«Я во пелены пеленила, я во пояса повивала» VkontakteFacebook

Мать с сыном из д. Тивдия Петрозаводского уезда. Автор фото — М. А. Круковский, 1899 годПестуньи. Приладожская Карелия. С. Паулахарью, 1911 годВ экспозиции музея-заповедника «Кижи»Мальчик в ходунках. С. Куганаволок Пудожского р-на 1930-е годыСемья. Приладожская Карелия. С. Паулахарью, 1911 год

Фондовая выставка под таким названием в канун Нового года и Рождества Христова открывается в выставочном зале музея-заповедника «Кижи». Она посвящена имеющей большое значение в наши дни теме материнства и детства. Выставка рассказывает о народной практике родовспоможения, существовавшей в Олонецком крае, традициях пестования и опыте постепенного включения ребёнка в трудовую и религиозно-обрядовую жизнь семьи и общества.

У каждого народа, в том числе и у русских, карелов и вепсов, существовала веками выработанная система практических знаний о материнстве и детстве, которая позволяла обеспечивать полноценное воспроизводство населения, сохранять и воспитывать подрастающее поколение.

Важность деторождения для крестьянина была связана с необходимостью продолжения рода, правами наследования, передачей накопленного опыта. Не меньшую роль играло и христианское мировоззрение. Грядущее материнство становилось свидетельством Божьего благословения. Несмотря на жизненные трудности многодетной семьи, крестьяне встречали рождение потомства с любовью и надеялись с Божьей помощью вырастить всех: «Дети — Божьи. Бог дает детей, Бог на детей и прибыль пошлёт»,— говорили в народе.

В название выставки легли первые строки из духовного стиха «Сон Богородицы», имевшего широкое распространение на Русском Севере. Этот апокрифический текст посвящен нескончаемой любви и жертвенности матери, узнающей о грядущих мучениях сына. В народе духовный стих «Сон Богородицы» воспринимался как заговор, обладающий мощной оберегающей силой. Особенно действенным он считался для рожениц и детей.

Образ ребенка в традиционной народной культуре был связан с представлениями о двойственности структуры мира: мира очеловеченного, освоенного и мира потустороннего, природного, мифологизированного. Рождение ребенка ассоциировалось с переходом из одного мира в другой. Но факт родов не означал простое явление младенца в мир живущих, а лишь открывал этот процесс. Новорожденный не считается «очеловеченным» до тех пор, пока над ним не совершен ряд ритуальных действий, основной смысл которых состоял в оберегании, программировании на счастливую, здоровую жизнь, введении в семью, в мир православной общины.

В основе народной родильной практики лежали нехитрые акушерские приемы и правила ухода за ребенком, наполненные магическими действиями и суевериями. Родильная обрядность была ориентирована в первую очередь на удачный исход родов, сохранение и защиту здоровья матери и ребенка. Она включала в себя три цикла: обычаи и обряды, связанные с беременностью; действия, сопровождающие появление ребенка на свет; послеродовые обряды очищения и постепенного введения ребенка в мир семьи и общество.

Большая часть обрядов периода беременности представляла собой запреты, регулирующие поведение будущей матери и обеспечивающие рождение здорового ребёнка. Большинство запретов было известно многим народам мира. В них удивительным образом переплетались религиозно-магические и рациональные знания, основанные на многовековом народном опыте. Беременная женщина должна была находиться в гармонии с миром природы или избегать встречи с теми явлениями, которые могли навлечь беду на будущего ребенка.

Для периода, связанного с рождением ребенка, была характерна скрытность, таинственность. В первые часы и дни жизни появившегося на свет ребенка, существо еще неочеловечившееся, уязвимое для призоров и дурного глаза, сопровождала на пути к миру живых повивальная семейная бабушка, бабка-пупорезка (Заон., Пудож.), baboi, tedai (вепс.), боабо (карел.) «Бабничали» обычно немолодые женщины с положительной репутацией в глазах односельчан, имевшие своих детей. В Олонецком краю эту роль выполняла чаще всего свекровь или близкая родственница. Повитухи обладали традиционными знаниями и опытом родовспоможения, владели ритуальной практикой, знали множество заговоров. За помощь их одаривали подарками, деньгами или продуктами.

Роль матери в уходе за ребенком, воспитании его, физическом развитии в семьях олончан в к. XIX — н. XX вв. была второстепенна. Потому что, разрешившись от бремени, пройдя обряд очищения, она опять взваливала на себя ворох крестьянских забот. Традиционно пестовали младенцев старшие женщины в семье; по мнению домашних, смотреть за детьми было самым легким делом. Но при отсутствии свекровы, братьев и сестер, приходилось нанимать няньку-пестунью. Обычай нанимать пестунов детям на рабочее время в крестьянских семьях был очень распространен. В п. ч. ХХ в. обыкновенно в няньки нанимались старухи, мальчики и девочки. Старухе платили 5 руб. 50 коп. за лето; детям от 2 до 3 руб.

Репертуар пестуньи был разнообразен по функциям и по жанровому наполнению. В первую очередь, в него входили колыбельные песни: байки, пестушки, потешки, сказочки, оберегающие заговоры. Колыбельные песни можно назвать одним из древнейших поэтических жанров фольклора для самых маленьких членов общества. Эти песни были призваны успокоить, укачать, усыпить младенца. Девочки усваивали колыбельные песни еще в детстве на слух от бабушек, в чужих семьях, будучи там пестуньями, или позже в замужестве от свекровей. Часами сидя у зыбки, исполнительницы импровизировали, пропевая каждый раз новое произведение, где один мотив плавно перетекал в другой, сливаясь с третьим. Нередко старушки-байкальщицы, опираясь на свой богатый поэтический репертуар, использовали подходящие мотивы и сюжеты из иных фольклорных жанров — потешек, частушек, свадебных песен.

Для карельской и русской колыбельной одной из главных задач было защитить, укрыть от болезней и смерти, не дать злу навредить ребеночку. Карельским колыбельным присуща богатая образность, обилие метафор. Связано это было с особенностями мышления крестьянина, который, не выделяя себя из окружающего мира, переносил на природу собственные черты. Русские колыбельные отличает сюжетная развернутость и масштабность текстов. Русские «байки» часто были наполнены описаниями реалий крестьянской жизни, бытовыми деталями, для них характерно обилие диалектных слов.

В колыбельных разворачивалась картина будущей самостоятельной, взрослой жизни нового члена общества, где он будет работать, кормить и содержать своих собственных детей и родителей. В поэтических текстах описывалась идеальная система отношений в мире людей, пророчилась младенцу благополучная судьба, определялись жизненные цели ребенка. Нередко колыбельные были направлены на изгнание мифических персонажей, мешающих ребенку спать, призывали небесных спасителей, которые могли защитить, успокоить ребенка. Некоторые «байки» касались темы смерти. Они должны были, подобно заговорам, запутать, обмануть жестокий недуг и сохранить жизнь малышу.

Извечной забавой для малышей были игрушки. Для самых маленьких ребятишек, которые только начинали познавать мир, плели берестяные погремушки-кубики. Такая игрушка удобно помещалась в детской ладошке. Береста — природный антисептик и можно было не бояться, если игрушка попадала в рот младенцу. Деткам постарше делали игрушки посложней. Это могли быть уменьшенные копии сельскохозяйственных орудий труда, предметов быта. Игрушки подготавливали детей к жизни, знакомили с крестьянскими работами. Кроме самодельных игрушек доставались ребятам и игрушки фабричного производства. Чаще всего их привозили с ярмарок или из городов. Любимой забавой девочек были куклы. Их изготавливали из различных подручных материалов. Это могли быть холст, нитки, дерево, лыко, солома, зола или глина, . Играя с куклами, девочка училась заботиться о будущем ребенке, игра давала возможность погрузиться в жизнь семьи. Матери и бабушки шили для девочек тряпичные куклы — в Южной Карелии они назывались «tytti», в Северной Карелии — «kuklani». Кукол берегли, сохраняли в памяти их имена. Перед свадьбой девушки передавали любимых кукол младшим сестрам на добрую память.

Выставка «Я во пелены пеленила, я во пояса повивала» будет интересна как взрослым, так и детям. Здесь можно будет познакомиться с коллекцией народных игрушек из собрания музея-заповедника «Кижи» и из частных коллекций. Гости музея смогут услышать карельские, русские и вепсские колыбельные песни, погрузиться в мир поэтических образов, ощутить магию народного слова. Ребятишек ждет игровая площадка с традиционными крестьянскими забавами. Взрослые познают искусство пеленания младенцев «по-бабушкиному», освоят технику вязания из платка игрушки-оберега, которая станет хорошим сувениром и памятью о музее «Кижи» для посетителей выставки.

Выставка работает с 27 декабря 2013 года по 30 марта 2014 года в выставочном зале музея-заповедника «Кижи» по адресу: пл. Кирова, 10 а.

В новогодние каникулы со 2 по 9 января в рамках выставки музей-заповедник «Кижи» приглашает посетить интерактивную программу «Заюшка», в которую входит экскурсия по выставке и мастер-класс по изготовлению традиционной игрушки, ежедневно в 12 часов по предварительным заявкам. Приём заявок до 30 декабря. Справки по тел. 78-35-91. Количество мест ограничено.

31 декабря 2013 // Ирина НАБОКОВА, автор выставки

Музеи России - Museums in RussiaМузей-заповедник «Кижи» на сайте Культура.рф