Виртуоз архитектурной графики

Виртуоз архитектурной графики. К 100-летию со дня рождения архитектора-реставратора А.В.Ополовникова

// Сост. В.А.Гущина
Музей-заповедник «Кижи». Петрозаводск. 2011. 28 с. VkontakteFacebook

купить в интернет-магазине

«Проект реставрации — это слитый воедино голос разума и сердца…»

Кижский архитектурный ансамбль включён в Список всемирного культурного и природного наследия ЮНЕСКО. У истоков его возрождения стоял Александр Викторович Ополовников, московский архитектор-реставратор. Именно он открыл миру Кижи.

В 1947 г. Ополовников прибыл в Карелию опытным исследователем и знатоком народного деревянного зодчества Северной России. Здесь, в Карело-Финской ССР, вскоре после войны развернулись наиболее значительные работы по реставрации деревянного зодчества.

В 1948 г. в Петрозаводском архитектурно-строительном техникуме А. В. Ополовниковым была подготовлена группа дипломников по теме «Фиксация и реставрация памятников деревянного зодчества». Выпускники техникума составили основные кадры Специальной научно-реставрационной производственной мастерской, созданной в 1951 г. Среди них были В. А. Крохин, Э. В. Ильин, Н. А. Савин, В. Н. Максимов, Д. Г. Сафонова.

На Всесоюзных смотрах молодых мастеров архитектуры в 1947 и 1953 гг. А. В. Ополовникову были присуждены диплом и первая премия за обмеры и реставрацию памятников деревянного зодчества Карелии.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

В 1948 г. по проекту А. В. Ополовникова и под его непосредственным руководством была проведена первая в СССР послевоенная реставрация памятника общесоюзного значения – Успенской церкви в Кондопоге (1774 г.) – вершины шатрового деревянного зодчества. В 1951 г. завершена реставрация Успенского собора в г. Кеми (1711–1717 гг.). В период работы А. В. Ополовникова в Карелии (1949–1959 гг.) по его проектам были отреставрированы все объекты Кижского архитектурного ансамбля, а также основные здания, вошедшие в состав будущего «кижского» музея.

А. В. Ополовников выступил инициатором создания на острове Кижи музея под открытым небом, аналогичного заповедникам в Прибалтике.

В 1974 г. вышла в свет книга А. В. Ополовникова «Реставрация памятников народного зодчества» (М., 1974). Впечатляет объём издания, посвящённого научно-методической проблематике, – 392 страницы с огромным количеством фотоиллюстраций. В книге освещается практика реставрационных работ, обобщается большой опыт практической и исследовательской деятельности. Издание представляет ценнейшее научно-методическое пособие для архитекторов и искусствоведов. Являясь событием 37-летней давности в разработке этой проблематики, книга А. В. Ополовникова сосредоточила в себе многолетний опыт архитектора – практика и учёного. Автор заботливо, обстоятельно и доходчиво проводит исследователя по лабиринту долгого, но крайне необходимого пути от знакомства с объектом до завершения его изучения, предваряя возможные ошибки при проведении всех видов работ.

Предлагаю познакомиться с основными принципами А. В. Ополовникова (в его собственном изложении), характерными для разных этапов реставрационного процесса – начиная с исследования объекта, его обмеров и разработки проекта реставрации. Считаю, что это поможет восприятию сложного для многих архитектурного графического наследия, прояснит значимость отдельных специфических терминов, даст возможность наглядно увидеть обмерные чертежи, карандашные наброски – кроки с лабиринтами линий и связей, непонятных на первый взгляд, полюбоваться отличной отмывкой чертежей проектов реставрации и убедит в высоком профессионализме автора (см. прил. 1 «Архитектурная графика А. В. Ополовникова в фондах музея-заповедника «Кижи»).

Исследование памятника[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

А. В. Ополовников считал, что «серьёзное натурное исследование искажённого памятника … требует не только известной профессиональной подготовки – технической и художественной, но и некоторого практического опыта… Деревянное зодчество как искусство народное и преимущественно деревенское – ”простое“ и ”заурядное“ – в археографических документах получило очень скупое освещение... Поэтому основным, а в большинстве случаев и единственным источником достоверной информации об архитектурно-конструктивных формах различных утрат на памятнике становится сам памятник… Основная задача натурного исследования состоит в том, чтобы… составить себе ясное представление об одном: что именно на памятнике надо восстанавливать и какие для этого есть исходные данные, даваемые самим памятником… Исследование можно считать законченным только тогда, когда идея реставрации уже сложилась окончательно» [1] .

Обмерные работы

Далее он отмечает: «…обмер, по сути, превращается в дальнейший, более углублённый этап исследования, на котором все ранее сделанные наблюдения суммируются, обобщаются и выражаются графически в виде обмерных чертежей… Сами эти чертежи становятся основным научным документом, синтезирующим в себе все наиболее существенные результаты натурного исследования памятника. Обмер – это чётко осознанное и целенаправленное действие, окрылённое идеей реставрации памятника... Самое ответственное и трудоёмкое дело при обмере… это рисование крок [2] . И особенно много времени и напряжённого внимания требуется, чтобы правильно нарисовать кроки двух основных проекций здания – продольного и поперечного разрезов. Потому что именно в них сосредоточено всё самое главное, что характеризует архитектурно-конструктивную систему и показывает взаимосвязь разных частей здания и каждого его отдельного элемента. Разобраться во всём кажущемся хаосе тектонических связей… и свести их в общую стройную систему… не так-то просто… Все обмерные чертежи – разрезы, фасады и детали – получаются точными и чётко согласованными между собой» [3] .

Впечатляет приводимый автором полный набор обмерных чертежей [4] : планы по этажам, подклету, кровле и других ответственных частей здания; разрезы по фасаду; крыльца, галереи, главки, печи, клиросы… дверные порталы, окна, столбы, шеломы, потоки, курицы, сороки… шаблоны [5] (причелины, подзоры, лемех, фигурные концы кровельного тёса...). «Обмерные чертежи вместе с другими материалами исследования должны давать ответы, по возможности, на все вопросы, которые могут возникнуть на следующем этапе работы – проектировании реставрации памятника» [6] , – пишет Ополовников.

Проект реставрации[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

«Проект реставрации, – считает А. В. Ополовников, – это обобщение всех материалов исследования и обмеров памятника... Это слитый воедино голос разума и сердца, в котором реализуется творческий импульс, кредо и мечта архитектора-реставратора, материализованные в графическом выражении… Это научно-технический документ, в котором каждая линия и каждый штрих обоснованы всеми предыдущими этапами исследования памятника… В этом сочетании искусства, науки и техники и заключается специфика проекта реставрации, его разностороннее содержание и сложность работы над ним. Поэтому всякий односторонний подход к проекту реставрации – эмоционально-эстетский, отвлечённо-научный и узкотехнический – неправомерен и ошибочен… В памятниках деревянного зодчества конструктивно-технический строй и архитектурно-художественный облик сливаются в одно целое. Поэтому и обе задачи их реставрации… должно решать только одновременно, в едином комплексе» [7] .

Существенным, по утверждению А. В. Ополовникова [8] , является также и то, что специфической особенностью проекта реставрации памятников деревянного зодчества в отличие от общестроительных проектов является отсутствие последовательных стадий: эскизной, технической и рабочей: «…идея реставрации развивается, уточняется и конкретизируется на основе взаимодополняющих раскрытых и последовательных доисследований памятника, сливающихся в непрерывный процесс проектирования, который продолжается вплоть до окончания самой реставрации» [9] .

Высокое качество графики при исполнении проекта реставрации «…не только оправдано, но и необходимо. При этом сам проект реставрации… становится вполне достоверной научной реконструкцией и прекрасной иллюстрацией к научной публикации, которая даёт полное представление об истинной композиции, архитектуре и художественном образе памятника… Хорошо выполненный проект после окончания реставрационных работ… включается в научный обиход и здесь начинает свою вторую жизнь» [10] .

Убедительным подтверждением всему сказанному является архитектурная графика, выполненная самим Александром Викторовичем Ополовниковым.

В фондах музея-заповедника «Кижи» содержится уникальное собрание графических материалов. Лично А. В. Ополовниковым или при его участии выполнено 716 графических работ: обмеры, кроки, проекты реставрации, шаблоны… Это собрание представлено в 43 коллекциях. В них зафиксировано 38 памятников деревянного зодчества Карелии: 3 архитектурных комплекса – Кижский архитектурный ансамбль, Водлозерско-Ильинский и Колодозерский погосты; 14 церквей, 9 часовен и 7 объектов гражданской архитектуры. Часть архитектурных памятников, к сожалению, не сохранилась, поэтому материалы графической фиксации утраченных объектов становятся для специалистов поистине бесценными. Вся информация введена в электронную базу данных. Чертежи памятников Кижского архитектурного ансамбля в количестве 179 единиц хранения являются доступными для исследователей.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

В фондах музея «Кижи» – лишь часть наследия А. В. Ополовникова. Объём выполненной им работы грандиозен: «Много ценных памятников он тогда исследовал. Ныне утраченные, они сохранились в его фотографиях и чертежах» [11] . Художественное исполнение архитектурной графики – исключительно высоко.

А. В. Ополовников в воспоминаниях родных, друзей и коллег

Московский архитектурный институт Александр Викторович окончил в 1939 г. с отличием. «У Сашки был очень красивый дипломный проект, на больших подрамниках, мастерски отмыт [12] с тонким подбором цветов, – вспоминала его соученица Иза Яковлевна Канторович. – Проект [гидростанции в Угличе] был суперсовременным и очень эффектным… Мы все ходили смотреть, как Сашка отмывает и строит перспективы...» [13] . Проект единогласно оценили на отлично. Руководителем дипломного проекта был М. Я. Гинзбург (1892–1946 гг.) – известный советский архитектор-конструктивист.

Имя М. Я. Гинзбурга связано с эпохой становления советской архитектуры. Знаменательна дарственная надпись М. Я. Гинзбурга, подарившего студенту Александру Ополовникову свою книгу «Ритм в архитектуре» (М., 1923): «Милому Саше в надежде на кратчайший перерыв в нашей совместной работе. М. Я. Москва, 9.ХI.39» [14] .

Такое внимание со стороны учёного, писателя и архитектора-практика могло бы в корне изменить весь творческий путь молодого специалиста. Но приверженность к северным краям победила: «…Мой истинный дом и моя крепость – это Север с большой буквы. Тянет меня туда, а объяснить не знаю» [15] .[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Елена Александровна, дочь А. В. Ополовникова, вспоминала: «Великолепной графикой отец отличался до конца своих дней… создавал… прекрасные архитектурно-графические реконструкции деревянных памятников и ансамблей по своим старым обмерам и по новым, которые мы привозили из ежегодных совместных поездок в разные концы России... Многие из этих реконструкций выполнены маслом в виде архитектурно-природных пейзажей…» [16] .

Е. А. Ополовникова рассказывает: «Графические работы отца хранятся преимущественно в Музее русской архитектуры им. А. В. Щусева в Москве, а также в региональных музеях Петрозаводска, Якутска, Архангельска, Иркутска, Салехарда…

Но основной материал – прежде всего фотоархив, а также множество графических и живописных работ, обмеров и проч. – сберегается у нас дома. Предполагаем мы на его базе создать музейный центр – источник знаний по древнерусскому деревянному зодчеству... Эту экспозицию с успехом могли бы дополнить объёмные компьютерные фильмы, рассказывающие о реликтах и музеях деревянного зодчества всей огромной России… Идею создания музея на базе уникальных архивов Ополовникова поддерживает московское правительство и деятельные музейные работники…» [17] .

Графика Ополовникова, как вспоминает его дочь, была виртуозной «всю жизнь, даже после инсультов, в течение пятнадцати последних лет своей жизни, когда утратил свободу речи и письма. И вместе с тем, несмотря на вынужденное полумолчание, в его памяти сохранялись редкие, удивительно образные слова, и неизменными оставались глубина мышления и страстная любовь, тяга к работе» [18] .

«По 16 часов в сутки работал Ополовников, – говорил с уважением старейший архитектор-реставратор В. А. Крохин (1924–2009 гг.), объездивший с Ополовниковым всю Карелию. – А. В. Ополовников приезжал в Кижи на 2–3 месяца и работал. В реставрации всегда участвовал не теоретически, посылая из Москвы советы-приветы, а практически. Бревно к бревну ”причертить“ мог не хуже любого плотника. Он показывал, как надо затесать. Учил их топором: всё, что было плохо сделано, вырубал топором, давая метку по колоде топором. Рабочие его любили, характеризуя так: ”Толковый мужик, но крутой“. Он был требовательным до самозабвения. Требовал исправлений. И переделок было много: неделю сидит, требует исправить. И они исправляли.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Даже проекты реставрации прямо в Кижах делал. Тогда ещё при керосиновой лампе приходилось работать. Для деревянного зодчества А. В. Ополовников – первый и по проектам и по реставрационным работам: совмещал их вместе. Обычно рабочим нужно было сделать чертежи в трёх проекциях: фасад, разрез и перспектива. И он всё это делал хорошо. Рисовать умел хорошо: представлял всё объёмно. Лучше Ополовникова отмывки обмеров и проектов реставрации никто не делал (см. прил. 2 “Инструментарий архитектора”. – В. Г.).

А. В. Ополовников – большой реставратор русского деревянного зодчества. Хорошо, что есть его дочь, Елена Александровна: она правильно вошла в его колею. Дуэт получился прекрасный» [19] .

Раиса Ивановна Каталкина, старший архитектор по охране памятников Управления по делам строительства и архитектуры при Совете министров КАССР с 1949–1965 гг., поделилась своими воспоминаниями о тех временах: «В основном все проектные работы выполнялись Александром Викторовичем. Все проекты А. В. Ополовникова по реставрации проходили экспертизу в Академии архитектуры СССР и неизменно получали высокую оценку... За годы работы в Карелии им был выполнен огромный объём работ с точнейшими обмерами, обследованиями, пояснительными записками, историческими справками, фотоматериалом – и все это в установленные в договорах сроки. Кроме того, в договорах предусматривался авторский надзор за ремонтно-реставрационными работами, который Александр Викторович осуществлял, казалось, не по обязанности, а по велению своего сердца.

В любое время года, невзирая на бездорожье и отсутствие транспорта, отзывался на любой наш звонок, консультировал, а необходимые дополнительные шаблоны привозил сам или переправлял с попутчиками» [20] .

В памяти художника Мюда Мечева впечатления от первых встреч с А. В. Ополовниковым в Кижах, Петрозаводске и в Москве засияли драгоценными воспоминаниями: «В управлении в большой приёмной комнате… в красивом симметричном порядке на больших планшетах, на прекрасной ватманской бумаге перед нами предстали рисунки церквей в технике отмывки тушью, великолепно исполненные с тем безупречным мастерством и умением, с которым сопрягается только слово «виртуозность» [21] ; «На столе, на диване на медвежьей шкуре, на полу, на подоконнике (в московской квартире Ополовниковых. – В. Г.) лежали прекрасные тонкие отмывки. Будто не рука современного художника, а рука времени Гау или Брюллова сделала то, что я видел, – тонкие, наполненные воздухом, лёгкие, очаровательные в своём обаянии купола с лемехом, прекрасная рубленая ограда с чудными воротами, обе церкви и часовня из Леликова, и ветряная мельница, и большой обетный крест, и дом Ошевнева, и колокольня… но все эти деревянные создания были без обшивки. И сразу, моментально, стало понятно, что это было за чудо – деревянное зодчество! Бревно с его строгим открытым видом и особенной поверхностью было лицом этого зодчества, его сущностью, его сокровищем!.. Как почти всегда бывает, когда сталкиваешься с совершенством, которое тебе пока недоступно, возникает или чувство зависти и неприязни у дураков, или чувство радости и желания учиться, подражать, сравняться у тех, кто умеет и хочет учиться. А во мне в этот момент архитектурные работы Александра Викторовича поселили восхищение, радость и благодарность художнику, а больше всего поразило их совершенство и грандиозность самого замысла…» [22] .[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

О светёлке дома Ошевнева – рабочем месте Ополовникова в летнюю пору – Мюд Мечев рассказывал так: «На большом столе были разложены его бумаги и рисунки, стены были завешаны прекрасными, божественными его тушевыми отмывками церквей, домов и часовен…» [23] .

Высоко оценил творчество архитектора-реставратора Эдуард Петрович Путинцев, доктор архитектуры, заслуженный архитектор Российской Федерации, действительный член Академии Северного форума, лауреат Государственной премии Совета министров СССР, знавший А. В. Ополовникова ещё в прежние, студенческие, годы. В своём письме-воспоминании о давнем знакомстве с Александром Викторовичем он пишет: «Восстанавливая подлинные шедевры деревянной архитектуры XVIII в., он видел и понимал монументальность и сдержанную красоту архитектурно-конструктивных форм, лаконизм архитектурного языка и удивительно тонкий вкус мастеров, создавших ансамбль Кижского погоста. Доброта и сдержанность этого человека в жизни уживались с целеустремлённостью и настойчивостью в достижении цели, твёрдостью характера и несгибаемостью в отстаивании принципов исторической достоверности реставрации. Принципиальность учёного вызывала сопротивление его методам реставрации. Непросто приходилось Александру Викторовичу в отстаивании своих принципов, но всегда с ним были рядом народные мастера-умельцы.

Толпы туристов из разных стран мира любуются сказочным островом-музеем, но нет на острове музейной экспозиции, рассказывающей об удивительных людях, возобновивших и сохранивших сказочную легенду, воспетую в дереве нашими дальними предками. Не только Европейский Север, но и Север Сибири, далёкие Якутские земли, где появлялись русские землепроходцы, были изучены Ополовниковым А. В. (г. Зашиверск, Обдорск, Пелым, Мангазея, Пустозерск и др.). Любовь к Северу, к его истории сохранилась в его многочисленных рисунках, живописи и реконструкциях, посвящённых этим удивительным местам России» [24] .

Закончим воспоминания об А. В. Ополовникове ёмкими и образными словами Э. П. Путинцева: «Люди должны знать о человеке, отдавшем многие годы жизни реконструкции и воссозданию Кижского архитектурного ансамбля – уникального памятника самобытного русского народного зодчества. Искрящиеся живые главки куполов хранят в себе тепло и сердечность создавших, возобновивших и сохранивших их людей» [25] .

Инструментарий архитектора (из фондов музея-заповедника «Кижи»)

В настоящее время когда-то привычный, опытом проверенный и бережно хранимый инструмент архитектора отошёл в прошлое.

Не требуются теперь: простая, скромная чертёжная доска с подрамником, рейсшиной и четырьмя туго натянутыми жилами; готовальня с хитроумным набором рейсфедеров, циркулей и кронциркулей; чёрная тушь в твёрдых брусках, растираемая на блюдце; стирательные резинки; любимые карандаши «кохинор» разной твёрдости; ватман; калька для карандашей; калька чертёжная (тушевая); карандаши с выдвижными стержнями; кисточки беличьи для отмывания и покраски чертежей, обычно используемые от одного до пяти экземпляров на чертёж; линейки разной длины и масштабные (1:20; 25; 50; 75; 100; 125); треугольники; перья для проведения линий тонких, средних, толстых; перья для проводки узких и широких линий; перья для забора туши; скрепки, булавки, кнопки, дыроколы…

Трудоёмкие ручные обмеры памятников с текстильной рулеткой и еле-еле различимыми от многолетнего использования цифрами заменили суперсовременные исследования: стереофотограмметрические замеры, высотно-цифровые модели, тахеометрическая съёмка, трёхмерное моделирование, лазерное сканирование... Таким образом, инструментарий архитектора прошёл длительный путь от карандаша «кохинор» до современного лазерного моделирования, позволяющего представить исчерпывающую обмерную характеристику памятника в короткие сроки с помощью компьютерной графики. В связи с этим ещё большую историческую ценность приобретает высокопрофессионально исполненная архитектурная графика А. В. Ополовникова.

[В электронной версии брошюры представлена только часть иллюстраций]

Текст может отличаться от опубликованного в печатном издании, что обусловлено особенностями подготовки текстов для интернет-сайта.

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф