музыкальных школ, музеев. Следуя революционным лозунгам, молодое государство всеми силами и доступными средствами контролировало и направляло в нужное русло культурное воспитание советской молодежи.

Представленные в статье документы имеют историко–познавательное значение, так как отражают картину становления системы музыкального образования в бывшей Олонецкой губернии в трудное нестабильное время зарождения новых общественных отношений.

7 января 1918 г. по постановлению губисполкома был создан Олонецкий губернский комиссариат просвещения, комиссаром которого был назначен большевик Валентин Михайлович Парфенов (1884–1941). В целях наибольшей производительности труда правительственного аппарата 5 августа 1918 г. комиссариат просвещения был переименован в отдел народного образования при губисполкоме (ГубОНО). По методическим вопросам ГубОНО руководствовался указаниями Народного комиссариата просвещения РСФСР. В ведении ГубОНО находилось руководство делом народного образования (школьного, дошкольного, внешкольного) и культурно–просветительным делом в Олонецкой губернии.

При поддержке Олонецкого губернского отдела народного образования и по инициативе активных молодых людей, учителей, а также наиболее просвещенных солдат, вернувшихся с фронта, в городе и деревне возникают культурно–просветительские кружки. Заинтересованными участниками кружков становятся как взрослые, так и дети. Население губернии тянется к разносторонним знаниям, возможности развивать свои способности, свой художественный вкус, обогащать и удовлетворять музыкальные запросы. Возможностей для этого было весьма немного. Скромные денежные ресурсы, нехватка педагогических кадров, отсутствие необходимых материалов и квалифицированных музыкальных мастеров зачастую не позволяли коллегии музыкального подотдела ГубОНО своевременно выполнять заявки школ города, районных сельских кружков на инструменты, струны, нотные принадлежности и т. д. Вместе с тем вызывает уважение самоотдача и неимоверная работоспособность, которую проявляли люди, решая те или иные вопросы, будь то организация курсов для учителей, открытие музыкального склада или музыкальной школы.

В 1918 г. вопросами музыкальной культуры и музыкального образования, а соответственно и музыкальными инструментами в Петрозаводске и районах занимался Олонецкий губернский отдел народного образования, куда входили, в частности, подотдел искусств и музыкальный подотдел. Музыкальная коллегия [1] при ГубОНО насчитывала восемь представителей, среди которых шесть коммунистов, один сочувствующий коммунистам и один интернационалист. По профессии почти все они были учителями школ 1-й и 2-й ступени [2] . Заведующим музыкальным подотделом и председателем коллегии был избран также бывший учитель В. М. Парфенов, человек деятельный и энергичный. Самым серьезным образом музыкальная коллегия под его руководством рассматривала и решала вопросы, связанные с ростом культуры советской молодежи.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Во–первых, подотделом искусств в августе 1918 г. была проведена регистрация музыкальных инструментов, принадлежащих гражданам. Регистрировались рояли, пианино, фисгармонии, все струнные (кроме великорусских) и духовые инструменты [3] . Было объявлено, что «…лица, утаившие вышеуказанные инструменты, будут преданы суду Революционного Трибунала» [4] . В процессе регистрации возникает много вопросов, есть и недовольные. 13 сентября заканчивается установленный срок подачи заявлений. И уже 17 сентября появляется новое, учитывающее и разъясняющее возникшие проблемы постановление, с решением которого граждане вынуждены считаться: «Заявление т.Парфёнова об учёте муз. инструментов и о тех вопросах, которые возникли в связи с учётом. Постановили:

Продажа, покупка, перевозка и вывоз музыкальных инструментов без разрешения музыкального подотдела была воспрещена. Жители Петрозаводска должны были в определенный срок добровольно принести заявления в комиссариат просвещения о наличии у них музыкальных инструментов. В отдельных ситуациях производилась конфискация инструментов с целью передачи в музыкальные школы и кружки молодежи. За сокрытие музыкальных инструментов следовало наказание, например, штраф 500 р. или замена его принудительными работами [6] . Надо сказать, что все заявления внимательно рассматривались, и к частным особым случаям относились с пониманием, не применяя суровых мер:

№20

Въ Комиссариата Просвещенiя Учебнаго отдела 14 сент. 1918

Вдовы начальнаго народнаго учителя Татьяны Андрiевской

Заявленiе

Въ моей квартире имеется пiанино «Дидериксъ». Инструментъ прiобретенъ на деньги полученные после смерти мужа, младшимъ детямъ, для убогаго сына, чтобъ музыкою дать возможность въ будущемъ заработать ему кусокъ хлеба ибо къ иному труду онъ будетъ неспособенъ. 11 го сентября 1918 г.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Татьяна Андрiевская [7]

Неимущие от налога освобождались вообще.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Таким образом, список зарегистрированных музыкальных инструментов по г.Петрозаводску в сентябре 1918 г. содержал следующее количество инструментов: рояль – 112; фортепиано – 17 («большей частью испорченное, расстроенное»); пианино – 107; фисгармония – 14, скрипка – около 80 (в том числе альт, детские) плюс 4 тирольских; флейта – 3; корнет /б. пистон/ - 8; труба; виолончель – 9; мюзета – 1. Среди владельцев инструментов были указаны также и служители церкви, например, регент соборного хора С. В. Ефимов, священники Павлов и Островский, заведующая Никитским приютом девочек П.Устинова.

Народные музыкальные инструменты пока не регистрировались, хотя в «записках» или «заявлениях», которые граждане подавали в коллегию музыкального подотдела, наряду с другими инструментами упоминались и балалайки, и домры. Например, в записке от 2 сентября 1918 г. Петрозаводская учительская семинария указала балалайки (прима – 3, секунда – 2, альт – 2, бас – 3) и домры: прима – 4, пикколо – 1, альт – 2, бас – 1. А вот ученик IV класса I-й Петрозаводской учительской семинарии Ал. В. Иванов сообщил, что имеет «следующие муз. инструменты: 1) скрипка, 2) гитара, 3) мандолина. Все инструменты эти – старые, при чём скрипка и гитара требуют ремонта – склейки» [8] .

Разновидности балалайки, такие как балалайка–пикколо, балалайка–прима, балалайка–альт и балалайка–виолончель, с 1888 г. использовал в своем оркестре В.В.Андреев [9] . Он жил и работал в г.Санкт–Петербурге. Развивая идею «пропаганды русской песни на русских народных инструментах», Андреев обогатил звучание оркестра за счет введения других инструментов. Сначала это были «домры различных размеров, изготовленные замечательным мастером–самородком С.И.Налимовым, и щипковые гусли. Это уже был оркестр, состоящий из музыкальных инструментов, издавна бытовавших в русском народе, – Великорусский оркестр. Именно так и назвал его В.В.Андреев осенью 1896 года» [10] . К сведению, первый состав оркестра насчитывал всего 14 человек. Естественно и закономерно, что спустя некоторое время в Петрозаводске такие инструменты также стали использоваться в коллективном музицировании. О попытках организации подобного оркестра в городе может свидетельствовать следующий документ: «В Народный Комиссариат по Просвещению. На отношение Ваше от 8 октября за №1163, полученное мною 10/X, сообщаю, что струн для оркестра балалаечников(выделено мной. – Е.Г.) не имеется. 10/X–18 г. О.Новеровская» [11] .

Приходили запросы на получение музыкальных инструментов и от сельской молодежи: «29 окт. 1918 г. В Муз. секцию Олонецкаго Губернскаго Исполнительнаго Комитета Сов. Кр. Раб. и Кр. Деп. Прилагая при сем отношение кружка молодежи «Жизнь и Знание» Отдел Нар. Образования просит об удовлетворении ходатайства кружка, так как просветительная работа волости тормозится за неимением муз. пособий. Кроме того, желательным был бы отпуск безплатно кружку струнных инструментов, как то гитар и балалаек. Шуйский Кружок молодежи «Жизнь и Знание» Шуйской волости Петрозаводского уезда Олонецкой губ, село Шуя п. о. Сайчино–Шуйское» [12] . В следующем прошении они, правда, просили уже «. и отпуск одного рояли».

6 февраля 1919 г. на заседании коллегии губернотдела народного образования ставится вопрос о создании Великорусского оркестра уже при самом музыкальном подотделе [13] .[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

На коллегии ГубОНО 3 апреля 1919 г. В.М.Парфенов представил отчетный доклад о деятельности музыкального подотдела при Олонецком губернском отделе народного образования. Доклад состоял из 21 пункта, где подробно освещалась работа музыкального подотдела. Особое внимание было уделено результатам работы музыкальной коллегии и музыкального совета. Всего музыкальной коллегией был рассмотрен и направлен на утверждение в губернскую коллегию 51 вопрос. Так, в марте 1919 г. был издан и разослан по школам губернии примерный план преподавания пения (музыки) в общеобразовательной школе. При типографии ГубОНО оборудована литография, предназначенная для распечатывания нот, особенно необходимых в школах и культурно–просветительских кружках губернии. Усилиями коллегии в Петрозаводске был открыт «Склад нот, музыкальных инструментов и принадлежностей к ним» (в помещении бывшего Гостиного двора), который мог бы удовлетворять все поступающие требования от учреждений, школ города, военных организаций, уездных отделов народного образования. На организацию склада и первоначальные закупки коллегия отдела выделила необходимые средства. Заведующим складом был назначен Н.А.Кусевицкий. К этому времени он уже был заведующим инвентарем музыкального подотдела. Энергично и при содействии Петроградского музыкального отдела Н.А.Кусевицкий доставляет в Петрозаводск ноты, инструменты, сопутствующие принадлежности. Склад открыт и работает. Но, по словам В.М.Парфенова, «требования на ноты и инструменты так велики, что надо полагать, что первой закупки хватит на очень непродолжительное время». Работы действительно много. И тем не менее музыкальная коллегия идет навстречу работникам склада, разрешая не работать в дни основных религиозных праздников, проявляя тем самым уважение к их вере. В протоколе № 17 от 24 сентября 1919 г. записано следующее: «Слушали: Отношение музык. склада от 22 сентября с.г. за №43 с просьбой разрешить не производить торговли 25 и 26 сентября и 4 октября /новый год и день отпущения грехов – еврейские праздники/ 1919 г. Постановили: Ввиду того, что в складе имеется только одно лицо не иудейского вероисповедания и при этих условиях склад функционировать в указанные дни не может – разрешить на эти дни склад закрыть» [14] . В этом же протоколе есть и еще одна запись, учитывающая сроки религиозного праздника. Речь идет о начале и продолжительности учебного года в музыкальных школах и высших музыкальных классах: «Учебный год считать с 1 сентября до 1 июля. В течение этого срока установить вакации: с 23 декаб. по 7 января и примерно с 1-го по 14-е апреля /праздник Пасхи/» [15] .

В довольно короткие сроки организуется и начинает работать оркестр. Еще 6 февраля 1919 г. только ставится вопрос о создании оркестра. И вот уже с 8 февраля проводятся репетиции, а 28 февраля был дан первый концерт. В своем отчете В.М.Парфенов четко формулирует цель и задачи организации Великорусского оркестра: «Великорусский оркестр начал свою организационную работу в первых числах февраля с.г. Около 8-го фев. было приступлено к ознакомлению с инструментами и к началу репетиций, а 28 фев. был дан первый концерт по следующей программе. 1) Чайковский «В церкви», 2) Насонов «Эй, ухнем», 3) Андреев – вальс «Грезы» и 4) Рабочая марсельеза (пер. А.Максимова).

Организация оркестра и дирижирование было поручено А.П.Максимову, прошедшему курсы, организованные В.В.Андреевым. Чтобы организация оркестра была дружная, в нее влито было около 6–7 челов. учителей школ г.Петрозаводска, учеников школ 2 ст. – остальные служащие в советских учреждениях, всего в настоящее время 25 чел.

Инструментов имеется на 35 чел. и можно надеяться, что оркестр будет доведен до 35 чел. На втором концерте 21 фев. (?) были исполнены след. пьесы: 1) Григ «Смерть Азы», 2) Вальтера, вальс «Привет», 3) «Как во городе царевна» из оперы «Каширская старина», 4) «Ивушка» и 5) «Уж я золото хороню» русские нар. песни – Аранжировка Насонова. В будущем предполагаются к постановке след. пьесы 1) Чайковский «Грустная песня», 2) Масснэ «Элегия», 3) Шуберт «Серенада», 4) Бородин «Хор поселян» /князь Игорь/, 5) Березовский «Гой ты Днепр» из оперы «Асколь–дова могила» и др. пьесы. Нот пока очень немного. Цель основания Великорусского оркестра – развить в народе художественный вкус для восприятия музыки серьезной – камерной, известных русских и иностранных композиторов и желание учиться музыке» [16] .

Значительное место в докладе было уделено вопросу регистрации музыкальных инструментов и введению единовременного налога на клавишные инструменты. Налог пошел на поддержку музыкальных начинаний подотдела и на организацию музыкальной школы. Музыкальная школа была открыта 18 декабря 1918 г. вместо консерватории, как «более необходимое в данное время учреждение». Вторая регистрация инструментов была произведена в марте 1919 г. Уездным отделам народного образования предлагалось произвести подобную регистрацию в уездах и о результатах сообщить в губернский музыкальный подотдел.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Следует сказать несколько слов о средствах, необходимых для деятельности подотдела, и их расходовании. От Народного комитета просвещения в 1918 г. было получено 25 тысяч рублей. Исполнительный комитет Петрозаводского Совета выделил до 20 тысяч рублей, большая часть которых пошла на организацию музыкальной школы. Средства для прочей деятельности музыкального подотдела получались главным образом от концертов и музыкально–вокальных вечеров, от дохода кинематографа, находящегося в Камерно–музыкальном театре.

В завершение своего отчета о работе В. М. Парфенов выразил надежду, что: «Если в дальнейшем К-т Нар. Просвещения станет регулярно отпускать деньги по смете, то явится возможность тверже поставить с одной стороны все уже возникшие организации – с другой вести деятельность в губ. масштабе покрывая губернию сетью музык. организаций и ставя эту важную область чистого искусства на подобающую и должную высоту» [17] . Работа В.М.Парфенова на посту заведующего музыкальным подотделом получила действительно высокую оценку.

В дальнейшем для музыкального образования населения была расширена сеть музыкальных учебных учреждений [18] . Обучение в них было бесплатным. Рассматривая вопрос «О первоначальной сети музык. школ в Олонец. губ. Постановили: При существовании в г. Петрозаводске Музык. школы /I-й и 2-й ступени/ и Музык. Отделения студии Искусств открыть ещё одну школу – народную /в одном из рабочих кварталов/; открыть школы в г. Лодейном–поле и Вытегре; для предварительного ознакомления с условиями открытия школ командировать в Вытегру и Лодейное поле члена коллегии подъотдела Н. Н. Загорного. Ходатайствовать перед Город. Советом о помещении для школы на Зареке или Голиковке. В народную школу в качестве преподавателей привлечь учащихся Высших Музык. классов» [19] .

Кроме того, для учителей пения единой трудовой школы предлагалось провести краткосрочные курсы. На заседании коллегии музыкального подотдела, состоявшемся 2 июля 1919 г., рассматривали: «…краткую сводку анкет по губернии о постановке преподавания музыки в Единой Трудовой Школе. Постановили: Признать положение преподавания музыки в школах совершенно ненормальным: музыка почти ни в одной школе губернии не преподавалась из-за отсутствия соответствующих преподавателей, полного отсутствия каких‑либо муз. инструментов и пособий. Озаботиться устройством хотя бы 2-х недельных летних курсов и возможным изданием соответствующих руководств. Обратиться в Музык. Отдел с мотивированным ходатайством об отпуске 250 тысяч рублей на снабжение школ губернии скрипками /по одной на каждую школу/» [20] . Фактически за месяц вопросы организации курсов (денежные средства, помещение, подбор преподавателей и разработка программы обучения, объявления в местных органах печати и др.) были решены и согласованы. Программа обучения составлена грамотно, интересно и насыщенно. Для ведения занятий приглашались опытные лекторы и преподаватели. Среди них был руководитель и преподаватель Высших музыкальных классов и музыкальной школы Н. Н. Загорный, преподаватели музыкальной школы и музыкального отделения Студии искусств Н.А.Кусевицкий, В.М.Парфенов, Н.А.Солнышков и Н.В.Солнышкова и др. Работа на курсах оплачивалась следующим образом: за лекции по 100 рублей, за практические занятия по 60 рублей, за участие в сольных выступлениях по 125 рублей [21] . Помимо лекций и практических занятий, курсанты должны были в обязательном порядке посетить два камерных вечера и четыре симфонических концерта.

Продолжая работать в этом направлении, коллегия стремилась сделать музыкальное образование и воспитание доступным. Большое внимание уделялось концертной деятельности. Концерты, как хоровые, так и инструментальные, очень часто были бесплатными, их разрешалось посещать «по удостоверениям личности, выданным от вышеуказанных учре–ждений» [22] . Коллегией был разработан специальный список произведений, рекомендованных к исполнению хорам, оркестрам, ансамблям, солистам. Долгое время обязательным считалось исполнение «рабочей марсельезы».[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

8 сентября 1919 г. состоялось одно из заседаний коллегии Олонецкого губернского музыкального подотдела, на котором были приняты два очень важных решения, касающихся музыкальных инструментов. Одно из них об открытии мастерской, где в первую очередь предполагалось «выделывать: смычковые инструменты и некоторые великорусские, затем клавишные. Ходатайствовать перед Городским Советом о разрешении временно поместить мастерскую в верхнем этаже Музык. склада / в Гостин. дворе/». Второе об организации музея музыкальных инструментов в г. Петрозаводске: «Признать устройство музея весьма необходимым. Ходатайствовать перед Город. Отд. Нар. Обр. о помещении для не–го» [23] . Установить, какие инструменты предполагалось собирать и экспонировать в музее, сейчас не представляется возможным.

Интерес молодежи к исполнительству на народных инструментах сохраняется по нескольким причинам. Это доступность в обучении игре и освоении исполнительских приемов, портативность, легкость настройки инструментов, это возможность выражать свои эмоции и мысли в собственном творчески–исполнительском процессе. Но мнение руководящих органов, к сожалению, еще долго будет носить несколько пренебрежительный оттенок по отношению к народным музыкальным инструментам и исполнительству на них: «Протокол №24 от 7 декабря 1919 г. Слушали: Ходатайство Петрозав. организации Р.К.С. молодежи и Отдела работниц Губкомапартии о предоставлении им во временное пользование инструментов великорусского оркестра, т.к. у них организовался музык. кружок. Постановили: Предоставить на общих основаниях. Выдать из сумм Кам. – Муз. театра организации Р.К.С. молодёжи 20.000 р. на муз. деятельность кружка, высказав пожелание возможно скорого ее расширения и перехода от пользования т. наз. великорусскими инструментами к средствам пригодным для исполнения произведений подлинного искусства(выделено мной. – Е.Г.)» [24] . Под такими «средствами» подразумевались, конечно, академические инструменты: фортепиано, скрипка и т.п.

В конце 1919 г. в Карелии уже было 87 культурно–просветительных кружков, 34 клуба, 110 изб-читален [25] .

Еще в 1918 г. в г. Петрозаводске был открыт музыкальный склад при подотделе искусств. Со временем перечень инструментов значительно расширился за счет балалаек, гитар, мандолин, домр. В кратком отчете от 3 декабря 1920 г. о деятельности музыкального склада приводятся сведения о снабжении нотами, музыкальными инструментами, музыкальными принадлежностями и литературой советских школ и учреждений, библиотек, красноармейских и железнодорожных культурно–просветительных кружков, частных лиц. В том числе «. за все время существования склада получено и распределено товара в следующем количестве: скрипок со смыч. – 93, контрабасов – 5, виолончелей – 11, балалаек – 84, гитар – 25, роялей – 3, пианино – 14, духов. инстр. – 40, мандолин – 14, Цытр – 6, домр – 3, гармонифл. – 3, Балжо (банжо) и акарино – 10, винтовых стульев – 13. Муз. принадлежностей: струн, разных подставок, камертонов и пр. на сумму 387.357 р.» [26] .

В 20-е гг. XX в. исполнительство на таких музыкальных инструментах как фортепиано, скрипка, духовые сохраняет свою академичность. Но вот исполнительство на народных инструментах постепенно разветвляется на два направления. Одно из них остается традиционным: некоторые музыкальные инструменты по старинке изготавливаются кустарным способом с применением доступных материалов; освоение игры на инструменте происходит «стихийно», т.е. без специальной подготовки и помощи, «по слуху»; репертуар состоит из набора местных традиционных наигрышей или самостоятельно подобранных мелодий позднего временного слоя (городские песни, романсы) и т.п. Второе направление становится условно академическим. Тому есть свои причины: кружки и ансамбли создаются по типу «андреевского» оркестра (сохраняются состав ансамбля, наличие разновидностей балалаек и домр); чаще используются музыкальные инструменты фабричного производства; появляются более сложные приемы игры, что дает, с одной стороны, больше возможностей в исполнительском отношении, но, с другой – требует уже специального обучения игре. В репертуар включаются не только простые обработки народных мелодий, но и более сложные переложения современных авторских произведений, большой интерес проявляется также к исполнению произведений русских и зарубежных композиторов. «Фольклорное и академическое музицирование на народных инструментах принципиально не взаимозаменяемы. Лишь их тесная связь сможет стать важнейшим условием успешного развития отечественной массовой музыкальной культуры» [27] .[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

В период эвакуации ГубОНО в г.Вытегру (1919–1920 гг.) в Петрозаводске функционировало Петрозаводское отделение ГубОНО. В связи с ликвидацией губернии как административно–территориальной единицы, ГубОНО прекратил свое существование (сентябрь 1922 г.). Однако все то, что было заложено в предыдущие годы для развития музыкального образования в Карелии, не только не угасло, а наоборот, укрепилось и поднялось на более высокую ступень. Сеть музыкальных учреждений со временем значительно расширилась, давая возможность гражданам удовлетворять свои художественные запросы, реализовываться творчески, бесплатно получать профессиональное музыкальное образование.

// Кижский вестник №12
Науч. ред. И.В.Мельников, В.П.Кузнецова
Музей-заповедник «Кижи». Петрозаводск. 2009. 330 с.

Текст может отличаться от опубликованного в печатном издании, что обусловлено особенностями подготовки текстов для интернет-сайта.

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф